Нил и египетская цивилизация - Александр Морэ

Несомненно, это внимание к деталям и меры предосторожности представляют собой древнейшую часть ритуала. В самых первых храмах, возведенных тинитскими царями для Нейт и Барана, а позднее в храмах, построенных их преемниками для всех божеств, боги должны были получать подобные почести от верховных жрецов и Чистых.

Формулы фиванских ритуалов помогут нам пролить свет на «таинственную» часть ритуалов, проходившую в святилище.

Объектом культа, отправляемого в святилище, является статуя бога, сделанная из камня, позолоченного дерева или металла (золота, бронзы), заключенная в каменную или деревянную раку, дверцы которой скрепляются глиняной печатью. В святилище или соседнем с ним помещении находится водруженная на пьедестал ладья, внутри которой также находится божественная статуя. Когда статуя покидает храм для участия в процессиях, ладью несут на плечах Чистые (рис. 62).

Церемониал культа, представленный в рисунках, включает в себя следующие основные действия:

1. Царь или жрец, занимающий его место, очищает святилище и себя самого при помощи курений и омовения (илл. 41).

2. Он ломает печать на дверцах раки; падает ниц перед статуей; будит ее гимном Утреннего Поклонения; очищает ее водой и благовониями; берет статую в руки; кормит ее, преподнося материальные приношения и символические дары богини Маат.

3. Царь проводит обряды очищения, окуривает, одевает, украшает статую венцами, скипетрами, румянит, умащает маслами.

4. Закрыв дверцы раки печатью, царь покидает святилище, пятясь спиной и обратив лицо к раке, а также стирая свои следы.

Рис. 67. Аменофис III приносит жертву Мину. Луксор

Все эти действия сопровождались формулами, с той или иной степенью прозрачности отражавшими доктрину Гелиополя, смешанную с осирисовским учением. Уместно еще раз вспомнить, что первые «великие храмы», являвшиеся выражением не местного культа, но государственной религии, были храмами Солнца, построенными фараонами V династии. Однако примерно в это время Осирис вознесся на небо, чтобы разделить власть с Ра. Во всех храмах, построенных после этого воссоединения, ритуалы обращены к божественному существу, представляющему собой синтез Ра и Осириса. Жизнь каждого бога являет собой повторение божественного существования Ра и Осириса. Главные черты этой жизни вкратце таковы.

Святилище, в котором обитает бог, именуется «небом».

Разрушение жрецом печати на раке символизирует вскрытие дверей неба, где, подобно солнцу на рассвете, каждое утро поднимается бог (khâ). Час за часом до полудня возрастает его сила и великолепие. Божественная ладья покидает святилище, пересекая храм и устремляясь к выходу, олицетворяет собой Ра, обходящего свои небесные владения, идущего вдоль Восточной стороны к зениту. После полудня бог возвращается по Западной стороне храма в святилище, куда прибывает вечером, чтобы «отдохнуть в своем западном горизонте». Ночью бог, как Ра, исчезает из поля зрения. Он умирает и, принимая форму мумии, посещает ночную, невидимую сторону Вселенной, Дуат, где пребывают умершие из столиц провинций[321]. На рассвете следующего дня он покидает мумию[322] и возрождается в своем святилище, как и в Восточном небе, в виде юного солнца – ребенка, появляющегося из лотоса (илл. 16), – или «молочного теленка с чистым ртом» (Тексты пирамид, § 27), рождающегося из чрева Небесной Коровы Нут. Таков дневной цикл бога каждого храма.

Каждый бог соединяет в себе Осириса и Ра. Открывая раку, царь видит перед собой в образе статуи тело, отождествленное с телом Осириса, чьи конечности, отсеченные и разбросанные Сетом, были собраны и обращены в мумию Исидой, Гором, Анубисом и Тотом. Царь (или жрец) возвращает ему жизнь.

При помощи обрядов Отверзания Уст и Глаз царь воскрешает тело. Чтобы вернуть ему его сердце и Ка, царь-Гор берет статуэтку в руки и поцелуем вдыхает Душу в ее рот (илл. 24). Так бог снова становится «совершенным Духом» посредством «одухотворения», осуществленного при помощи осирисовских обрядов.

Таким образом, осирисовская доктрина придает облику бога особый оттенок. Ранее я уже предпринимал попытку дать определение древнего понятия бога как существа, время от времени воскресающего без утраты сущности, neter. Со дня триумфа Осириса люди знали, каким образом облегчить воскрешение neter – путем совершения осирисовских обрядов. В фиванских храмах бог – это существо, одержавшее победу над смертью, как Осирис. Его тело, с которым обращаются как с телом Осириса, является бессмертным Джет. В этот же период папирус дает такое определение иероглифа «бог»: «погребенный (или спеленатый)»[323]. В самом деле, знак neter часто изображался как древко эмблемы, обернутое бинтами. Следовательно, в каждом боге Фиванского периода таилась смерть, являвшаяся условием воскрешения бога плодородия.

