Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

будет! Будем экскурсии устраивать с адреналинчиком: «как поймать монстра и при этом не умереть», уверена, платить будут золотом!

— Ты сейчас всерьёз или шутишь? — раздался хмурый голос позади. Я даже оборачиваться не стала, тембр Джерарда, басовитый и чуть приглушённый, сложно было перепутать хоть с кем-нибудь.

— Я вполне серьёзно, а что? — легкомысленно пожала плечами, делая вид, что действительно так думаю, на самом же деле я просто пошутила: никаких «сафари на нечисть» я устраивать не собиралась. Мне не нужны были глупые, ничем не оправданные смерти в орочьем королевстве.

— Ну если ты намереваешься при этом неплохо заработать, в принципе, почему бы и нет, — мой телохранитель вдруг сменил тон на одобрительный, — а если разумный сам себе дурак, не наша в том вина. Только нужно продумать условия договора, чтобы к тебе и твоей стране не было потом претензий.

— Я просто пошутила! — не выдержав, оглянулась на ехавшего позади нас Джера. Мужчина отстал на полкорпуса и на его лице сейчас была самая настоящая улыбка. Он прикалывался! Во даёт! И я не выдержала, тоже рассмеялась.

Ансгара кто-то окликнул и он, кивнув нам, отправился к лареру Ригу.

— Не обижаешься? — поравнявшись со мной, негромко уточнил Джер. Огромный вороной конь, на котором восседал орк, внушал трепет и уважение к наезднику, способного столь легко управлять этим монстром. Тёмный глаз Вальгарда косился на меня и на мою смирную кобылку в явном намерении улучить момент и как следует укусить меня за ногу и пнуть мою Руби.

— Где ты достал этого монстра? — вырвалось у меня против воли, и вообще я с трудом удержалась, чтобы не отъехать чуть подальше от этой зловещей парочки.

— Где взял, там уже нет, — хмыкнул мёртвый король, который сейчас был живее всех живых.

— Я серьёзно, — мне было всё же интересно узнать, откуда у бывшей нежити такое сокровище.

— Забрал из конюшни Анденшонов, — пожал он широченными плечами, даже мелькнула мысль, как бы эти стальные мышцы не порвали куртку по швам.

— Не поняла? — через секунду дошло до меня, резко вскинув голову, заглянула ему в глаза.

— Тебе и не нужно понимать, — он не отвёл взгляда, — просто помни — не оставляй врагов за спиной. Никогда.

— Хмм, — чуть не поперхнулась я, ведь до сего момента полагала, что с герцергом давно покончено. Задавать уточняющие вопросы не стала: откуда-то поняла, что ответа не дождусь. Но моя природная любознательность так и распирала изнутри и я спросила совсем другое, прежде оглядевшись и воздвигнув вокруг нас двоих купол тишины, — скажи, шелестайн способен не только заживлять раны, ведь так? Какие функции он ещё поддерживает?

Джер перевёл взор своих странных глаз в сторону блестевшей реки и туда, дальше, где виднелась полоса густого Светлого леса. Орк-нежить молчал, явно о чём-то размышляя.

— Во все века лунный камень использовали только как целительский артефакт Древних, — наконец-то заговорил он, медленно, словно подбирая слова, — мой род обладал одним таким камнем, который затерялся во время Великого противостояния орков и всех иных разумных. Но поговаривают, что этот камень также способен вернуть к жизни того, у кого здоровая душа. То есть он умер, но душа и разум остались цельными.

— Например, как у тебя? — уточнила я, внимательно слушая бывшего короля и одновременно любуясь его гордым профилем. Сногсшибательный орк.

— Да, — он неожиданно резко повернулся ко мне лицом, и я почувствовала, как щёки опалило жаром, — но как эту его способность включить — не ведаю. А ещё, если верить всё тем же домыслам, после того как кто-то восстанет из мёртвых, шелестайн рассыплется в труху.

— С одной стороны, я вовсе не хочу потерять такой нужный артефакт, с другой, — я многозначительно посмотрела на спокойного мёртвого короля, — ты сможешь полностью ожить. В общем, мне есть о чём подумать, и чем заняться долгими зимними вечерами, ночами, может быть, тоже, — мои мысли из странного романтического бреда переключились на любимую волну чокнутого изобретателя. — И ещё я обдумала твои слова касательно разведки. Можно ведь создать артефакты, очень маленькие и даже придать им внешний вид насекомых или мелких грызунов, птиц и пресмыкающихся, у меня уже есть несколько набросков, и даже произведены первые расчёты, только в дороге сложно сосредоточиться на чём-то одном, всё же любое путешествие выматывает.

— Интересная задумка, — одобрительно кивнул Джер, после чего поднял руку и одним движением пальцев, снял мой купол тишины, — поскачу-ка я назад, разведаю, нет ли хвоста, — и, бросив на меня странный взгляд, резко развернул глухо всхрапнувшего коня, срываясь с места в карьер, помчался назад.

Растерянно поглядев вслед его внушительной фигуре, пожала плечами — странный он всё же: то у него вполне «человеческие» эмоции и мысли, то он как бездушная машина: делает что-то, но далеко не во благо кого-то, кроме, почему-то меня. Лучше не думать о Джерарде, как о живом орке, перестать млеть перед его красотой, ведь влюбиться в того, кто не совсем жив — глупейшая затея.

Мой взор снова переместился вперёд: мы почти дома, уже очень скоро покажется родной остров посреди Сольваны. А там меня ждёт мама, друзья и новый город. Символ единства орочьего народа.

Сульёпган.

Глава 31

— Мама! — закричала я, резко натянула поводья и молнией соскочила с коня. На автомате скастовав заклинание ускорения, полетела навстречу Райле, да так, словно у меня за спиной выросли крылья.

Я даже и не думала, что, умерев на Земле и воскреснув в вонючем вигваме Виты, приобрету так много.

Семью.

И для меня не имеет никакого значения цвет кожи родных и их положение в обществе. Главное ведь кроется совсем в другом. В любви, поддержке и взаимопонимании, когда тебя понимают с полужеста, с полуслова.

Мама встречала нас на безопасном берегу вместе со всеми моими друзьями: Дэгни, Кэри, вытянувшийся Эджилл, могучая Лоска, её прекрасная дочь Торберта, тут же, широко улыбаясь, стояла, оперевшись на кривую клюку, старая Гутрун и… Вита. Вот уж никогда бы и не подумала, что травница из моего родного стойбища переселится сюда, в Сульёпган.

А ещё удивила маячившая за всей этой толпой внушительная фигура Инджибджорг, рядом с ней, не скрывая довольного блеска в глазах, пристроились ша Сиир, и его заклятый друг ша Аскетилл.

До сего момента