Камень королей. Первая часть - Елена Середа

Нет, нет, невозможно. У Келси, конечно, есть странности ("Сбежавшее чудовище!" Как только ему такое в голову пришло?), но он много раз помогал Сони, не заикаясь об отплате, и добровольно принимал на себя массу обязанностей, лишь бы не тревожить спутников. Позапрошлой ночью он просто играл роль. Считай он взаправду, что благословлен богами, то его заносчивость вскрылась бы гораздо раньше.

Келси казался самым искренним и открытым из всех гвардейцев. Как это ни глупо, но Сони ему верил. Он тоже не понимал, как Келси допустил фатальную оплошность, выпустив цель из поля зрения. Сони был уверен, что он сам так не ошибся бы. Но еще больше его мучил вопрос, почему Келси не может отделаться от надоевшего мага.

- Келси, - увещевал горбоносый, - подумай еще раз, что ты видел перед тем, как нашел Даллина. Не может быть, чтобы убийца успел бесследно исчезнуть за то время, о котором ты говоришь.

- Да ничего я не видел. Просто зашел за угол и...

Который раз они повторяют это слово в слово? Как же они достали.

- Случившееся выглядит, как предательство, - обреченно сказал Виньес. - Это катастрофа. А ты не хочешь ничего вспоминать.

Келси понурился.

- Вин, отвали от него, - сказал Сони, продолжая подкидывать монетку. Вверх и вниз, вверх и вниз... Он никак не мог понять: успокаивает его это или гнев лишь накапливается, вместо того чтобы уходить?

- Виньес, - хлестнул маг. - Для тебя - Виньес. Не сокращай мое имя.

У этих благородных пена изо рта текла, когда кто-то коверкал их прекрасные имена с мягким знаком и выпуклыми гласными. Только какой Бездны проклятый Виньес вдруг начал упираться, если остальные зовут его исключительно Вином?

- Как пожелаете, мой лорд. Но сначала отвали от Келси. Он тебе уже все рассказал, - Сони зло швырнул монетку в пол. Она возмущенно тренькнула, столкнувшись с досками, и укатилась под кровать. Наплевать. Он достанет ее потом.

Лесоруб изумленно воззрился на него, но промолчал. Зато Виньес взвился, как будто его ударили.

- А у тебя есть другие предложения, как узнать, кто убил нашего "языка"? Или ты уже и так знаешь, кто это был?

Намек, прозвучавший в последнем вопросе, Сони не понравился. Он спустил ноги на пол, уперся локтями в колени и исподлобья уставился на горбоносого.

- Я с тобой в одной комнате спал, если вдруг у тебя память отшибло. Чего ты вообще психуешь? Даллина мог грохнуть кто угодно, на него полгорода зубы точит.

- Полгорода не могли достать его много лет, - парировал Виньес, вставая и разворачиваясь к нему. - И тут внезапно его убивают на следующую ночь после встречи с нами. Удивительное совпадение, тебе не кажется?

- Вин, послушай, - влез Келси. - Я сказал, что виноват, но это не значит, что...

Виньес даже не повернулся в его сторону. Келси замолчал. Даже если бы он сейчас принялся признаваться кому-нибудь в любви, его все равно бы никто не слушал.

- Может, и кажется, - огрызнулся Сони, тоже поднявшись с кровати и встав напротив Виньеса. - Но какой смысл долбать одними и теми же вопросами человека, который и так все тебе рассказал?

- О, ты, конечно, лучше всех знаешь, как поступить. Ты же у нас ученый вор.

Сони плотно сжал губы, глядя на мага. Он мог сказать, что действительно знает, как поступить. Но вместо этого он сделал то, что хотел уже очень давно - врезал Виньесу кулаком в лицо.

