"Фантастика 2024-46". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Ковалев Сергей Юрьевич

ГЛАВА 16

Птенчиков откинул крышку сундука. Воздух! Какое счастье, что на свете есть воздух!

Отдышавшись и уняв головокружение, детектив выбрался из своего тесного убежища, смахнул с рукава ажурные царицыны панталончики и хищно устремился к смятой постели. Жаль разорять уютное гнездышко, да что поделаешь! Откинув одеяло, он сорвал с перины вожделенную простынь, плотно свернул и сунул за пазуху. Нужно спешить в башню.

Иван выскочил из опочивальни, пробежал несколько коридоров и уже собирался свернуть к выходу, когда шум возбужденных голосов, доносящийся из противоположного крыла, заставил его остановиться.

— Ведьма!!! — разобрал Птенчиков.

«Странно, Сонька уже улетела, а местная общественность всё не может угомониться. И что за проблемы у них возникли?»

Иван сделал еще несколько шагов к выходу. Нужно срочно спасать Егора. Не ровен час, вспомнит о нем сиятельная парочка, призовет пред светлы очи, и пиши пропало… Да и простынка слишком вызывающе топорщится за пазухой, как бы кто не заинтересовался.

И всё-таки, что это почтенным людям не спится в поздний час? Устроили посреди дворца неформальную тусовку… Птенчиков задумчиво пощупал простыню.

Постоял немного. А затем развернулся на 180 градусов и пошел на голоса.

Интуиция детектива не подвела. Приблизившись к последнему повороту, он осторожно высунул голову и увидел… размалеванную какой-то светящейся краской девицу. Нет, это была не Сонька. К вящему ужасу, в фосфоресцирующем чучеле Птенчиков опознал свою любимую ученицу, Варю Сыроежкину, опрометчиво оставленную им на острове. Добрыня крепко держал девушку за волосы, намотав роскошную косу на загорелый кулак, а рядом состязались в любезности венценосные голубки:

— Душенька, Матрешенька, — говорил Салтан, — конечно, если тебе так хочется сжечь эту поганую ведьму, я не стану мешать удовольствию. Выслушай токмо один совет: лучше бы устроить сие зрелище не при полной луне, свет которой, как известно, питает силы разнообразной нечисти, а при первых же лучах солнца. Очень, знаешь ли, живописно: нежная заря румянит небо, а на жарком костерке подрумянивается ведьма!

— Что ты, Салтанушка! — умильно ворковала Лебедушка. — Ты мой гость неописуемый, а слово гостя — закон. Хочешь проткнуть ведьму колом осиновым — воля твоя, перечить не стану.

— Как ты великодушна, прекрасная царица! Но и я не лаптем делан, в толк разумею. Вели складывать хворост!

И тут Лебедь явила чудеса дипломатической мудрости.

— А давай, — говорит, — сделаем так: сначала проткнем ведьму осиновым колом, а потом прямо с ним на костер сунем. Еще лучше гореть будет!

Салтан смахнул слезу умиления и тихо прошептал:

— Я всё больше убеждаюсь, что мы могли бы составить идеальную пару…

Птенчиков отпрянул за угол. Его трясло. Ну надо же, еще не успел вытащить из башни Гвидонова, а тут уже собираются стряпать шашлык из Сыроежкиной! Хорошо хоть, Салтану не по душе полнолуние, есть время до рассвета.

Добрыня опасливо потянул за косу фосфоресцирующую пленницу. Вскрикнув от боли, Варя поднялась на ноги и пошла за своим конвоиром. Потерявший к ней интерес Салтан ухватил Лебедушку под локоток и повлек в сторону опочивальни — продолжать беседу о совместимости характеров, а может, проводить ответный сеанс массажа. Птенчикову было безразлично, чем займутся венценосные особы. Вжавшись в темную нишу, он пропустил вперед жуткую процессию и мужественно отправился следом.

Эх, трудна жизнь детектива! Не дают даже толком пошевелить мозгами: то туда беги, то сюда, то спасай кого-то, то воруй что-то… Хоть позавтракать успел на пиру, во время опроса свидетелей, а об ужине остается только мечтать!

К счастью, общественно-политическая ситуация на Буяне не предполагала изобилия тюрем. Варю, как и предыдущего пленника, привели к накренившейся башне, заставили подняться до самого конца крутой каменной лестницы и втолкнули в тесную каморку. Соседнюю с той, где лежал «истерзанный» пытками Гвидонов.

