Дрожь в основании ада - Дэвид Вебер

наблюдательные вышки в самом Фейркине и через равные промежутки вокруг всей своей оборонительной позиции. Его орудия уступали бы как по количеству, так и по возможностям, но артиллеристы Грин-Вэлли не смогли бы использовать свое собственное оружие в полной мере, потому что они просто не смогли бы видеть свои цели. Последнее, чего хотел Грин-Вэлли, — это превратить Фейркин в своего рода осадную операцию глубокой зимы, и как бы его возможности по снабжению собственных войск ни превосходили возможности Уиршима, удовлетворение ненасытного аппетита больших пушек в любой длительной артиллерийской дуэли создало бы значительную нагрузку.

Мы все еще можем это сделать, — сказал он себе, глядя на карты. — Я все еще могу провести 1-й корпус вокруг фланга Нибара в ущелье Оларн, перерезать его прямую связь с Гуарнаком, и ни за что на свете Уиршим не сможет продвинуться на север и вытеснить меня из ущелья, прежде чем Брокэмп подойдет через Сент-Тилдин, чтобы атаковать Фейркин с востока. Но Нибар сможет продержаться по крайней мере на месяц дольше, чем я надеялся, если только я не хочу, чтобы Брокэмп оплатил счет мясника за штурм его позиций, и это уничтожит 2-й корпус… в лучшем случае. Но если мы позволим Нибару связать нас так долго, у Уиршима будет по крайней мере еще месяц, чтобы улучшить свою собственную цепочку поставок, и за это время эта заноза в заднице Дючейрн доставит еще больше винтовок, и на этот раз это будут новые «Сент-Килманы», а не полевые переделки. Если не….

Он пристально смотрел на карту, глазами измеряя расстояния и учитывая относительные скорости противников. Нет, он не хотел связать и обескровить 1-й или 2-й корпус в осаде. Это принесло бы в жертву бесценное преимущество мобильности его чарисийцев и дало бы Уиршиму слишком много времени, как и надеялся епископ воинствующий. Но если бы он был готов позволить сиддармаркцам Мэкгригейра окружить Фейркин при поддержке артиллерии Чариса — и если бы он мог достаточно быстро продвинуть Мэкгригейра вперед — тогда передайте остальную часть корпуса Брокэмпа к северу от Фейркина, вне поля зрения наблюдательных башен Нибара, в то время как 1-й корпус пойдет к югу от Фейркина….

Рискованно, Кинт, — сказал он себе. — Может быть, даже очень рискованно. Если Нибар станет злым — или отчаявшимся — настолько, чтобы выбраться из Фейркина, у Мэкгригейра будет полно дел. И если Нибар поймет, что ты делаешь, и ты уже знаешь, что он не дурак, это именно то, что он должен сделать. Потому что, если ты потеряешь главную дорогу через Оларн, а затем спустишься через ущелье, у тебя будет шестьдесят тысяч голодных чарисийцев, застрявших посреди проклятого нигде. Даже твои поезда снабжения ни за что не смогли бы доставить достаточно продовольствия и боеприпасов по пересеченной местности, чтобы очень долго поддерживать их.

Но если ты сможешь справиться с этим и кормить мальчиков достаточно долго…

Он опустился в одно из походных кресел Гейруила, облокотившись обоими локтями на библиотечный стол, подперев подбородок ладонями, и его глаза были мечтательными.

Он даже не заметил задумчивости в глазах Гейруила… или смирения в глазах лейтенанта Слокима.

XVII

Посольство Чариса, город Сиддар, республика Сиддармарк

— Ну, что ты думаешь о последнем мозговом штурме Кинта? — сухо спросил Кэйлеб Армак.

Он и Мерлин Этроуз сидели на паре тугих диванов, лицом друг к другу напротив камина в гостиной императорских апартаментов. Эйва Парсан удобно устроилась рядом с Мерлином, поджав под себя ноги, и все трое потягивали бокалы с Сейджин Коди Премиум Бленд. Это было превосходное виски, и хотя Мерлин на самом деле предпочитал любимый Глинфич Шарлиэн, оно стало любимым напитком всякий раз, когда Эйва заходила, чтобы посовещаться с ним и Кэйлебом.

— Думаю, что это… дерзко, — рассудительно ответил он.

— Дерзко, — говорит этот человек! — Кэйлеб покачал головой. — Как насчет «он сошел с ума»?!

— Вот это действительно несправедливо, ваше величество, — вставила Эйва. Кэйлеб посмотрел на нее, и она пожала плечами. — Я не военный человек, как вы и барон Грин-Вэлли, но он никогда не казался мне человеком, который может рвануть в погоню за дикими вивернами. Не претендую на то, что понимаю все движения, о которых он говорит в данном случае, но Сова и князь Нарман — и я, если уж на то пошло, — все согласны с его оценками ситуации со снабжением Нибара и Уиршима. И что бы он ни делал, у него будут снарки, чтобы никто не смог застать его врасплох.

— Единственная проблема, Эйва, — сказал Кэйлеб значительно более мрачным тоном, — заключается в том, что видение того, что грядет, не очень помогает, если ты не можешь уйти с дороги. Примерно то же самое произошло с нами в Марковском море два года назад. Еще хуже то, что случилось с адмиралом Мэнтиром в заливе Долар.

Лицо Эйвы напряглось в понимании, но Мерлин покачал головой.

— Вы правы насчет этого, Кэйлеб. — Его голос был мягче, чем обычно, признание боли, которую он и Кэйлеб разделяли из-за того, что случилось с Гвилимом Мэнтиром и его людьми, но его глаза были спокойны. — С другой стороны, Кинт может двигаться быстрее, чем кто-либо на другой стороне. По общему признанию, 2-й корпус не такой проворный, как 1-й корпус, но любой из них может маршировать кругами вокруг всего, что есть у Церкви, особенно в зимних условиях. Так что шансы чертовски велики, что он сможет вовремя убраться с дороги, если с ним случится что-нибудь неприятное. И в придачу у него был бы почти паритет со всей армией Уиршима.

— Паритет,