Удар слева у мага оказался неожиданно крепким, но в целом он был никчемным бойцом. Его учили сражаться благородно, по правилам, с оружием в руках, потому что он принимал нехарактерные для уличного бойца стойки. Наверняка ему когда-то объясняли, как драться в грязной стычке, но практики Виньесу не хватало. Не то чтобы он дрался из рук вон плохо, наоборот, удивил Сони своей силой, но нападал и защищался, как новичок. Хотя на его стороне было преимущество роста, внезапность и скорость играли на Сони. Пропустив пару ударов в печень и грудь, он опрокинул мага, успел аккуратно оттолкнуть Келси, чтобы тот не мешался, дал Виньесу еще форы и потом снова уронил на пол. На сей раз, правда, покатившись вместе с магом.

Промахнулся Сони всего однажды, разбив о половицы костяшки пальцев. Когда он промазал второй раз, это случилось не по его вине. И не по заслуге Виньеса.

Их швырнуло в стороны, причем о ножку кровати Сони звезданулся сильнее, чем его мог ударить Виньес. В следующий момент нити духа вздернули обоих мужчин на ноги, удерживая на расстоянии друг от друга.

- Тэби, тварь... - в бешенстве зарычал Сони.

Тэби, приоткрыв один глаз, лениво следил за дракой. Он мог воспользоваться камнем королей, не доставая его из потайного кармана, но разнимать спутников не стал бы. Черный Рыцарь до такого не снисходит.

- В чем дело? - ледяным тоном произнес Кален, появившийся на пороге комнаты.

- Твою мать... - прошептал Виньес, буравя злым взглядом Сони. Он выругался первый раз со времени их знакомства.

Из-за плеча командира выглянул присвистнувший Дьерд.

- Да ладно, Виньес подрался? - недоверчиво спросил он.

Точнее нужно было сказать так: Виньеса побили. Белая рубашка была порвана и заляпана, из губы текла кровь, а под глазом обязательно нальется фонарь ничуть не хуже тех кристаллов на перевале Катарка. Самым серьезным повреждением Сони была саднящая рука. Может быть, выскочит пара синяков - и все. Он мог бы забить Виньеса до смерти даже без оружия. Почему маг так и не применил волшебство? Пара нитей из духа - и Сони не достал бы до него, даже если бы тянулся изо всех сил. Более того, он мог разделаться с вором, не вставая с кровати.

- Мы ставили эксперимент, - объявил Виньес, задрав нос и церемонно отряхивая пыль с рукавов.

- Какой? Можно ли тебя уложить одной левой? - ехидно спросил Дьерд. - Так это мы и так на ежедневных тренировках можем проверить.

Виньес фыркнул и как ни в чем не бывало отвернулся, ища в сумке новую рубашку и ворча по поводу безнадежно испорченной старой. Сони проглотил слюну, в которой ощутил привкус крови. А ведь Виньес мог и обвинить его в нападении... Но пусть его хоть режут, не будет он уважать этого проклятого лордика.

- С вами все в порядке? - послышался снизу высокий женский голос, захлебывающийся в одышке.

Кален, собирающийся что-то сказать, скривился. Танель, жена Кьёра, была истинной северянкой во всем, исключая одно - по-южному теплую заботу о гостях. Заходя во флигель паломников, Танель из величавой пожилой леди превращалась в пышнотелую наседку, пекущуюся о птенцах. Ее почтенный возраст позволял ей ко всем мужчинам относиться, как к мальчикам. И если Дьерда, например, это забавляло, то суровый Тэби, которого она однажды потрепала за щечку, сразу вскипал. Сони эта женщина скорее нравилась, чем нет. Она чем-то напоминала ему Нису, которая держала в Могареде приют для нищих, хотя первая отличалась показной холодностью, которая с нее быстро соскальзывала, а вторая - чрезмерным радушием, под которым подчас обнаруживалась жестокость. Рознила их и проницательность. Опытная Ниса, увидев перед собой отряд, сразу бы догадалась, что они не паломники Альенны. Наивная Танель же искренне верила, что ее гости приехали посетить храм богини-матери.