Антем вечности. Книга первая. Аппроксимация - Сергей Станиславович Сериков

на вопрос, который ты озвучила третьего октября в семнадцать часов.

Цирцея, приготовившись услышать отрицательное решение, помрачнела. Сглотнув ком в горле, она повернулась лицом к мужскому силуэту.

– Твоё время придёт.

– А я уж было подумала, у нас с этим ничего не получится, – напряженно выдохнув ответила красивая женщина.

– Цирцея, – мужской силуэт медленно развоплощался, холодными липкими нитями расползаясь в стороны.

– Посредник, – коротким кивком попрощалась Цирцея, наблюдая за тлеющими клубами черного едкого дыма.

***

2195 г. 9 ноября 16:50 МСК

Конфедеративная Республика,

планетарная система Астрон 931, планета Скания,

1033 световых года от Земли

Гигантский, ста-двадцатиэтажный небоскрёб, широкими крытыми галереями соединённый с массивными эллипсами, возвышался над острыми скалами горного хребта. Протяжным визгом ледяного ветра, волны снежного бурана врезались в высокие здания административно-жилого комплекса колонии.

Огромный двуглавый орёл, блестел золотом в слабых лучах заходящей за диск газового гиганта звезды.

Оживлённая «улица» длинной пятиэтажной галереи, протянувшейся от самого космопорта до основания главного корпуса колонии, стояла в пробке вечернего «час пик».

Пропустив широкоплечего капитана полиции, Эндрю, кивнув дежурному, вышел на оживленную мостовую. Распахнутые прозрачные ворота с надписью «УМВД» остались за спиной. На ходу доставая из-за пазухи черной спортивной куртки пачку сигарет, молодой человек, активировав инструфон, небрежным взмахом руки набрал номер Алисовой.

Под протяжный стон гудков в ушах, контрактник, скомкав пустую упаковку, закурил последнюю сигарету.

– Эндрю, привет, а я только привела себя в порядок, – услышав голос возлюбленной, спецназовец невольно расплылся в улыбке, метко бросив смятую пачку в ближайшую мусорную урну.

– Привет, тигрёнок… Ну вроде всё гладко прошло. Прости и прощай космопехота, здравствуй особый отряд Джонсона. Главное управление МВД уже получило мои документы.

– Я так рада, ты молодец.

– Ребята не объявлялись? – Эндрю, сделав очередную затяжку, присел на краешек скамейки длинного перрона, в ожидании состава скоростного транспорта.

– Бач звонил, они почти закончили с ремонтом, просил передать тебе спасибо за подряд на С’арию.

– Надо сохранить себе его номер, раз уж теперь эта парочка законтрактована с нами основательно.

– А что будет с историей на земле? С полицейской погоней?

– Да нормально всё, этим чудакам повезло, что они никого не угрохали. Скостят всё на хулиганку и вандализм. Рассмотрят в суде заочно. Штраф и отложенные исправительные работы, – ухмыльнулся невидимой собеседнице молодой человек, увлеченно наблюдая за стоящими в пробке у пешеходного перехода ховеркарами.

– Я хотела попросить тебя об услуге, – дрогнувшим голосом проговорила девушка.

– Да, конечно. Тигрёнок, всё что хочешь, чего загрусти… – начал было парень, но осёкся, приметив подозрительного мужчину средних лет, прямо напротив железнодорожной остановки.

– Ты слетаешь со мной на землю? На мамины похороны?

Контрактник, беззвучно выругавшись про себя, стукнул кулаком по коленке. Как он мог забыть? Совсем вылетело из головы.

–Эндрю?

Сглотнув ком в горле, он собрался с мыслями.

– Конечно, Кать. Конечно слетаем. На С’арию, слетаете, я здесь освобожусь, ну, как только отпустят меня, потом сразу на землю. Я не забыл.

Подозрительный мужчина, переминаясь с ноги на ногу, стоял на краю пешеходной зоны, затравленно озираясь по сторонам.

– Я перезвоню, тигрёнок, надо кое-что сделать, я перезвоню… – бросил спецназовец, положив трубку.

Что-то едва уловимое в грузноватом человеке, заставило парня невольно поежиться. Противное тянущее чувство приближающейся опасности, липкой вязью свернулось в центре груди.

