Священный камень - Клайв Касслер

— Вот что я нашла, — сказала Хаксли, входя на пост управле­ния. — Взяла фотографии, которые сделал Хальперт и осталь­ные в Мэйденхед, стерла противогаз и запустила биометриче­скую программу.

Хэнли взял у нее диск и передал Стоуну, который вставил его в главный компьютер. На мониторе появилось изображение.

— Черт, он выглядит совсем не так, как пишут в газетах, — сказал Хэнли.

— Необычно, но логично, — ответила Хаксли. — Будь я таким затворником, как Хикмэн, я бы постаралась выглядеть совер­шенно обычным человеком, насколько это возможно. И таким образом иметь возможность беспрепятственно перемещаться и оставаться неузнанным.

—    Думаю, слухи о Говарде Хьюзе того же сорта, — сказал Сто­ун. — Просто слухи.

—    Щелкай дальше, Стоуни, — сказала Хаксли.

Стоун ввел команды. На экране появилось изображение в 3D.

—    Это моделирование его манеры двигаться, — сказала Хак­сли. — У каждого человека манера двигаться индивидуальна. Знаете, как службы безопасности вылавливают читеров в казино?

—    Как? — спросил Стоун.

—    По походке, — ответила Хаксли. — Человек может нало­жить грим, изменить внешность, даже манеру поведения, но никому не приходит в голову изменить походку или манеру движений.

Стоун повозился с компьютерным изображением, заставляя модель идти, поворачиваться и двигать руками.

—    Сделайте копию и отправьте Оверхольту, — приказал Хэн­ли. — А он переправит ее израильским спецслужбам.

—    Могу запустить программу распознавания по изображе­ниям, приходящим с камер наблюдения в Суэцком канале, — предложил Стоун.

—    Давай, — согласился Хэнли.

Когда Хэнли разглядывал изображения Хикмэна, восемь человек сошли с частного самолета, прибывшего из Катара в Эр-Рияд. Таможенный контроль они прошли без проблем. Встретившись в зоне выдачи багажа, сели в белый «Шевроле Субурбан», который госдепартамент арендовал у сотрудника нефтяной компании, и отправились на конспиративную квар­тиру, чтобы ждать ночи.

—    Мы можем сделать то, что вам надо, этим вечером, — ска­зал глава «Моссада», израильской разведки. — Но мы не можем использовать собак. Придется отправлять агентов с химиче­скими датчиками. Собаки на территории мечети — ни в коем случае.

—    Могут ли возникнуть проблемы? — спросил Кабрильо.

—    Пару лет назад, когда премьер-министр Израиля посетил Купол Скалы, последующие беспорядки продолжались не­

сколько недель, — ответил израильтянин. — Так что надо все сделать быстро и тихо.

— Смогут ли ваши люди обследовать всю территорию?

— Мистер Кабрильо, Израилю приходится иметь дело с бом­бами еженедельно. Если в Харам аль-Шариф есть взрывчатка, вы узнаете об этом к завтрашнему утру.

— И вы обезвредите все, что найдете? — спросил Кабрильо.

— Обезвредим или вывезем. Поступим так, как будет безопаснее.

— Господа, занимайте места, — объявил Касим.

Двадцать восемь человек, оставшиеся в его распоряжении,

уселись. Скаттер стоял у доски рядом с Касимом.

— Кто из вас никогда не ездил на мотоцикле? — спросил Касим.

Десять человек подняли руки.

— Вам предстоит трудная задача, — продолжил он. — Но мы привели преподавателей для экстренного курса обучения. Как только мы закончим брифинг, вы отправляетесь наружу и начина­ете тренироваться. За четыре часа вам предстоит освоить основы.

Десять человек закивали.

— Ситуация такова, — продолжил Касим. — Мы не можем попасть в Саудовскую Аравию обычным коммерческим рей­сом. Слишком велик риск, что нас перехватят. От Катара до Мекки более 1300 километров, дорога идет через пустынную местность, где нет заправок, поэтому мы приняли следующее решение. Эмир отправит нас грузовым самолетом в аль-Хидайя, в Йемене, а оттуда менее 800 километров до Джидды в Сау­довской Аравии, по нормальной дороге вдоль Красного моря. Эмир подкупил чиновников в Йемене и собрал все мотоциклы со склада здесь, в Катаре. У байка два преимущества. Во-первых, мы можем пересечь границу, объехав пропускной пункт через пустыню, и вернуться на дорогу уже в Саудовской Аравии. Во- вторых, потребление горючего. По дороге будет несколько горо­дов, где есть заправки, но они далеко друг от друга. Мотоциклы пройдут эти перегоны без дозаправки. Третье, и самое главное. Каждый из нас будет ехать на мотоцикле один. Если власти за­держат одного, это не поставит под угрозу операцию в целом.

Касим поглядел на собравшихся.

—    У кого-нибудь есть вопросы?

Никто не сказал ни слова.

—    Хорошо, — продолжил он. — Тогда те, кому нужно потре­нироваться, идут вместе с капитаном Скаттером на площадку, там уже ждут инструкторы с мотоциклами. Остальные отдыха­ют, отбываем сегодня в десять вечера.

Вандервальд побрызгал себе под нос одеколоном. Первый перелет был из Каира в Найроби, в Кению, и самолет был забит до отказа. Внутри пахло потом и жареным ягненком, которого приготовили на обед.

В то самое время, когда Вандервальд уснул на борту само­лета, двое мужчин подошли к его дому в пригороде Йоханнес­бурга. Проскользнув на задний двор, принялись неторопливо обезвреживать сложную систему охранной сигнализации, а за­тем открыли заднюю дверь и вошли в дом. Там они принялись методично обыскивать все.

Спустя пару часов работа была закончена.

—    Я позвоню, загрузите его телефон в базу данных, — сказал один из них. — Чтобы они могли проверить его звонки.

Набрав номер в Лэнгли, он ввел код и дождался гудка. Компью­тер ЦРУ определит номер и проверит в базах данных южноафри­канских телефонных компаний записи о входящих и исходящих звонках за последний месяц. Результаты будут через пару часов.

—    Что теперь? — спросил второй.

—    Будем ждать и спать по очереди.

—    И сколько нам здесь ждать?

—    Пока он не вернется, — ответил первый, открывая холо­дильник. — Или о нем не позаботится кто-нибудь раньше нас.

Индийские наемники оказались у люка, ведущего в систему водяного охлаждения Мечети Пророка в Медине. Он находился на открытом месте рядом с жилым домом, на краю грунтовой резервной стоянки.

Стоянка была почти свободна, лишь с десяток машин стояло у самого дома. Командир группы сдал назад, припарковав гру­зовик рядом с люком, срезал висячий замок болторезом и повел группу вниз по металлической лестнице. Когда основная часть вошла внутрь, водитель грузовика и второй мужчина, оставший­ся с ним, просто закрыли крышку и, заведя машину, сдали назад еще немного, чтобы прикрыть ее.

Бетонный тоннель диаметром под два метра открывал доступ к трубам, маркированным надписями по-арабски. Трубы были приподняты над дном тоннеля и закреплены на кронштейнах, вдоль них шел узкий трап для осмотра. Внутри было темно и прохладно, пахло мокрым бетоном и плесенью. Командир вклю­чил фонарик, то же самое сделали остальные. И гуськом двину­лись в сторону мечети.