Сага о Ласке Сэме и его друзьях - Владислав Григорьянц

По предгорьям тянулась небольшая цепочка всадников. Потом еще и еще одна. Всадники шла небольшими группами, но шли к одной точке, уверенно ведомые опытными проводниками. Это была не регулярная армия, скорее, какой-то партизанский отряд: воины одеты в разного покроя и цвета платья, доспехи тоже были из категории "кто во что горазд". Тот нацепил на себя только кольчугу, не побеспокоившись прикрыть голову шлемом, тот сидел на коне, как консервная банка в дедовских доспехах, которые теперь в здравом уме никто ни при каких обстоятельствах не надевал. Несколько были вообще без доспехов, крутили усы и вращали время от времени кривые сабли - это были паги, потомки кочевников, осевших в вольных баронатах, их охотно нанимали в легкую конницу. Они прекрасно владели острыми саблями и были непревзойденными лучниками. Были там и люди моря, они даже в конном строю предпочитали абордажные топоры на длинных ручках и абордажные широкие кривые сабли прямым палашам и мечам кавалерии. В основном же в отряд Ласки Сэма вошли недовольные Сеймаком молодые дети баронов. Они учились владеть оружием с детства. Это были самые закаленные бойцы, которые знали, что богатство и славу им может принести только их меч.

Предгорья Каркатара были покрытыми негустыми лесами, кустарник там рос в изобилии, а травы поражали своей яркой зеленью. Маги недолюбливали места бывшего гномьего обитания и обходили их стороной. Вот и не коснулись заклинания магов земель в предгорьях, и пастухи могли спокойно выпасать отары овец в густых травах девственных холмов. Сейчас пастухов с отарами видно не было. Война заставила мирных жителей предгорий уйти от греха подальше, стать беженцами. Ну, повоевали бы да разошлись по местам, как раньше не раз бывало. Так нет, разбили лагерь, насыпали валов, понавырывали ям и рвов, а теперь еще и остались, не дают житья и покоя. Правда, окрестные крестьяне на них не жалуются: не грабят, за провиант исправно платят и монетой полновесной, золото как золото, серебро как серебро. А что крестьянину еще надо? Вот, в деревеньках баронов сборщики податей шастают, последнюю рубаху с голого тела сдирают, кричат, что война! И все под эту войну сгребают. Там вскорости крестьянин бежать начнет, а то за вилы возьмется... Да и брались... не раз. Оно, конечно, за вилы... только вилы против латников несурьезно, надо ждать, пусть себе паны чубы друг другу повырывают, а там, авось пронесет...

- Командир Ласка!

- Командир Доу!

- Ну что там у нас, это уже все?

- Все, командир, ровно двести тридцать четыре человека. Два десятка моих людей промышляют в море, да три десятка слишком далеко. Они прикрывают отход вашему раненному. Еще десяток я оставил в столице. На всякий случай.

- Согласен. Выдвигаемся. Надо посмотреть, что там происходит, слышишь, пушки ворчат вовсю!

- Пошли! Пошевеливайся!

И небольшой отряд стал выдвигаться поближе к лагерю, туда, где полным ходом шла рубка. Доу и Сэм поднялись на вершину холма, а их отряд остался внизу, прикрытый гребнем природного возвышения. Сэм достал бинокль, а командир Доу подзорную трубу.

- Дак это наемники все больше... Вся пехота наемная! - воскликнул Доу.

- Посмотри туда, в предгорья, там где дымы поднимаются...

- Вижу. Красивая картинка.

- А теперь сюда...

- Вижу.

В предгорьях действительно состоялась красивая живая картина: разворачивалась гвардейская имперская конница. Это действительно была почти вся лучшая конница империи. И кроме двух драгунских бригад, которые быстро спешивались, имперские генералы сумели подтянуть к месту сражения две бригады тяжелой латной конницы и два полка летучих гусар, которые сосредотачивались на флангах, не вступая пока что в бой: гусары готовились к преследованию отступающего противника. А то, что пехота противника обречена, было сразу же ясно: без поддержки артиллерии, которая усиленно бомбила лагерь, против двадцати полевых орудий, которые быстро устанавливали имперские артиллеристы, да спешившихся драгун, коноводы которых отводили коней подальше от места боя. Драгун готовили как раз для таких дел: конная пехота, которая может поддерживать удар тяжелых конных частей, закрепляя успех удара, драгуны могли сражаться одинаково хорошо как в конном, так и в пешем строю. Теперь драгуны выстраивались шеренгами, готовясь вести плотный мушкетный огонь.

- Посмотри, вот и для нас нашлась работа! Они обстреливают усиленно лагерь. Батарея бомбард и дивизион полевых орудий. Эти батареи никем не прикрыты. Ударим стремительно и захватим батареи. Артиллерия противника должна замолчать. Вперед!

- Слушаюсь, командир Ласка.

И командир Доу пронзительно свистнул. Вся его конная вольница по приказу своего командира помчалась прямо на батарею. Бомбарды были укрыты в небольшой природной низинке. Высокий гребень скрывал их местоположение от противника. И если с полевыми орудиями артиллерия лагеря как-то вела дуэль, разбив пару пушек, то достать бомбарды у них не было никакой возможности. А именно бомбарды свободно перебрасывая бомбы через стены укрепления представляли самую реальную опасность для жизни императора. Латная конница окончательно увязла около ворот, вместо стремительного удара получилась неорганизованная свалка, в которой пикинеры и стрелки имперской гвардии имели все преимущества. А пехота, которая могла бы помочь разобрать завалы у ворот и дать возможность коннице ударить во всю мощь бесполезно застряла на самых задворках боя. Кони под живыми и убитыми теснились на небольшом пространстве и надо было проявить не только смелость, но и ловкость, чтобы пробраться сквозь эту толпу животных к пространству у ворот. Необстрелянные обозники и охранники, привыкшие думать о своей безопасности в первую голов,у под выстрелы врага не особо спешили. Зато батареи остались без прикрытия пехоты и должны были стать легкой добычей отряда легкой конницы, которым командовал Сэм Вутович.

Сэм летел впереди и немного левее командира Доу, заметил, как у телег засуетился небольшой заслон, как раздались несколько выстрелов, один из всадников выпал из седла, но отряд продолжал стремительно нестись на неприятеля. Вот тот, в парадном мундире, выцеливал из пистоля в командира Доу, Сэм тут же взял стрелка на прицел. Казалось, тот что-то почувствовал и стал разворачиваться по направлению к Сэму, выцеливая новую опасность. Выстрел. Стрелка противника уже не было видно. Сэм выхватил второй пистолет, выстрелил, попал в ногу ртеллиристу, размахивающему длинным бердышем, попал в ногу, артиллерист, уже сумевший свалить с коня одного всадника, стал оседать на землю, а над ним уже неслись кони нападавших.