Солнце полуночи - Стефани

-Что это за машина? - она поинтересовалась.

- AnM3

Она нахмурилась.

-Я же не механик!

-Это БМВ. - Я закатил глаза и затем сосредоточился на том, чтобы осторожно выехать, никого при этом не задавив. Казалось, что кое-кто из этих мальчишек не собирались уходить с дороги. Может быть, если я нажму на педаль газа – это убедит их.

-Ты до сих пор злишься? - я спросил у нее.

Ее сдвинутые брови вернулись в нормальное положение.

-А ты как думаешь?

Я вздохнул. Возможно, мне не следовало так поступать. Я мог бы попытаться извиниться.

-Ты простишь меня, если я извинюсь?

На мгновение она задумалась.

-Возможно, - она сказала - если ты пообещаешь мне больше так не делать.

Я не собирался ей лгать, и никак не мог согласиться на это. Возможно, я смогу предложить ей иной вариант.

-Как насчет серьезного извинения и согласия на поездку в твоем пикапе в субботу? -  от одной мысли об этом внутри меня все съежилось.

На её переносице появилась складка, потому как Белла обдумывала новую сделку.

-Идет, - сказала она после некоторого раздумья.

Что касается моего извинения… я никогда не пытался целенаправленно ослеплять Беллу, но сейчас, похоже, наступил подходящий момент. Я посмотрел ей в глаза  настолько пронизывающе, что даже не знал правильно ли я еду. Я использовал свою самую убедительную интонацию.

-Прости, что я тебя расстроил.

Ее дыхание участилось, почти как стаккато. Ее глаза расширились,  она выглядела немного ошеломленной.

Я улыбнулся. Казалось, что я сделал все правильно. Конечно, мне тоже было очень трудно отвести глаза от нее. Абсолютно пораженная. Хорошо, что я вспомнил об этой способности.

-В субботу утром я буду у твоей двери, -  добавил я, поставив точку под нашим договором.

Она быстро моргнула, встряхнула головой, как бы все проясняя в своей голове.

- Гм, а как объяснить Чарли присутствие на нашей подъездной дорожке чужого «вольво»?

Как же мало она обо мне знала.

-Я буду без машины.

-А как ты… - начала было она.

Я перебил ее. Трудно объяснить ей, если она сама не видела.

- Не беспокойся, машины не будет.

Она наклонила голову набок, и какое-то мгновение на её лице читался вопрос, но она передумала спрашивать.

- Может быть, продолжим нашу утреннюю беседу? -  спросила она, имея ввиду наш незаконченный утром разговор в столовой; она собиралась вновь вернуться к тому сложному и совсем не привлекательному вопросу.

-Возможно, - с трудом согласился я.

Я припарковал машину перед ее домом. Все во мне было напряжено при мысли том, что ей придется объяснить...  да так, что бы не сделать мою жуткую натуру слишком явной, и не испугать её снова.

Она ждала с тем же вежливым заинтересованным выражением лица, что и за ланчем. Если бы я не был так напряжен, то ее абсурдное спокойствие заставило бы меня смеяться.

-Ты по-прежнему не понимаешь, почему нельзя смотреть, как я охочусь? -  спросил я.

-Ну… меня больше удивило, как ты отреагировал на мой вопрос, - сказала она.

-Я тебя напугал? -  поинтересовался я, будучи уверенным в том, что она непременно будет это отрицать.

-Нет.

Я хотел улыбнуться, но не получилось.

 - Прости, что напугал тебя, -  затем моя улыбка исчезла вместе с иронией. - Просто я представил, что ты увидишь нашу охоту...

- Неужели это так страшно?

В тот же миг в моей голове возникла картина - Белла, такая уязвимая в полной темноте; и я, отдавшийся своим инстинктам... Я попытался выкинуть это из головы.

- Очень.

- Потому что...?

Я глубоко вздохнул, сосредотачиваясь на пылающей жажде. Я чувствовал желание, справлялся с ним, проявляя на прочность мою власть над ним. Оно никогда не овладеет мной - я хотел, чтобы так было. Я должен стать безопасным для неё. Я смотрел на облака, не видя их, очень надеясь, что если во время охоты я почувствую ее запах, то смогу сделать выбор.

-Когда мы охотимся... мы полностью отдаемся инстинктам, особенно обонянию. - Я обдумывал каждое слово, прежде чем сказать ей. - Забываем о разуме. И если ты окажешься рядом, когда я буду в таком состоянии...

Я покачал головой, чувствуя агонию при мысли о том, что случится - что может случиться, и что случится наверняка.

Я слушал как бьется её сердце, а затем в нетерпении посмотрел на неё, чтобы прочесть что-нибудь в ее глазах.

Лицо Беллы было спокойным, глаза пустыми. Губы были немного напряжены, что говорило о ее заинтересованности. Заинтересованности в чем? В ее собственной безопасности? Или в моем страдании? Я продолжил разглядывать её, пытаясь понять значение выражения на её лице.

Она ответила мне тем же пытливым взглядом. Ее глаза через мгновение расширились, и зрачки тоже, хотя освещение не изменилось.

Мое дыхание участилось, казалось, что воздух в машине наполняется электричеством, совсем как тогда, в темном кабинете биологии.

Электрический разряд снова возник между нами, у меня возникло сильное желание дотронуться до нее, даже сильнее, чем желание утолить жажду.

Разряд тока проходящий через мое тело, заставил меня почувствовать. Что у меня снова есть пульс. И это было так естественно…Я чувствовал себя... человеком. Больше всего на свете я хотел почувствовать тепло ее губ на своих губах. Секунду я боролся с желанием о том, чтобы мой рот оказался ближе к ее коже...

Она судорожно вздохнула, и только тогда я понял, что, когда я начал дышать чаще, она прекратила дышать совсем.

Я закрыл глаза, стараясь разорвать эту электрическую связь между нами.

Больше никаких ошибок.

Существование Беллы было связано со множеством хрупких химических процессов в её теле и так легко было их нарушить. Ритмичное расширение ее легких, ток кислорода, могло быть как жизнью, так и смертью для нее. Трепещущий ритм ее хрупкого сердца может быть остановлен из-за  глупых несчастных случаев или болезней или...  из-за меня.

Никто из моей семьи не стал бы долго думать, если бы ему или ей дали шанс вернуться назад и обменять бессмертие на смертность. Каждый из нас горел бы за это. Горел столь много дней или веков, сколько было нужно.

Многие нам подобные ценили бессмертие превыше всего. Были и люди, которые страстно желали этого, она искали в разных злачных местах тех, кто бы мог им преподнести самый темный из всех подарков...

Только не мы. Не моя семья. Мы бы отдали что угодно, чтобы стать людьми.

Но никто из нас никогда не был преисполнен таким отчаянием ради пути назад, как сейчас я. Я уставился на микроскопические ямочки и трещинки на ветровом стекле, как будто в нем было спрятано какое-то решение. Электрический разряд не исчез, и чтобы сосредоточится мне пришлось сжать руль.