Путевой светлячок - Ольга Гусейнова

Закончил рассказ Дарт, зло поглядывая на красновлосых, которые с не меньшей «любовью» смотрели на защитника наследника. А я в который раз тяжело вздохнула: куда я попала?

Ближе к вечеру мы забрались высоко в горы, лошвары без проблем ступали по камням не широкой, всего в одну телегу шириной, тропы.

Здесь не было водоемов и купаться не где. Воду запасли в кожаные бурдюки, как и будущий ужин нам и лошварам. Хотя как заметил Кервааль, лошвары всегда и везде найдут чем поживиться.

Найдя широкую пологую площадку, решили заночевать на ней. По ночам ноги ломать никому не хотелось. После ужина, Рейн позвал меня прогуляться и хотя я знала, что он подразумевает под этим словом, но не смотря на стыд и смущение встала, чмокнула Хема в макушку и пошла за мужем. Ведь сама хотела испытать, это пока еще новое невероятное чувство, когда горишь в его руках от наслаждения.

Но в этот раз, мы не смогли уединиться, потому что забравшись на самый хребет, услышал дикий многоголосый хохот, разъярённые крики и отчаянный вопль умирающего. Этот полу хрип — полу стон заставил забыть обо всем, кроме того, что я маг жизни— целитель.

— Стой! — крикнул мне в догонку Рейн, но я не слышала почти, я бежала прыгая с камень на камень.

Последний прыжок и я стою на гребне горы, а с другой стороны, в ложбине по курумнику пытается удрать одинокий лошвар от стада своих соплеменников. Он отличался от остальных своей белоснежной шерстью без единого темного пятна, хотя сейчас на его теле расплывалось множество красных пятен. Кровавых!

Вот и увидела я, как лошвары охотятся, загоняют добычу в ловушку, окружают, резко кусают за ноги, за бока, вырывая целые куски мяса, обескровливая, обездвиживая и выматывая. Стадо догнало белого лошвара, стояли вокруг него и громко, мерзко пронзительно хохотали. Судя по размерам — белый совсем молодой, еще подросток совсем. К нему подошли трое самых крупных самца и принялись добивать беглеца, топтать когтистыми лапами, наскакивать на него, давить в буквальном смысле.

А я стояла, рыдала и не знала что делать…с целым стадом. А жуткий хохот все усиливался, звуки в горах разносятся далеко…

— Пойдем! Тебе не надо на это смотреть! — твердо, но тихо произнес Рейн.

Резко повернулась к нему и заглядывая в лиловые глаза, буквально закричала:

— Останови их! Я умоляю останови их, они убивают его!

Лицо моего демона застыло в бесстрастной маске, а потом он произнес:

— Они сломали ему спину, он умрет в любом случае!

— Останови! Я знаю, ты можешь! — выдохнула с невероятной надеждой и мольбой в глазах и голосе.

Рейн бросил быстрый взгляд вниз на лошваров, отодвинул меня в сторону и быстро побежал вниз, спускаясь по сыпучей насыпи из мелких камней.

А я именно сейчас, следя за его движениями, поняла, о чем попросила. Стало жаль беднягу лошвара и я тут же потребовала его спасения, а о своем собственном демоне не подумала. Эти бестии опасны, плотоядны и к тому же дикие, а я…Дура! Какая же я дура!

Чуть ли не кубарем покатилась вслед за Рейном, но стоило мне открыть рот, чтобы остановить его, как увидела стену огня, которая понеслась от рук демона. Лошвары почувствовали опасность и испуганно заржав, рванули прочь, бросив недобитого соплеменника. А стена огня все гнала и гнала их прочь от нас.

А я бросилась к раненому животному. Рейн наплевав на магию и стадо, кинулся на перерез мне, но не успел. Осторожно подошла вплотную к окровавленному телу, задние ноги которого нервно подергивались. Белый мех весь залит кровью и на нем место живого не осталось. Какая жестокость? Боги откуда такая жестокость в лошадях?

Лошвар с трудом дышал, постанывая, но косил на меня диким красным глазом. Он не угрожал мне, даже не сделал попытки дернуться в сторону, он явно ждал, что его сейчас добьют, пусть не свои так чужие.

— Если ты еще раз выкинешь нечто подобное и неразумное, я привяжу тебя к себе навечно! — зашипел рядом Рейн, оказываясь между мордой лошвара и мной.

— Прости любимый! Прости за то, что совсем не подумала о твоей безопасности. Кажется, я привыкла, что ты всемогущ и умнее всех живых, — все еще плача, ткнулась лбом мужу в колени и обняла обеими руками.

Молчание длилось мгновение, потом я по ногам демона в своих руках ощутила как он расслабился, а потом довольный произнес:

— Твое состояние позволяет мне сделать выводы, что ты действительно так думаешь, а не льстишь… — еще через мгновение, он неожиданно участливо добавил. — Я же предупредил тебя, этот лошвар фактически труп. У него явно перебита спина. Дала бы добить его своим, и он не мучился бы долго, а теперь…

— А теперь я сама им займусь, такой красавец не может умереть так рано! — перебила мужа и погладила странно мягкую, белую шерстку животного.

Самое удивительное, раненный приоткрыл глаза и с неожиданным интересом начал косить на меня своим красным глазом. А я приступила к лечению и лишь краем сознания услышала позади себя, задумчивое, с легким сарказмом замечание Кервааля:

— Похоже после сегодняшнего, наш молодняк не скоро сможет добыть себе жеребенка лошвара. Учитывая, как вы их сегодня погоняли аро Рейнвааль.

— Ничего, упорство и труд лишь закаляет молодого демона, а легкость в охоте добавляет жира на талии и в мозгах, — жестко отпарировал Рейн.

— Для смерти молодой, но уже слишком взрослый для привязки к хозяину. Зачем эта суета вокруг этого недоделка? — поинтересовался Кер.

— Она целитель! А стадо избавлялось от конкурента, что мне было делать?! Так что посмотрим! — процедил Рейн.

Когда я закончила, обессиленная почти лежала на лошваре.

— Ему нужна еда! — обратилась к мужчинам.

— А тебе нужен отдых! — резко ответил Рейн, наклонился и подхватил меня на руки. И его резкое движение, вызвало цепную реакцию. Белый лошвар вскочил и бросился прочь. Ну это он на одних рефлексах так поступил… Шаг, другой, закачался и опустив голову замер в нескольких метрах от нас. Видимо тошнит от слабости и потери крови.

— Ему нужна еда! — снова попросила мужчин, но те качнули головой и Кервааль ответил:

— Он сам может о себе позаботиться.

Рейн кивнул и не выпуская из рук понес к лагерю, причем легко и не напрягаясь поднимаясь в гору.

Я прислонилась щекой к груди Рейна находя в этом успокоение и радость, просто касаться его. Ощутила как моя кисточка скользнула по его хвосту и переплелась с ним. Положила ладошку на горячую кожу и обвела веточки татуан. А потом тихо шепнула:

— Спасибо!

— За что? — поинтересовался Рейн.

— За него! За то, что не дал почувствовать боль от чужой смерти. Лишний раз! — пояснила свои чувства и поправилась в конце.