Маркус. Трилогия (СИ) - Смирнов Иван

Интересно, как именно он собрался осуществить свои угрозы о моём убийстве.

Оценивая одногруппников, я поделил их на три категории.

Первыми были те, кто испытывал по отношению ко мне открытую неприязнь и никак этого не скрывал.

Их оказалось шесть человек, включая Роберта, и так получилось, что они все сидели рядом с ним же. И скорее всего, являлись его подчинёнными.

Наверняка среди сторонников Адеркас были и те, кто не будет показывать свои истинные эмоции на публику.

Поэтому я на всякий случай не буду рассматривать себе в команду людей, сидящих рядом с Робертом.

Можно было, конечно, заранее запросить у Игрока информацию, кто кому подчиняется и симпатизирует, но опять же не успел из‑за незапланированной задержки в тренировке.

Поэтому пока буду ориентироваться на свои ощущения и наблюдения, а потом обязательно обращусь к Зайцеву, лишним точно не будет.

Он сам не присутствовал в аудитории, а значит, попал в другую группу учащихся. Это было удобно, всё равно я не планировал брать его к себе в команду, так как сомневаюсь в нём, как в бойце.

Во второй категории были явно симпатизирующие мне люди.

Таких, к моему удивлению, набралось аж девять человек.

В их число я включил Аню, хоть она в данный момент делала вид, что меня нет, но уверен – это временное явление, Виктора и ещё семь человек, которые часто оборачивались, посматривая на меня. В их взглядах помимо любопытства я и увидел симпатию.

Плюс мне помогла интуиция, сообщившая, что вот среди этой семёрки я и найду двоих оставшихся кандидатов себе в команду.

Конечно, если смогу уговорить Виктора и Аню, в ином случае придётся искать не двоих, а четверых.

К третьей категории относились все остальные, пока что условно назвал их нейтральными.

Большинство из них, скорее всего, придётся в ближайшее время мысленно перенести в первую категорию, но пока они не проявили себя, рубить сплеча и вычёркивать их из возможных союзников не буду.

В какой‑то момент вернулся мыслями к «игре» с преподавателем.

Если подумать, то я, возможно, слишком хорошо подумал о нём, ведь он мог остановиться и признать поражение не из‑за понимания того, что нехорошо напрямую воздействовать на учащегося.

Была вероятность, что мой уровень навыков его действительно впечатлил, и он решил меня проверить, а так как я слишком быстро оправился от его атаки, продемонстрировав слишком высокий уровень, он мог решить не нагнетать ситуацию дальше.

Мысль в целом жизнеспособная, однако сомневаюсь в том, что Джек Грант способен на подобное, всё же он слишком резко реагировал на мои слова. Подобное не стыкуется с расчётливым человеком.

Тем не менее надо будет порасспрашивать Аню и Игрока насчёт стандартного поведения этого мужчины и его уровень влияния.

Если он обычный преподаватель и за ним не было замечено никаких амбициозных поступков, то смысла беспокоиться нет.

В ином же случае стоит понять, он один или за ним кто‑то стоит.

Так как при первом варианте Грант опять же для меня безобиден, по причине невозможности вредить личному ученику ректора, а вот при втором могут быть нюансы.

Лекция длилась уже час, но выделить что‑либо необычное у других учащихся я не смог.

Поэтому, невзирая на преподавателя, являющегося опытным магом, использовал специфическое сканирующее плетение.

Подгадав момент, когда он активировал встроенный в кафедру массив иллюзий, чтобы продемонстрировать искажение структуры заклинаний при их применении в подземельях, я активировал своё плетение.

Попытка скрыть свои действия таким образом не самая лучшая, но этого оказалось достаточно. Во всяком случае, Грант никак не отреагировал на мои действия.

Результатом сканирования стало понимание, кто из присутствующих на каком круге, по местной классификации, находится.

Выходило, что из всей группы лишь три человека, включая меня, были магами третьего круга, остальные либо второго, либо первого.

Преподаватель оказался магом пятого круга. Достойный результат.