Эндрю, проследив за направлением взгляда подозрительного мужчины средних лет, обернулся за спину. Он смотрел на широкий контрфорс, нависающий над парапетом пешеходной дорожки на втором уровне, прямо сверху полицейского участка.

Снова поймав в фокус внимания, застывшего на перекрестке человека, спецназовец отметил про себя, как тот, также странно, практически не моргая, уставился на массивную квадратную опору между рельсами скоростного транспорта в сотне метров вниз по улице.

Парня осенило. Конечно. Слишком уж ярко, мерцание световых панелей, отражалось от глаз мужчины. Кибервизоры высокого разрешения. Подозрительный тип фотографировал улицу. Но делал это скрытно, используя кибернетический имплант вместо куда более привычного для фото и видеосъемки инструфона.

Мгновенно собравшись, Эндрю, активировав свой инструфон, открыл приложение социальной сети, сделав вид, что увлеченно читает голограмму своей ленты.

Мужчина на другой стороне улицы, опустив глаза, достал из кармана связку ключкарт от домофонов. Развернувшись к ближайшему подъезду жилого модуля, он накинул на голову затасканный капюшон.

Стараясь не упускать его из виду, контрактник, дождавшись разрешающего сигнала светофора, не выдавая своего интереса, нарочито вальяжно, перешел улицу. За подозрительным человеком хлопнула тяжелая дверь подъезда жилого модуля двадцать два.

Постояв полминуты рядом с закрытой дверью, Эндрю, бросив взгляд на информационную табличку с номерами модуля и квартир, набрал на домофоне семь девять. Противные гудки сменились раздраженным женским голосом.

– Да, у аппарата? Кто там?

– Эмм.. Сосед ваш, мэм, ключ на работе оставил, впустите пожалуйста…

На том конце устройства, на мгновение, показавшееся вечностью, повисла напряженная тишина.

– Ладно, но это в последний раз! – раздраженно бросила невидимая собеседница.

Звонко пиликнув, тяжелая дверь открылась, пропуская Эндрю.

– Спасибо, мэм! – бросил напоследок парень.

В тамбуре подъезда было пусто, быстрым шагом преодолев небольшой коридор, контрактник выскочил на лестничную площадку. Длинные коридоры, уходящие в сторону от главной улицы, пронизывали девятиэтажный жилой модуль, представлявший собой комплекс зданий, выступающий из галереи в холодные пустоши негостеприимного мира почти на двести метров. Массивный многоквартирный жилой дом, также как и другие модули колонии, был смонтирован на широкие сваи. В одном таком модуле, жили несколько тысяч человек. Всего-же, от самого космопорта и до главного комплекса колонии, по обе стороны от главной галереи с оживленной улицей, торчали с пару дюжин таких «девятиэтажек». И это, не считая более престижных жилых комплексов, хостелов и гостиниц.

Узкий пролёт винтовой лестницы, пронизывающий здание сверху вниз, был пуст. Как не прислушивался Эндрю, но ни звука шагов, ни каких-либо других подозрительных шумов, слышно не было. Уже отчаявшись, молодой человек бросил взгляд к люку технического уровня, напротив закрытой на ремонт, шахты лифта.

Он был открыт.

Стянув с себя куртку, Эндрю, обвязав её вокруг пояса, свесил ноги в зияющий проём, нащупав носком ботинка простую вертикальную лестницу. Тусклого, приглушенного света с технического уровня, едва хватало, чтобы разглядеть очертания лестницы в тесной трубе. Быстро спустивший вниз, парень спрыгнул на пол узла коммунального коллектора. Грязный бетон унылых серых стен, разрисованный матами и безвкусными граффити, отдавал сыростью и плесенью. Треснувшая, еле горящая, световая панель под потолком, готова была рухнуть вниз, болтаясь на единственном тонком проводке. Ржавые трубы, вентили и задвижки, занимавшие половину всего пространства коллектора, извиваясь сомнительными инженерными решениями, тянулись вдоль длинных круглых шахт.

Затаив дыхание, Эндрю прислушался. Слева, из чернеющего провала технической шахты, хлюпающими хлопками