Что ж, всё не так страшно. Просто теперь Егору придется совершить полет не в одиночку, а в тандеме. С девушкой, в которую он давно и безнадежно влюблен. Глядишь, и отношения у ребят наладятся: экстремальные переживания весьма сближают. Птенчиков усмехнулся — и вдруг нахмурился: интересно, а выдержит ли украденная простынка двоих? Придется Егору заново проводить все расчеты. И что было сразу не прихватить из спальни царицы пододеяльничек? Иван невольно закашлялся, вспомнив удушливый сундук с кружевными панталонами. Кстати, необходимо еще раздобыть веревок. Вот проблема! Не побежишь ведь к прачке выяснять, на чем она сушит мокрое белье…

Богатыри, сопровождавшие «колдунью» к месту предварительного заключения, наконец вышли из башни. Пугнули на прощание стражников (дабы прибавить им служебного рвения) и с чувством выполненного долга направились в сторону дворца.

В голове Птенчикова возник дерзкий план. Скрываясь за кустами, он быстрой рысцой срезал изгиб дороги и успел проскочить в дворцовые ворота прежде богатырей. Там он пересек пустынный двор и уселся на крыльце, поглядывая с умным видом на небо.

Богатыри не заставили себя долго ждать.

— Глядите-ка, Иван Пытарь, гость заморский! — обрадовался Никола-старшой. — Отдыхаешь?

— Счет веду, — небрежно кивнул Иван на звезды.

— Это дело, — одобрил Никола. — А мы тебя ужо искали, да токмо ведьма с панталыку сбила.

— А почто я вам понадобился? — насторожился Птенчиков.

— Государыня желала отчет получить. Как, мол, продвигается допрос пленника да действует ли на наглого вора волшебный огонь.

— Разумеется, действует! — обиженно фыркнул Пытарь. — Хотел бы я посмотреть, на кого этакое не подействует! Состав преступления уже подтвержден, обвиняемый чистосердечно раскаялся и поклялся показать, где скрывает похищенное имущество. Только вот обождать надо, когда он сумеет на ноги подняться после процедуры дознания.

— Добро, добро, — закивали богатыри, тихонько пятясь подальше от крылечка.

— Стойте, куда же вы? — удивился Птенчиков. — Так мило беседовали! Я вот хотел спросить, что это вы ведьму пойманную за косу волокли? А ну как скинула б она волосья и побежала прочь лысяком?

Богатыри испуганно перекрестились.

— А как же еще ее было волочь?

— Ну, братцы, отстаете вы от прогресса! В наших заморских краях это делают так… Неси веревку! — неожиданно гаркнул Иван на Добрыню. — Да подлиннее, смотри не пожадничай!

— Е… есть веревка! — подскочил Добрыня и помчался выполнять приказ.

Богатырь проявил расторопность. Окинув критическим взглядом доставленную веревку, Птенчиков свернул ее хитрым узлом, раскрутил — и вдруг метнул в стоящего поотдаль Афоню. Петля обвила могучую шею. Рывок — и рослый детинушка, не ожидавший атаки, повалился наземь.

Никола с Добрыней вытаращили глаза.

— Знатно, — вымолвил старшой, глядя на Афоню, который катался в песке, стараясь ослабить сдавившую шею веревку.

— Лассо, — небрежно пояснил Птенчиков, вознося мысленную благодарность голливудским историям о жизни Дикого Запада.

Афоня наконец сумел подняться на ноги.

— Не будь задницей… научи! — обратил он на Птенчикова молящий взгляд восхищенных глаз. Подумать только, этому заморышу удалось завалить непобедимого богатыря!

— Да мне секретов не жалко, — пожал плечами Птенчиков. — Только не знаю, осилишь ли науку. Ловкость тут нужна особая.

Афоня насупился:

— А ты до срока не суди, в деле проверь. Ну-ка, Добрынька, тащи еще веревок!

Богатырям так понравилась новая методика поимки врага, что они забыли обо всём на свете. Пыхтят, барахтаются, друг дружку петлями по физиономиям хлещут. Того гляди в рукопашную пойдут.

— Ладно, ребята, вы покуда тренируйтесь, а меня дела ждут, — объявил через некоторое время Птенчиков. Сцепившимся в клубок богатырям уже было не до него.

Иван подхватил веревки и поспешил в сторону башни. Стражники кучковались у входа, просвещая друг дружку на тему дурных привычек разнообразной нечисти. Для укрепления духа они пускали вкруговую ковш с калиновой настойкой.