Такой прекрасный, жестокий мир - Карен Брэйди

Увидев, как ловко Антонио обходит соперников, Кейти прошептала:

– Так это он? Великолепен!

– Ну, не на два милллиона фунтов.

– Я бы сказала, что ты еще дешево заплатила. – Пока Кейти говорила, Антонио забил третий гол, и болельщики «Камдена» радостно взревели.

После вбрасывания в центре поля Нэвес снова ринулся вперед – один против одиннадцати, – не обращая внимания на крики Самнера передать мяч, и уже готов был забить четвертый гол, когда один из защитников «Редвуда» лягнул его по ногам. Антонио упал и покатился по траве. Судья засвистел, и на поле выбежали два санитара с носилками.

– Он не только хороший футболист, но и неплохой актер, – сказала Кейти.

Сара вскочила, вглядываясь в происходящее на поле.

– Думаю, он действительно пострадал. Боже, носилки. Надеюсь, это просто мера предосторожности.

– Я, кажется, слышу тревожные нотки?

– За эти ноги уплачено два миллиона фунтов!

В оставшееся время в отсутствие Нэвеса «Редвуд» забил два мяча и в последние минуты чуть не сравнял счет.

Стивен покинул ложу, даже не взглянув на спящую жену, и Сара поняла, что ей опять досталась роль няньки.

– Кейти, ты сможешь втащить Джеки в автобус? Прости, но мне необходимо поговорить с Регом об Антонио.

– Без проблем. Большего вреда она уже причинить не сможет.

Сара нерешительно постучала в дверь раздевалки. Судя по шуму, доносящемуся оттуда, там не услышали бы и таран, так что она глубоко вздохнула и открыла дверь. Дюжина голых мужчин инстинктивно попытались прикрыться при появлении дамы.

– Не волнуйтесь, – крикнула Сара. – Я все это уже видела.

– Но не такое, – сказал Дик Давенпорт, распахивая полотенце.

– Ты прав. – Сара прищурилась. – Без микроскопа и не разглядишь.

– Молодец, малышка, – крикнул кто-то из душевой.

Рег сидел на скамейке.

– Вы должны радоваться, – обратилась к нему Сара.

Тренер радостным не выглядел.

– Чему? Может, предложишь выпускать на поле только этого легионера вместо всей команды?

Сара машинально открыла рот, чтобы защитить Антонио, но передумала. Не она его купила. И Рег, как и она, имеет полное право сердиться из-за того, что с ним не посоветовались.

– Где он?

– В больнице. Вам следует навестить его.

– Мне?

– Это ваша команда. Мне казалось, что вы не хотите смотреть со стороны.

– Вы правы. Я поеду прямо сейчас.

Сара подбежала к автобусу. Джеки спала, положив голову на плечо Кейти.

– Ты не возражаешь, если я не поеду с вами? Рег считает, что я должна проведать Антонио в больнице.

– Думаю, хороший шанс для сестры милосердия Мур попрактиковаться в уходе за больным, – улыбнулась Кейти.

Намеки подруги раздражали Сару.

– Говорю тебе, я не собираюсь встречаться с футболистом. Им интересны только три вещи: спиртное, модные шмотки и размер их пениса. Ты можешь отвезти Джеки к себе? Довольно с нее унижений на сегодня.

Сара вышла из автобуса. Если честно, она не видела, чтобы Антонио пил. Одеждой он интересуется, так как всегда выглядит потрясающе. А что касается последнего…

Глава 32

Сара ожидала найти бразильца в отделении «Скорой помощи» с перевязанной ногой и встревожилась, узнав, что он сильно ударился головой и задержан для обследования.

Однако, когда она вошла в палату, Антонио мирно спал, и это дало ей шанс, не скрываясь, рассмотреть его. Еще более черные по контрасту с белоснежной наволочкой волосы так и манили погрузить в них пальцы. Сопротивляясь искушению, Сара перевела взгляд на полные губы и улыбнулась, подумав, как чудесен был бы их поцелуй. Голая загорелая грудь чуть вздымалась при каждом вздохе, темные завитки начинали от пупка дразнящую дорожку, исчезавшую под простынями. Желание коснуться его было почти непреодолимым.

Антонио шевельнулся, и чары разрушились. Сара напомнила себе, что этот человек, вполне возможно, друг Стивена и, следовательно, – запретная зона.

Футболист открыл глаза и кивнул. Приветствие нельзя было назвать радушным.

– Рег подумал, что мне следует поинтересоваться вашим здоровьем, – деловито сказала Сара.

Антонио отвернулся.

– Могли бы не затруднять себя. Я в полном порядке.

– Дело не в вас лично, – огрызнулась Сара. – Вы – вложение капитала, и я не намерена терпеть убытки.

– Вы только о деньгах и говорите. Такая красивая женщина, а ваше отношение очень… Очень безобразное.

Его критика одновременно разозлила и тронула Сару. Она не хотела, чтобы Антонио считал ее корыстной, но необходимо дать ему понять, кто здесь главный.

– Конечно, меня тревожит ваше здоровье, но трудно забыть о том, что я вложила в вас два миллиона.

Смуглое лицо Антонио потемнело от гнева и боли. Он сел в постели, простыня соскользнула с его обнаженных бедер.

– То есть вас волнует только величина материального ущерба?

Разгневанный, он выглядел еще более привлекательным.

– Все совсем не так. Послушайте, давайте заключим перемирие. Что сказали врачи?

– Подозревают растяжение связок. – Антонио попытался оценить реакцию Сары, и ее тревога показалась ему вполне искренней. Он впервые улыбнулся. – Возможно, придется оперировать.

– Я могу что-нибудь для вас сделать?

– Я очень голоден. Кормят здесь отвратительно. У вас случайно нет шоколадки?

Сара с сожалением покачала головой.

– Вы ошибаетесь, Антонио. Я вовсе не думаю только о деньгах. Не это главное. Мною движут другие, более важные причины. Вы не все знаете о том, как я стала хозяйкой этого клуба.

– Так расскажите. Или, может, вы мне не доверяете?

– Не доверяю… то есть не могу доверять. Антонио, мне необходимо знать правду. Вы – союзник Стивена?

Молчание, казалось, длилось вечность. Они попали в тупик взаимной подозрительности. Первым заговорил Антонио.

– Присядьте, – он похлопал по краю кровати. Сара подчинилась, слегка смущенная близостью почти обнаженного мужского тела. – Позвольте мне кое-что рассказать вам. В детстве я жил с матерью в одной из многих fаvеlаs вокруг Рио.

– Что такое fаvеlа?

Пытаясь найти правильное английское слово, Антонио провел рукой по волосам, и Сара совсем растаяла. Она уже видела этот его жест в своем кабинете, в тот день, когда он назвал себя рабом, только тогда он ей вовсе не понравился. Хотя сейчас она ни в чем не была уверена.

– Трущобы! – победно воскликнул Антонио. – Ну, в общем, мой отец недолго оставался с матерью после моего рождения. Нам было лучше без него, даже несмотря на то что матери приходилось… продавать свое тело… чтобы купить еду. Она не могла много дать мне, но мечтала о лучшем будущем для меня. Футбол стал для меня всем, и она поддерживала меня в моем увлечении. В детстве я часто мечтал о том, как буду играть за Бразилию. Я хотел купить матери настоящий дом. Она это заслужила… Вам, наверное, это неинтересно?