Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович Владимир Черный-Седой

– Понятно, – ответил Карл. – Что-нибудь слышно о его милости?

– Нет. Он, по-видимому, опять кого-то спасает. – В голосе своей невесты Карл услышал легкое неудовольствие.

– Что, такое уже было?

– Да, Карл, и обычно это красивые девушки.

Теперь он уловил ревность в ее словах и прямо спросил:

– Ты в него влюблена?

– О, слава космосу, нет! – искренне воскликнула она. – Но, понимаешь, начинает раздражать его постоянство. Он постоянно куда-то исчезает и возвращается с очередной красавицей. Причем он как бы играет на их чувствах. Они влюбляются, а он их не замечает, как женщин. Это, знаешь, даже бесит. Меня по первости это сильно задевало. Я однажды хотела его убить… да и не я одна. Но потом это проходит, как болезнь. Он непоседа. Он окружен врагами, как мы звездами. Ему нужна особенная женщина, которая будет ждать его годами… будет терпеть его вечные исчезновения и ждать, ждать, ждать… Я не такая, – вздохнула она. – Мне нужна семья и муж, что будет всегда рядом со мной. Надежный, терпеливый и добрый… Такой, как ты, Карл. – В ее голосе звучала нежность.

Открытый космос. Материнская планета

Рамсаул выполнил данное изгою обещание. Правда, с тяжелым сердцем. Всегда тяжело выбрасывать на ветер нажитое.

«Пусть не совсем нажитое, – выходя из конторы букмекера, думал Рамсаул, – но все равно жалко».

Он сразу заметил, как появился Русар и стал осматриваться. Это насторожило опытного бродягу. А когда Русару что-то шепнул шнырь управляющего и тот направился к их столу, Рамсаул заподозрил недоброе.

– Возьми кошель, – старик под столом передал кошелек с серебрушками внуку, – и спрячься на время.

Опасения его оправдались, когда бретер заговорил. Он сразу стал обвинять Щетину, что тот его обворовал.

«Управляющий – гнида, – подумал Рамсаул. – Хочет заполучить мастера-механика. Но нет кошелька – нет воровства, таков закон». Он почти успокоился, как неожиданно Русар вопреки обычаям вызвал его на поединок. У него упало сердце. Рамсаул испугался! Но не столько за себя, сколько за внука. С кем останется малец – продолжатель его рода? С этим новичком, что сам не способен выжить здесь? Вот попал так попал! Рамсаул не знал, как поступить, но ему на выручку пришел изгой. Щетина, видимо, играл в благородство. Глупец! Такие здесь погибали первыми. Он не понимал, что, вступившись за Рамсаула, подписал себе смертный приговор. Хорошо, если Русар не будет его мучить и зарежет быстро. А если решит поиграть на публику? «Ох, беда так беда!» – сокрушенно подумал Рамсаул.

Он уже отдал кошель с пятнадцатью серебрухами букмекеру. Мог, конечно, этого не делать, но, глядя в глаза Щетине, понял, что тот придет за ним и мертвым. Лучше не злить мученика, а то покоя не даст. По ночам будет приходить и пить его жизнь. Неудовлетворенность и месть заставят убитого стать вурдалаком. Он не уйдет за грань, имея должников в мире живых.

«Нет, я правильно сделал», – удовлетворенно подумал старик.

Рамсаул занял место на самом верху. Внук пробрался ближе. Но старик не хотел видеть подробности казни. Да, это была самая настоящая казнь за отказ работать на управляющего, глядя на арену, где красовался Русар, переживал старый Рамсаул. Жаль, конечно, но, видать, такая у изгоя судьба. Они с внуком и так проживут. Жили же раньше. Он может подать прошение на право владеть имуществом Щетины. Они компаньоны, и свидетели этому есть. Торговка подтвердит за десять процентов. Он убедит ее, что зарядит ей аккумуляторы.

Пока он предавался горестным думам, на арене развернулись события. Щетина не стал ждать Русара и побежал прочь. А дальше вообще произошло то, что не укладывалось в сознании Рамсаула. Щетина играл с Русаром, словно на кону была не его жизнь. Оскорблял его и даже плевался. Он бегал от мастера ножа уже минут десять, и тот все никак не мог до него добраться. Рамсаул, как и все, поддался азарту. Он уже не думал о печальном конце Щетины. Он гадал, достанет его Русар или того забьют палками до смерти. Щетине такая участь не грозила, он, во-первых, был первый раз на арене, во-вторых, стал нравиться публике. А когда он помочился на бойца, зрители завопили от восторга. Вскоре наступила неожиданная развязка. Щетина вернул клинок Русару и, метнув свой нож, попал тому в живот.

