Морская история России для детей - Валерий Евгеньевич Шамбаров

другие специалисты решили защитить столицу минно-артиллерийской позицией. Как когда-то при Николае I. Но в те времена перекрыли только подступы к Кронштадту. А сейчас наметили перекрыть весь Финский залив. В самой узкой его части, в горловине, построили по берегам артиллерийские батареи. А в ночь на 1 августа 1914 года стало известно – Германия объявит войну. Эссен сам вывел в море минные заградители, поставил 8 линий мин поперёк залива. Крейсера и миноносцы вышли патрулировать вдоль минных полей. А линкоры должны были стоять в Гельсингфорсе. Если же вражеский флот всё-таки будет прорываться к Петрограду, тралить проходы в минных заграждениях, то немцев будут бить береговые батареи, тогда и линкоры выйдут на бой.

А неприятели выслали на разведку к нашим берегам 2 лёгких крейсера с миноносцами. Возле острова Оденсхольм они заметили маленькие русские сторожевики, погнались за ними. Но те повернули удирать на мелководье. Заманили за собой неприятелей, и крейсер «Магдебург» наскочил на камни. Эссен сразу выслал наши крейсера и эсминцы. Увидев их, враги повернули прочь, «Магдебург» подорвали. Однако затонул он не глубоко. Русские водолазы достали с крейсера секретные карты и шифры. Наш флот смог читать германские радиограммы. Немцы потом обнаружили, что русским слишком многое известно. Но подумали, что в их штабах действует шпион. Искали его, а сменить шифры так и не догадались.

На этой войне вдруг заявили о себе и новинки, подводные лодки. Их ещё называют «субмарины» (по-английски – «под морем»). До сих пор на них серьёзного внимания не обращали. Считали – вроде игрушек. Но немецкая подводная лодка подкараулила 3 английских броненосных крейсера и торпедами все их отправила на дно! Такого не ожидал никто, даже сами немцы. И тут уж все державы принялись строить субмарины. Германские подводные лодки появились и на Балтийском море. Уничтожили несколько транспортных судов. А одна из них пустила торпеду в крейсер «Паллада», патрулировавший возле минных заграждений. Вместе с кораблём погибло 579 моряков.

Эссен срочно ввёл меры защиты от подводных лодок. Возле входов в базы выставили специальные сети. В дозоры стали высылать не крейсера, а только эсминцы. А с немцами расквитались минами. Русские миноносцы скрытно, по ночам, понаставили их возле германских портов Мемель (сейчас Клайпеда), Пиллау (Балтийск). Вскоре к Мемелю подошла вражеская эскадра. Рвануло под броненосным крейсером «Фридрих-Карл», он стал тонуть. На помощь ему двинулся лёгкий крейсер «Эльбинг» и тоже подорвался, пошёл на дно. За ним грузовой пароход.

Мины начали ставить и на морских дорогах, которыми часто пользовались немцы. Специальный минный отряд возглавил Колчак. Опыт полярника помогал ему действовать даже зимой. Лавируя между льдинами, он подобрался к главной базе германского флота на Балтийском море, Данцигу. Выставил там 200 мин. В разных местах на русских «сюрпризах» у немцев погибло больше 20 транспортов, несколько тральщиков. 4 крейсера, налетев на мины, уцелели, но встали на ремонт.

А Черноморским флотом командовал старый и осторожный вице-адмирал Эбергард. У него новых линкоров ещё не было – в первую очередь их строили для Балтики. В строю были 5 старых броненосцев, 2 крейсера, 26 миноносцев, 6 минных заградителей, несколько транспортов и канонерских лодок. Считалось, что против Турции этого пока достаточно. У неё флот был слабым: 3 броненосца, 4 крейсера, 2 минных заградителя и 10 миноносцев. Но турки схитрили. Они не сразу вступили в войну. Ждали, наши русские войска уйдут сражаться с немцами и австрийцами, а против них останется поменьше сил.

Ну а с флотом им помогли немцы. Через Средиземное море к ним прорвались огромный линейный крейсер «Гебен» и лёгкий крейсер «Бреслау» контр-адмирала Сушона. Он стал командовать всем турецким флотом, немецкие моряки надели турецкие фески. На «Гебене» стояло 10 орудий калибром 11 дюймов (280 миллиметров), ещё 12 орудий по 6 дюймов (152 миллиметра) и 12 по 88 миллиметров. На наших броненосцах – по 4 орудия 12 дюймов (305 миллиметров). Но у немцев и скорострельность была больше. По силе огня один «Гебен» был равен всем 5 русским броненосцам, вместе взятым.

В октябре 1914 года разгорелись жаркие сражения в Польше. Царское командование отправило туда и часть войск с Кавказа. Турки решили – пора. Начать замыслили неожиданно, как японцы в Порт-Артуре. Первым делом разгромить или ослабить русский флот. Тогда на море будут господствовать турки с немцами. Свободно перевозить войска, высаживать где захотят. Ударить наметили ещё без объявления войны. Сушон разделил корабли на отряды – одновременно напасть на Одессу, Севастополь, Феодосию, Керчь, Новороссийск.

А русские на Чёрном море ждали войны три месяца. Но всё было тихо, расслабились. 29 октября в 6 часов утра на Одессу нагрянули турецкий крейсер «Меджидие» с 2 эсминцами и минным заградителем. Открыли огонь. Потопили стоявшую в порту канонерскую лодку, ещё несколько судов подбили и повредили. Начались взрывы и пожары в городе. Но наши береговые батареи с запозданием стали отвечать. После первых же попаданий в неприятельские корабли, те предпочли уйти.

К Севастополю нагрянул сам Сушон на «Гебене» с турецкими эсминцами. Огромные снаряды угодили в морской госпиталь, подожгли жилые домишки бедноты, рвались на батареях. Однако заговорили и эти батареи, броненосцы в гавани. Их снаряды ложились всё ближе к «Гебену», и Сушон развернулся уходить. Но и в море дежурили 3 русских миноносца капитана 1 ранга Трубецкого. А из Ялты в Севастополь как раз возвращался минный заградитель «Прут». Трубецкой попытался спасти его, отвлечь врагов на себя. Бросился в атаку, стреляя из малокалиберных пушечек. «Гебен» шарахнул по ним всей артиллерией. Раскуроченный головной миноносец «Лейтенант Пущин» потерял управление, покатился в сторону.

А от «Прута» Сушон потребовал сдаться. Капитан 2 ранга Быков и его моряки отказались. Хотя их небольшие орудия даже не доставали до «Гебена», и он стал расстреливать минный заградитель с безопасной для себя дистанции. «Прут» загорелся, а у него на борту было 750 мин. Быков приказал команде спасаться и затопить корабль, открыть кингстоны. Часть шлюпок разбило снарядами, места не хватало. Прыгали в воду – а был конец октября. Корабельный священник отец Антоний (Смирнов) уступил своё место в шлюпке раненым, а плавать не умел. Стоял на «Пруте» и благословлял моряков, подняв священную книгу Евангелия. Ушёл на дно вместе с судном и командиром. Но к «Пруту» уже спешили русские корабли. Сушон побоялся встречаться с ними, рванул подальше. Они выловили из воды 200 моряков.

Другие вражеские отряды в это же время обстреляли Феодосию, Новороссийск. В Керченском проливе потопили рыбачьи лодки и набросали мин, на них потом подорвались 2 торговых парохода. Но из плана Сушона – разгромить Черноморский флот, не