"Один из..." - "100 миллиардов солнц". Компиляция. Книги 1-6 (СИ) - Петров Олег Георгиевич

Хорошая сегодня погодка, небо прозрачное и ракету до сих пор неплохо видно. Вот что-то вспыхнуло, факел погас, окутавшись белесым облаком, но среди этого мельтешения возникла едва заметная белая точка. Да, водород горит не так ярко, но зато мощно тянет!

- Все хорошо, работает S-4, - доложил Шепард. - Сильно тряхнуло. Перегрузка опять растет.

Если подумать, то «Сатурн-1» теперь даст зеленый свет очень многим проектам. Взять хотя бы тяжелые спутники связи. Еще пятнадцати лет не прошло со дня опубликования статьи Артура Кларка (того самого писателя - прим.авт.), предложившего подвесить ретранслятор на орбите, которую теперь в документах называют «геостационарной» или «геосинхронной», и вот уже всерьез обсуждаются планы сделать такой спутник. Тем более, договора с русскими по разграничению «точек стояния» уже подписаны, и никакой фантастики здесь нет, самая обыкновенная реальность. Только нужна третья ступень, которой очень скоро станет водородный «Центавр». С ним не только спутники связи, но и межпланетные аппараты приобретут совершенно новое качество. Тонны две на Луну можно доставить! Или на отлетную траекторию к Марсу или Венере полторы-две тонны. Здесь уже можно заняться наукой по-настоящему!

В этом году к марсианскому «окну» отработать полную связку не успеем, поэтому полетим на старом носителе с небольшим аппаратом, но вот через два года можно будет не просто долететь и сделать снимки, но и сесть на Марс! Правда, чтобы сесть, или хотя бы начать думать, как сесть, нужно узнать так много! А что мы сейчас знаем про Марс? Если подумать, то почти ничего. Даже про состав, плотность атмосферы и температуру на поверхности не знаем с уверенностью.

Вернер чуть отвлекся и потерял из поля зрения крохотную белую точку. Все, теперь обратно ее не поймаешь. Он оторвался от бинокуляра и принялся просто ждать. Голос Шепарда все так же спокойно докладывает, что все в норме. Судя по отпущенной Ширрой хохме, лететь на водороде ребятам нравится.

- Есть отсечка! - разнеслось над площадкой, и Вернер машинально проверил секундомер, не рано ли? Кажется, в самый раз.

- Есть отделение корабля!

Ну, теперь можно мысленно поздравить самого себя, а вслух - всех остальных. Пресс-конференция сожрет еще час времени, но тут не отвертеться. А потом в Хьюстон, на тренировки новой группы, набранной из летчиков. Давно уже понятно, что астронавтов скоро потребуется не просто много, а очень много, одной первоначальной семеркой тут не обойтись. В первом полете на «Аполлоне» достаточно двоих, но вскоре задачи начнут усложняться, и полные экипажи очень скоро приведут к нехватке кандидатов. К тому же, из отряда неизбежно будут уходить по собственному желанию. Гленн и Карпентер тому пример, оба уже ведут себя так, словно все это для них сплошной бизнес-проект по собственной раскрутке. Поэтому, набираем и тренируем новеньких. Хороших летчиков в Америке хватает.

А сам бы полетел? Да хоть сейчас! Но чтобы полететь самому, нужно сначала преодолеть страх перед неизвестностью, причем не свой, а страх научной и прочей общественности. Сам Вернер прекрасно знает, что в космос при достаточном уровне техники и должной подготовке можно летать и в шестьдесят, и даже в семьдесят, если здоровье позволяет. Только, упаковать помягче. У него есть шанс успеть побывать «там»! Правда, пока совершенно неясно, как этого можно достичь. Но нужно верить! Иначе бы ему не показали этот сон про экипаж уже знакомого ему крылатого корабля, в который затесался какой-то седой старикан, неуловимо похожий на сильно побитого жизнью Гленна. (факт, Джон Гленн второй раз в жизни слетал на шаттле в возрасте 77 лет, это рекорд - прим.авт.)

Стоп!

Вернер, не стесняясь свидетелей, жизнерадостно расхохотался. Ну надо же! Чуть не упустил ключевую подсказку, важнейшее свидетельство! Это действительно Джон Гленн, только постаревший лет на сорок. Это значит, что кто-то передает привет из будущего, и даже можно приблизительно определить дату. Двухтысячный год!

