Весна отверженных - Кэт Моррис

твоем месте не вмешивался, сэр Джерольф Д’Антильи. Тебе еще предстоит объясняться, почему ты, обученный воин, не отличил от врага беззащитную женщину.

Приор стиснул зубы и опустил голову. Король с сожалением посмотрел на Армана Де Грелля, хранящего полную безучастность, и повернулся к последнему из арестованных магов:

— Зачем ты целился в меня, чародей?

— Я помогал твоему кузену, признаю, — криво усмехнулся тот. — Но попытаться уничтожить тебя — моя инициатива, он мне не приказывал ничего подобного. Я ненавижу вас обоих. У меня был прекрасный план. Я убил бы тебя, и ни у кого бы не осталось сомнений, что я действовал по приказу твоего брата. Герцог Гильом, конечно, стал бы королем, просто за неимением лучшего. Но при дворе нашлось бы полно тех, кто не принял бы его в качестве монарха. Тех, для кого такое подлое убийство правящего короля было бы кровным оскорблением. Они наверняка нашли бы своего кандидата на престол. В Трезеньеле началась бы гражданская война, которая подорвала бы могущество страны. Моя ошибка только в том, что я ослабил контроль над Ковеном, когда они перебрались в Серый двор. Иначе этот слюнтяй со своим щитом не помешал бы мне. Видимо, привычка к рабству в крови у местных магов…

— Мерзавец! — прорычал Великий Герцог.

Оллорнас рассмеялся:

— Поскольку я вряд ли выберусь отсюда живым, мне нечего терять. Признаюсь, я агент Империи Эн-Калех. Представляешь теперь, государь, насколько далеко зашел твой братец в погоне за властью? Связи с Эньесом — это детские игры.

— Если своими откровениями ты хотел ухудшить ситуацию для себя и для хозяина, — махнул рукой король. — ты в полной мере этого добился.

Маг низко поклонился. Монарх с интересом посмотрел на Матеоса:

— Я видел тебя рядом маркизой Де Аликер. Что между вам общего?

— Леди маркиза просто развлекалась, — с поклоном ответил гладиатор. Он прекрасно владел собой.

— И увлеклась настолько, что теперь мертва? — иронично улыбнулся король. — Кстати, не ты ли нанес ей смертельный удар?

— Ты волен судить меня, государь, — ровным голосом ответил гладиатор. — Но я был безоружен.

— Ложь! Это наверняка он! — крикнул Дени Де Шаррак.

Матеос перевел на барона взгляд, полный презрения и ненависти.

— Когда мы узнали о заговоре, первым, что сказала леди Кларис, было: «Мой глупый кузен не должен пострадать», — так же бесстрастно произнес бывший телохранитель.

— Государь, этот человек — мой слуга! — возмущенно воскликнул барон. — Я продал его офрейнскому торговцу, но Матеос бежал от него. Поскольку новый хозяин, судя по всему, его не разыскивает, я требую вернуть мою собственность мне.

— Я эньеро, — возразил гладиатор. — Свободу эньеро признают везде.

— Ты не вправе ничего требовать, барон Де Шаррак, — спокойно ответил Максимиллиан. — Твои предки получили баронский титул из рук моих предков. Намереваясь поддержать заговор Великого Герцога, ты оказался в полушаге от измены.

Монарх повернулся к высокому широкоплечему мужчине, все это время с легкой усмешкой следившего за разговором:

— И какова же твоя роль во всей этой истории, друг мой? Я видел, как ты командовал слугами, но я знаю в лицо своего дворцового управляющего.

— Рауль Дегремон, прозываемый Королем нищих, с твоего позволения, сир, — с усмешкой поклонился Король Серого двора. — Поскольку мои люди обслуживают твой праздник, пришлось на некоторое время взять управление в свои руки. Мы действительно выводили и прятали магов, потому что они ни в чем не виноваты. Но если после всего, что происходит сейчас, ты решишь продолжить едва не испорченное веселье, я и мои люди готовы служить тебе и дальше — до самого вечера и до глубокой ночи. Как, впрочем, и всегда.

— Ты оспариваешь мою власть, Король нищих? — приподнял брови Максимиллиан Третий. — Или считаешь, что я недостаточно хорошо забочусь о неимущих?

— Ну что ты, — рассмеялся Рауль. — Я просто немного тебе помогаю, мой король. Мое мнимое королевство небольшое, но я на своем опыте знаю, как трудно за всем уследить.

— Ты сам удивлялся снижению преступности в бедных районах, сир, — вмешалась баронесса Де Верлей. — И тому, что попрошаек на улицах стало гораздо меньше. Это заслуга господина Дегремона и его друзей.

Максимиллиан Третий улыбнулся и прошествовал обратно к своему креслу.

— Подданные, слушайте мой вердикт. Первое. Я объявляю, что выбрал себе невесту. Ею станет принцесса Эделин Эвермирская. Я сегодня же отправлю ее старшему брату письмо с предложением руки и сердца.

Великий Герцог Гильом едва слышно выругался. Король перевел глаза на кузена:

— Второе. Герцог Де Тайер и барон Де Шаррак, поскольку ваша вина очевидна, я имею право не подвергать вас королевскому суду. Дорогой кузен, ты будешь немедленно отправлен в тюрьму Шуасси, где содержатся все государственные преступники благородного происхождения. Барон Де Шаррак, ты прямо отсюда под конвоем удалишься под домашний арест в свои владения. Я запрещаю тебе покидать родовой замок, принимать кого-то у себя и вести переписку. Для надзора я назначу одного из своих людей — из тех, против которых вы только что так яростно протестовали. Так что собеседник у тебя будет. Стража, выполняйте.

Гильом Де Тайер спокойно дождался, пока к нему подойдут двое королевских гвардейцев, затем коротко, по-военному поклонился и вышел. Еще двое солдат подошли к барону. Тот хотел было что-то возразить, но один из стражников властно положил Дени Де Шарраку руку на плечо и развернул к выходу. Барон свирепо посмотрел на королевского гвардейца, брезгливым движением скинул его руку со своего плеча и с высоко поднятой головой последовал за герцогом.

— Что касается тебя, баронесса, — продолжил Максимиллиан Третий, — в самое ближайшее время ты обязана представить свою племянницу к моему двору. Это не обсуждается. Что до всех остальных… — он обвел взглядом арестованных. — Сэр Джерольф Д’Антильи, мне жаль, что я не могу судить тебя королевским судом. Но я потребую суда над тобой у Великого Магистра. Пока я жду ответа, ты под домашним арестом. Я запрещаю тебе покидать Шато-Де-Солиммар. Как ты будешь оправдываться за убийство графини Де Грелль перед ее супругом, это вы решите между собой. Мага, который пытался меня убить, выдать Вечному Ордену.

Брат Джерольф спокойно и с достоинством поклонился и вышел. Чародея увели вслед за ними. Оллорнас шел с гордо поднятой