Шумеры - Людмила Сурская

Он опять пожал плечами.

— Да вообще — то нет, но не хотелось, чтоб кто-то ковырялся в моих мозгах.

— Тебе нечего бояться. Обещаю, не буду никогда, — тихо ответила она. — Наконец-то мы приехали, я так устала. Всё-таки дорога выматывает.

— Они вообще — то видят, что ты беременна? — недовольно свёл он брови.

— Да. Даже сказали сейчас кто будет?

— Откуда?

— У них на руке такие браслетики с экранчиком. Для быстрого своего обследования.

— Вот это да! И кто же у нас?

— А тебе это важно?

— Да, собственно, нет. Лишь бы здоровый был?

— Здоровый. Только у плода необычный состав крови.

— То есть?

— Это долгая история. В первом своём рождении, я ж тебе говорила, ты был ребёнком Адама и земной женщины Ки. Генетически потомки этой ветви унаследовали код отца и матери. Моя ветвь носительница кода матери Евы и отца "сына неба" Ану. То, что просчитали жрецы, произошло. Наши два генетических кода дали потрясающий результат. Задуманный единым целым код сработал. Плюс ещё вмешался задвинутый в дальний угол код Ану.

— Ты хочешь сказать, что этот ребёнок будет похож на них?

— Похож он будет на тебя, а обладать способностями и развиваться по правильной схеме развития, плюс ещё пользуясь их системой.

— Всё что ты рассказываешь про меня и про себя точно не сказка?

— Абсолютно. — Улыбалась она.

— Тогда почему я в себе не чувствую никакой причастности к Адаму.

— Всё законсервировано, но при желании можно разбудить. "Земы" придут ещё к этому.

— Но как?

— Сигналом, в определённую точку мозга. Мозг, это биологический компьютер. Какую информацию о времени генетический код заложил, ту он и имеет. Это миниатюрная "машина времени". Наш ребёнок будет пользоваться ей, как мы компьютером.

— Лю, если они создадут тут медицинский центр то, наверное, их медицина и микрохирургия состоит на таком уровне, что способна восстанавливать человека.

— Из твоей живой клетки вырастят, что хочешь. Только тебе зачем это?

— Лю, ты знаешь…

— Тебе плохо так?

— Нет, но я всё равно чувствую себя…

Она спрятала улыбку.

— Слава Богу, приехали. Пусть охранник загонит машину сам. Пожалуйста, пошли домой.

Эдик поманил охранника, показал на машину и молча, взяв её на руки, понёс в дом. Кивнув домработнице и напомнив, чтоб через полчаса накрывала на стол, понёс жену наверх, в спальню. Люда прижалась к нему. Сердце у неё замирало. Хотелось только одного, чтобы вот так далеко-далеко, долго-долго нёс её он. Ведь ей было так легко и спокойно, как в далёком детстве, когда папа её, маленькую, носил на руках. От этого открытия, она замерла и ещё сильнее обхватила его шею.

— Заяц, ты чего, устала? Сейчас освежимся после дороги и поужинаем. Давай помогу раздеться?

— Пока я сама могу. Эд, я люблю тебя!

— Чудо в перьях!… Напугала… Раз сама справишься, тогда дерзай, а я вернусь в машину, забыл там телефон.

Он поднялся и попробовал выйти, но кот преградил ему дорогу. Эдик, погладив любимца, рискнул обойти его. Но не тут-то было. Кот мяукая, словно о чём-то предупреждая, повторил свой манёвр. Эдик, рассердившись попробовал убрать кота, но тот подняв шерсть дыбом с разъярёнными остекленевшими глазами накинулся на него.

— Эд, стой, не ходи.

— Почему?

— Позвони лучше охраннику, пусть заберёт и принесёт.

— Почему ты так решила, из-за кота?

— Да. Не зря говорят, что животные земли наши младшие братья. Мы привиты на их живые клетки. И первая цивилизация шумеров и вторая земов. Он любит тебя и чует беду.

— Что может случиться, я дома?

— Поскользнёшься на обледенелых плитках и расшибёшься… или ещё какая глупость. Не испытывай судьбу. Тем более тебя предупреждают. Понимаешь, не нужно человеку хитрить, вилять — лучше поступать так, как подсказывает природа. Человечество не имеет пока мудрости ни от отца — неба, ни от земли — матушки.

— Ну, если и мой любимый кот на твоей стороне, то я подчиняюсь. — Согласился он, составляя ей компанию, после звонка охране. — С тобой сложно. Толи ты хитришь, и даже кота настроила в свою пользу, то ли всё так и есть, как сказала…

37

Она, посмеиваясь над его бурчанием, воспользовалась действительно ситуацией в свою пользу, затянув в душ. Бодренькие они весело поужинали, и планировалось, что он отправится в кабинет поработать, а она пойдёт отдыхать, но Люда отказавшись от одиночества на прохладных простынях, пошла с ним. Там не мешая ему работать, забравшись в широкое кресло, полистала красочный журнал, но он показался ей скучным, и она решила пройтись по книжным полкам в поисках чего-нибудь интригующего. Но глаза сразу же выхватили книгу Крамера С. Н. "История начинается в Шумере". "Надо же заинтересовался, а прикидывался далёким и виду не подавал. А сам читал потихоньку, чтоб совсем чугунком не быть", — спрятала она улыбку. Она открыла эпос о Гильгамеше и попробовала читать. "Вавилонская серия. С точки зрения психологии должно быть интересно".

— Заяц, чем ты там так увлеклась? — раздалось над её головой.

Вздрогнув, и оторвавшись от чтения, она подняла глаза.

— Ты меня напугал… Эпосы Вавилона читаю.

— И читается?

— Да, а что?

— Мне не под силу. Сколько раз пробовал, моментально засыпаю.

— Я читала нечто подобное, только шумерское и на глиняных табличках…

— Как это у тебя получается…

— Я ж тебе объясняла. Голова у шумеров к концу первой цивилизации составляла биологический компьютер. Даёшь соответственный настрой и любой язык планеты для тебя понятен. Нужна информация и ты её находишь в любом времени. Земы тоже будут такими, но ещё не скоро.

— Для меня это на уровне сказки. Скажи, а в первой цивилизации тоже был тарарам с языками?

— Оттуда всё и началось. Опять же всё дело в потомстве двух ветвей. Адама и Ки, Евы и Ану. Естественно вторые имели совершенно другое развитие и, чтоб не нарушился баланс "сыны неба" вынуждены были смешать язык. Тогда они не могли себе позволить информацией той, какой владеют поделиться с первыми. То есть с земной ветвью Адама и Ки. Потомки Евы и Ану рождались с иным разбегом развития и информации. Эта ветвь намного опережала первую.

— Надо же… Расскажи, о чём их авторы пишут? Я так ни черта и не понял.

— А тебе это не помешает?

— В самый раз. Начинай

— Темы близки всем народам и временам.

— Да и что же это у нас такое?

— Это потребность в дружбе. Восхваление верности. Жажда личной славы. Страсть к подвигам и приключениям. Неистребимый страх перед неизбежной смертью и всепоглощающее стремление к бессмертию. Все эти противоречивые чувства, вечно тревожащие человеческие сердца. Хорошо просматривается линия создания людей. Например, богиня Аруру создаёт Энкиду. Человекоподобное животное, которое боится даже дикое зверьё. Говорит это о том, что сначала всё же было сделано тело. А потом уж занялись его душой и мозгами. И знаешь, кто его очеловечивает?