Номер Один - Диана Андерсон

пор не отпускало странное чувство настороженности. — И я так же очень благодарна тебе за то, как ты помог Тине с учебой, — добавила она, напомнив о нашем рейтинге успеваемости за семестр.

— А как поживает твоя мама? — ее лицо резко переменилось, будто она сама поняла, что взболтнула лишнее, и суетливо начав размахивать руками, подозвала к нам Терезу. Я недоумевая взглянула на родительницу.

— Большое спасибо, она в порядке, — широко улыбнувшись, ответил парень. Я тихо вздохнула.

Остаток ужина проходил в спокойствии и тишине. Меня не покидало ощущение дежавю на протяжение всего вечера, в грудине покалывало, и я понятия не имела, что меня заставляло волноваться. Когда мы возвратились ко мне в комнату, под предлогом дополнительных занятий, было уже почти десять вечера.

— Твои родители нормально отнесутся к тому, что я в твоей спальне в такое позднее время? — Брэндон приподнял бровь, увидев, как я заперла комнату на ключ. Мне не раз хотелось сделать то же самое и в его комнате, где у нас было больше возможностей побыть наедине, но парадоксально, в моей спальне, было сейчас спокойнее.

— Я сказала, что мы будем заниматься, — хихикнула я, чуть толкнув его в грудь, вынуждая присесть на кровати.

— Но…

— Но я же не сказала, чем мы будем заниматься, — подмигнув, солгала я, кладя свои ладони ему на плечи и размещаясь у него на коленях. Брэндон смотрел на меня своими сияющими золотистыми, от яркой лампы, глазами снизу-вверх, а его рот был немного приоткрыт. Начав расстегивать его наглухо застёгнутую полосатую рубашку, я приблизилась к его губам, и едва осязаемо поцеловала.

— Не думаю, что это хорошая идея, — затараторил он, опуская свои ладони на мои пальцы, расстегивающие пуговицы на его рубашке. В этот момент я почти достигла середины, и заметив, что впервые в жизни под его рубашкой ничего нет, я мысленно завопила от радости. — Твои родители в соседней комнате.

— Я знаю, — ответила я слегка осипшим голосом и снова коснулась губами его губ. — Я поэтому закрыла дверь на ключ, — и я снова потянулась к нему.

— Не нужно, — покачав головой, Брэндон схватил своей рукой мои ладони и аккуратно убрал их с его груди. Затем приподняв, он усадил меня на кровати рядом, а сам встал и направился к окну. Рассерженная, я выдохнула, а затем последовала за Брэндоном, задумчиво глядящим вдаль из окна, откуда открывался прекрасный вид на озеро.

Я обняла Брэндона со спины и положила голову ему на плечо. Парень сразу же опустил свои ладони на мои, ютившиеся на его груди.

— Мне очень нравится вид из твоего окна, — прошептал он. — Такое умиротворенное состояние, когда смотришь на озеро отсюда.

— О, я тоже очень люблю это место, — добавила я, размещаясь, с другой стороны. Брэндон взял меня за руку и приблизил к себе. — Когда-то мы устраивали пикники в этом месте, давным-давно.

— Мы тоже делали подобное когда-то, — отозвался Брэндон.

Парень о чем-то задумался, а затем развернувшись, притянул меня к себе, и посмотрел в глаза. В его взгляде заблестели хитрые искорки, и он долго и пристально рассматривая меня, поступенно перемещая свой взгляд с глаз на губы.

— Твоя мама была так любезна сегодня со мной, — наконец заговорил он. — Уверен, она возненавидит меня, если узнает, что я собираюсь сделать с ее дочерью…

Его слова подобно сигналу подействовали на меня изнутри, из-за чего я едва удержалась на руках, чтобы не потерять сознание от трепета, который начала испытывать. Неужели мой скромный парень наконец сказал это? Глаза Брэндона потемнели, а взгляд из невинного превратился в хищный, и оскалившись, он прижал меня к себе и наклонился для поцелуя.

— Мы это переживем, — неузнаваемым голосом произнесла я, и мое сердце забилось.

Брэндон обрушился на мои губы, и резким движением вторгся языком в мой рот, не давая мне опомниться. Он никогда прежде так вольно себя не вел и подобные раскованные действия лишали меня опоры, напрягая до предела каждый кусочек моего раскаленного от жара, тела. Приблизив его к кровати, я толкнула парня в грудь, не разрывая нашего поцелуя, и когда Брэндон оказался на постели, расположилась сверху, снова примыкая к его губам. Я не уставала ликовать от понимания того, как невероятно целовал меня Брэндон. Мне казалось, что никто не смог бы сделать такого с моими губами, и вздохнув в его рот, я снова начала расстегивать пуговицы на его многострадальной рубашке, но парень, резким движением перевернул меня на спину, хватая за запястья. Черт возьми, снова.

— Тина, мы не будем заниматься этим сейчас, — осипшим голосом, строго предупредил он, отвлекаясь от моих распухших губ. Я недовольно всхлипнула, пытаясь оторвать своего руки из его хватки. Его глаза были черными, а взгляд безумным.

— Ты же сам говорил, — недовольно буркнула я.

— Только не тогда, когда твои родители дома, за стеной, — объяснил он. Лукаво улыбнувшись, Брэндон подмигнул мне, и снова настойчиво впился в мои губы. В этот момент в комнату действительно постучали, и мы отпрянули друг от друга как ошпаренные.

Отворив дверь, я бросила украдкой едва уловимый взгляд на своего парня, еле сдерживающего смех, с выражением: «я же говорил».

О да, ты как всегда был прав, паршивец.

*

— Ты сильно увлеклась этим парнем, дочка, — как ни в чем ни бывало произнесла моя мама.

Я поперхнулась водой от неожиданного тона матери, спокойно читающей журнал за столиком в гостиной.

— Почему ты это сказала? — пробубнила я, поставив стакан на столешницу и приближаясь к маме. Утро субботы, но откуда-то взятая привычка вставать рано постепенно начинала мне нравиться. Я немного смутилась от прямолинейности родительницы, но сказать мне было больше нечего.

— Это видно по тебе, — продолжила она так же ровно, медленно оторвав свой взгляд от разглядывания модной статьи и переключив его на меня. — Прежде я никогда не замечала за тобой подобного поведения, — завершила она предложение и снова уткнулась в журнал.

— Это… плохо? — рваным тоном протянула я, чувствуя себя растерянной идиоткой.

— Нет, это вовсе не плохо, — мама сняла очки, и широко улыбнулась. — Мне очень нравится этот мальчик, и он положительно на тебя влияет.

Улыбнувшись маме, я собиралась пойти к себе в комнату. Девчонки собирались сегодня в «Сантане-роу» ради обычного шоппинга и подарков к Рождеству.

— Только прошу тебя, не натвори глупостей, — остановила меня мама, когда я была на средней ступеньке лестницы.

— Я не собиралась, — развернувшись, я недоумевающе посмотрела на нее.

— Я просто тебя предупреждаю, Тина, — мягко отозвалась она. — Ты влюблена в него, — удивленно покосившись на нее, я открыла рот в изумлении. —