Значит, этот корабль оттуда! То есть, из мира тех, кто начал давать ему подсказки. Значит, не будь подсказок, через сорок лет человечество все равно пришло бы к тому космическому великолепию, которое он видит в своих снах. Что же будет теперь, когда все так невероятно быстро развивается?

Впрочем, совершенно не факт, что воздействие идет из той же точки во времени. Это может быть приветом и из более отдаленного будущего, для которого этот крылатый корабль всего лишь красивая картинка из далекого прошлого.

Нужно будет еще раз перебрать в памяти похожие сны, решил Вернер. А сейчас, невозможно делать какие-то выводы на таких шатких исходных данных! Примерно двухтысячный год это лишь нижняя граница возможного. Как бы установить верхнюю? Или, что еще лучше, вступить в контакт с теми, кто все это затеял и понять, чего они хотят!

Впрочем, Вернер фон Браун и понятия не имеет о том, что этот вопрос просчитывается и готовится «корректорами» тщательнее всего. И вовсе не факт, что решение пойти на прямой контакт будет принято в ближайшие годы.

Москва, подземный бункер, ноябрь 2057 года

Какое счастье для жителей средней полосы, что есть на планете остров Куба с его парками и фонтанами, дельфинариями и массажными салонами! Есть даже такая специфичная штука, как исторические рестораны. Для особых романтиков есть дайвинг с поиском затонувших кораблей, сейчас эти подводные аттракционы специально строят, только не все туристы про это знают. Короче, есть, чем заняться в ноябре месяце, смотавшись из холодного Подмосковья в этот океанский рай. А про пляжи и разговора нет! А Варадеро лучший из них, кто угодно скажет! Вот бы на отдых сюда приехать, а не по делам, как обычно.

Иван в очередной раз убедился, что у Альбины Барсовой, как ни крути, губа совсем не дура. Ну и сама она не дура, конечно, а какие в ней интриганка с авантюристкой пропадают, это просто караул. Как она умудрилась не просто выбить себе отпуск с неограниченным кредитом на Варадеро, но и вытащить сюда Джину и ее новую ученицу, уму непостижимо. Версию с подставой тоже исключить нельзя, но на этот случай у Ивана есть не только план «Б», но и несколько других секретных планов с довольно скабрезными наименованиями. Впрочем, крайнего случая в этот раз не произошло.

Иван вспомнил, как он курсировал на арендованном катере вдоль берега, подробно сканируя пляж с оптическим усилением. Сам он, благодаря силовым полям и оптической проекции преобразился в смуглого брюнета вполне латиноамериканской внешности, от безделья высматривающего одиноких красавиц на фоне белоснежного песочка. Потратив целые сутки на наблюдение за обитателями пляжа и выявив охранные меры, он дождался момента, когда Альбина оказалась одна. Привычно перехватил управление ее имплантами в промежутке между сбросом статистики и вышел на контакт.

- Простите, сеньор, я слегка раздета, - цинично заявила Альбина по-испански, мгновенно узнав его даже в таком камуфляже. - Не ждала такого счастья.

Не нравятся ей такие жгучие парни, это факт, хоть сама уже неплохо потемнела, скоро будет на местную похожа. Но Альбина помнит, зачем он явился, и одними глазами показала на свою сумочку, лежащую рядом, под полотенцем. Поняв все без слов, Иван приступил к изъятию вещественных доказательств. Просканировал сумочку, где в одном углу забился за подкладку волос, обыкновенный длинный черный волос, даже с целой луковицей! Иван подцепил волос дистанционным «пинцетом» и заключил в силовую капсулу, для полной сохранности. Даже если там останется всего одна живая клетка, сканер ее найдет и сможет извлечь ДНК для анализа.

Жаль, времени пообщаться нет совершенно. Как было бы здорово прилечь рядом на песок, обнять ее и поболтать час-другой. Рассказать про новости и планы, про новых друзей, про «эксперимент века». Но нельзя. И она это тоже, кажется, понимает.

- Вам лучше уйти, сеньор, - посоветовала она напоследок, но по ее виду понятно, что говорит она через силу. - У меня очень ревнивый муж.