Многие дожившие до преклонных лет не могут похвастаться подобным, а он выглядит вполне молодо.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Конечно, маги способны в значительной мере корректировать свою внешность, да и в целом сильные представители этой касты живут намного дольше.

Но сомневаюсь, что Грант менял или улучшал свою внешность, так как его лицо, если рассматривать более пристально, было несимметричным и с дефектами.

На одной щеке было множество ямочек на коже. На самом деле странно, что он не воспользовался хотя бы иллюзией, чтобы скрыть свои недостатки.

Всё же аристократическое общество любит и ценит красоту. А любое отличие обычно воспринимает негативно.

Возвращаясь мыслями к результатам сканирования, выходило, что я, Виктор Торп и ещё один неизвестный мне маг, по мнению окружающих, можем претендовать на звание гениев.

Ведь третий круг – очень высокий показатель для нашего возраста.

А так как я планирую в ближайшие месяцы пройти ещё одну инициацию, то нужно уже сейчас задуматься над тем, каким образом я буду скрывать свой круг развития в дальнейшем.

Быть магом четвёртого круга в стенах академии будет намного проблематичней. В таком случае я стану слишком сильно выделяться.

Даже с учётом того, что я смогу выжать из подобной ситуации плюсы, минусов всё равно получу больше.

Отвлёкшись от одногруппников, решил немного послушать преподавателя.

Он говорил интересные вещи, при этом не сухим языком и наглядно демонстрируя их с помощью массива иллюзий.

Однако для меня всё это было бесполезно. Сильно сомневаюсь, что узнаю новую информацию раньше четвёртого потока, на который так и не смогу перейти, если верить предсказанию Ани.

В итоге я просто слушал и наблюдал, как слушают другие.

Конечно, стоило бы подумать на тему развития предприятий рода, но именно сейчас мысли о бизнесе наводили ещё большую тоску, чем слова преподавателя.

А так как ещё не отошёл от затяжной тренировки, решил дать себе немного времени, чтобы просто посидеть, не думая ни о чём.

Шёл третий час лекции, когда профессор решил сделать перерыв на обед.

По идее это должно было произойти раньше, однако из‑за меня расписание немного сдвинулось.

Но в целом это не вызвало у учащихся сильного раздражения, всё равно сегодня весь день был занят именно Грантом, и он мог его варьировать как ему угодно, не срывая занятия другим преподавателям.

После объявления перерыва многие решили направиться в столовую, в их числе был и я, однако далеко от своего места отойти мне не дали.

Дорогу мне перегородили четверо подчинённых Роберта, как раз из тех, кто не скрывал своего отношения ко мне.

– И какой трюк ты использовал на этот раз? Снова прихватил с собой артефакт?

Слова были сказаны в агрессивной форме и сопровождались высокомерными улыбками.

Осмотрев наглых одногруппников таким же высокомерным взглядом, я мысленно их оценил, как недостойных внимания.

Трое из их компании были магами первого круга и лишь один второго.

Так как они точно служили Роберту, то было странно слышать упрёки про артефакты, ведь на дуэли именно он их использовал.

Долго с ними дискутировать у меня не было желания, поэтому ответил достаточно жёстко, специально накаляя ситуацию:

– Если вы потеряли достоинство и добровольно решили вылизывать зад более влиятельному роду, это не значит, что другие согласны с вами. Тем более, гордиться подобным «рабством», – сильно сомневаюсь, что вот этих людей Роберт действительно приблизит к себе в будущем, уверен, они просто разменная монета и удобные временные подчинённые, от этого я и дал такое наименование – очень сомнительное удовольствие, как по мне.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

В ответ на эти слова их лица исказились от гнева, но они так и не кинулись на меня.

Я продолжил:

– Что касается моих способностей, то если бы вы занимались саморазвитием, а не выполнением чужих приказов, тогда, может, и добрались бы до моего уровня, – взял небольшую паузу и до того как мне успели ответить, договорил: – Когда‑нибудь.