Солярная концепция и осирисовское учение переплелись во всех формулах ритуала.

Обряды очищения и окуривания, которым подвергалась статуя, соответствовали тем обрядам, которыми гелиопольцы приветствовали Солнце на рассвете и Осириса при его возрождении. Статую облачали в повязки – зеленые, красные и белые (цвета «сочувствия»). В такие повязки была завернута мумия Осириса, а значит, и статуи солярных богов.

Скипетры, жезлы, магические хлысты, талисманы, ожерелья и браслеты – всем этим украшались цари живых и мертвых. Пища – это «приношение, которое царь дает» (hetep rdu nsut) Ра, как и Осирису, а именно список всех или почти всех животных и растений, которых рождает земля Египта и которых царь преподносит Творцу от имени смертных людей.

Рис. 68. Спеленутый Neter

Если брать в целом, то, в сущности, этот ритуал утилитарен и прост; рассмотрим теперь его нравственный аспект.

Кульминацией в описаниях обрядов и главной сценой в их изображениях является преподнесение царем богу статуэтки богини Маат, символическое приношение Истины и Справедливости, которые радуют сердце бога больше, чем всевозможные быки, лепешки, вино и фрукты[324]. В этот момент царь поет гимн, восхваляя нравственные качества бога, в котором слились Ра, «отец Маат», и Осирис maвu, «оправданный». Приведу некоторые фрагменты из «Раздела о приношении Маат». Царь представляется так: «Я пришел к тебе, я сложил обе руки, чтобы нести Маат. Маат идет, чтобы быть с тобой… Ты живешь в Маат; ты соединяешь свои члены с Маат; ты позволяешь Маат опуститься на твою голову. При виде своей дочери Маат ты молодеешь; Маат возлежит как амулет на твоей шее; она возлежит на твоей груди… Твой правый глаз [солнце] и твой левый глаз [луна], твоя плоть и твои члены, дыхание твоей груди и сердце – вот Маат; твои пелены, твои одеяния – вот Маат.

То, что ты ешь и пьешь, твой хлеб и твое пиво, благовония, которые ты вдыхаешь, воздух в твоем носу – вот Маат.

У тебя есть Ка, когда Маат поклоняется тебе и твои члены соединяются с Маат. Твоя дочь Маат – на носу твоей ладьи, она одна в ней. Ты существуешь потому, что есть Маат, она есть, потому что есть ты. Когда ты приходишь на Восток неба… Маат – перед лицом твоим в небе и на земле, путешествуешь ли ты по небу или странствуешь по земле. Маат с тобой каждый день, когда ты пребываешь в Дуате. Маат с тобой, когда ты приносишь свет телам в загробном мире и когда ты вступаешь в скрытую область [некрополь]; ты полон сил, потому что она рядом. Поэтому Эннеада говорит тебе: «Ты – maв-kheru [оправданный и ликующий] на миллионы лет…[325] Маат – единственная в своем роде, ты создал ее. Никакой другой бог не делил ее с тобой. Ты один обладаешь ею на вечные времена».

Это велеречивое и многословное обращение, которое я сократил на две трети, отчетливо обнаруживает само существо бога, ответственного за порядок в природе, богатворца и защитника закона. В то же время раскрывается социальное значение культа. В бесчисленных рисунках, изображающих приношение Маат, царь и бог ведут короткие беседы. Царь преподносит Маат как дань людей доброй воли и результат своих собственных деяний как царя. Бог отвечает, что сделает все, чтобы справедливость и закон процветали на небесах и на земле, как небесное и земное вознаграждение людям. Если мы снова обратимся к «Поучениям для Мерикары» и «Распоряжениям визирю», то увидим, как солярная и осирисовская доктрины преломлялись в политической и социальной сферах.

Первым, кто после богов получает пользу от «откровения», является царь. Он обладает правом на него в силу нескольких причин, которые я уже упоминал в части второй.

Вкратце напомню, что, будучи одним из людей, фараон является воплощением Сокола, Гора-Сета, Ра, Ра-Харахти, Осириса, Гора, сына Исиды и Амона-Ра, то есть царей-богов, поочередно правивших Египтом. Стела из Кубана описывает Рамсеса II так: «Гор из разноцветных перьев; прекрасный Сокол из электрума…[326] Гор и Сет ликовали на небесах в день, когда он родился, и сказали боги: «Наше семя в нем!» Богини сказали: «Он родился от нас, чтобы управлять царством Ра!» Амон сказал: «Когда я создал его, я утвердил Маат в его месте!»… Ты – воплощение Ра, олицетворение Хепри, ты – живой образ на земле твоего отца Атума из Гелиополя. Ху [Божественная Воля] – в твоих устах, Сиа [Разум] – в твоем сердце; язык твой – святилище Маат. Бог восседает на твоих губах, твои слова исполняются каждый день, ибо твое сердце уподоблено сердцу Птаха, покровителя ремесел».