«Не прост изгой, ох не прост!» – восхитился Рамсаул.

Поискал глазами внука. Тот однажды помог Щетине, крикнув на всю арену, что он с другой стороны, и Русар сорвался с места, побежал ловить проказливого шлемаза, огибая пирамиду из ящиков. Благодаря своей победе и тому, как он ее одержал, Щетина в один миг превратился из шлемаза в благородного дона. Если бы он просто победил, пользуясь беззащитностью Русара, то стал бы безвестным бойцом. А теперь он вправе принять имя. Его дадут ему на арене гладиаторы.

Зрители ревели от восторга. Перекрывая шум, ударил гонг.

– Один, два, три, – насчитал Щетина, и шум стих.

– Господа! – громко крикнул распорядитель. – Позвольте представить вам нового благородного дона. Сейчас на арене случилось чудо, и вы были свидетелями этого. Крыса победила благородного дона. Поэтому на арену выходят прославленные мастера боя. Встречайте! Благородный дон Ульфрик Стальная Рука!

К Щетине направился седоусый гигант. Зрители с таким же воплем, каким встретили победу Щетины, встретили этого бойца.

– Благородный дон… Быстррррый Веееттерр! – назвал распорядитель идущего вторым бойца.

Зрители продолжали орать.

Оба остановились рядом с Щетиной.

– Тебя как зовут? – спросил седоусый.

– Щетина.

– Пять серебрух у тебя есть, Щетина, чтобы уплатить годовой взнос?

– Ульфрик, что за вопросы? – засмеялся Быстрый Ветер. – Он за бой получит минимум десятку. Конечно, у него есть пятерка. Правда, Щетина? – Он подмигнул Щетине. – Как хочешь называться, лысый проказник? Или сам придумаешь себе имя?

– Пусть будет Щетина Вепря, – улыбнулся Вейс, вспомнив книгу, что читал в детстве.

– Отличное имя для дона, – хлопнул его по плечу седоусый.

Он подозвал посыльного, и тот, услышав новое имя Щетины, побежал к распорядителю.

– Господа! Позвольте представить вам нового благородного дона! Щетина Вепря!

И снова зрители восторженно взревели.

Рамсаул встал рядом с конторой букмекера. За выигрышем он не шел, понимал, что счастливчиков пасут банды беспредельщиков. Ограбят прямо на выходе, и не поймешь кто. Вон один неосторожный попался. Он видел, как счастливого обладателя выигрыша двинули дубинкой по затылку, вырвали из рук мешочек и передали третьему, который тут же исчез, затерявшись в толпе. А ограбленного поддержали за руки и отвели в тень, где и оставили с разбитой головой. Но выигравших было мало. Кто поумнее, пришел с помощником шерифа и, получив выигрыш, половину отдал за охрану.

Рамсаул попросил внука сбегать за благородным доном Щетина Вепря. Он с огромным облегчением подумал, что хорошо, что поставил на Щетину, иначе беды ему было не миновать.

Щетина пришел через полчаса и сразу понял, в чем дело. У конторы стояли с невозмутимым видом двое громил. Поодаль крутился третий, верткий парнишка, чуть постарше Самсула. Щетина кивнул Рамсаулу, чтобы тот следовал за ним.

В кассе они должны были получить немыслимые для них деньги – сто пятьдесят серебрух.

– Слушай, Щетина Вепря, – озадаченно проговорил старик, – с такими деньгами путешествовать смертельно опасно. Убьют. Их надо положить в банк. Под небольшой процент. Что скажешь?

– Согласен. И запомни, я для тебя и Самсула – Щетина. Просто Щетина. Пошли.

Он первым вошел в букмекерскую контору. Следом вошел Рамсаул и осторожно подал жетон в окошко. Букмекер невозмутимо отсчитал монеты и подвинул на лотке старику. Рамсаул еще раз пересчитал свой выигрыш и, достав пластиковый контейнер, ссыпал монеты в него. Потом спрятал в свой необъятный заплечный мешок. Охранник, стоявший у дверей конторы, с интересом ждал, что будет дальше. Только что на его глазах ограбили одного из тех, кому невзначай улыбнулась удача. Для всех обитателей поселка, кому не повезло, такое везение было несправедливо, и для него тоже. Он отвернулся от бедняги. Не его это дело. Вот если бы попытались ограбить контору… Он вышел и довольный вернулся. Ему платили за то, что он раскрывал сумму выигрыша.