Зелёный патруль - Райдо Витич

Станиславе было тошно от понимания, что плыла она в собственной иллюзии на счет Ильи, их отношений, а он всего лишь как хамелеон, подстраивался под среду и окружение. Печально.

Она считала его почти идеальным.

Выдумка и лишь ее проблема. Урок на будущее — не обольщайся. Но с другой стороны, как жить подозревая всех и каждого? Илья в этом преуспел, но счастлив ли?

А впрочем, счастье у каждого свое, как жизнь, которую каждый выбирает себе сам и строит тоже. Главное, чтобы твои частные планы, твои эскизы не мешали общему. Здесь, видимо, проект будущего Ильи претил проекту будущего остальных, но там, в средневековье, ему нашлось место, учитывая качества характера, что в нем открылись. Что ж, все правильно, все верно. Свобода выбора — право каждого и сетовать тут не на что. Илья выбрал удобную и необременительную роль богатого, но никому ничем необязанного сеньора, жизнь без риска и для себя. Станислава не могла и не имела права осуждать или препятствовать его стремленьям. Илью она не выдаст. Другое дело, что ее подобная жизнь не прельщала, как не мог прельстить подобный человек. Но это уже ее мнение, а значит, ее право. Ивану знать о том, что его брат обычный дезертир, не стоит. Он будет огорчен и возмущен, начнет переживать, пойдет туда, попытается найти Илью и объясниться. К чему? Пусть лучше Федорович младший для всех и в частности для старшего брата останется верным, чистым, светлым человеком хоть в памяти. Возможно, уверенность в том через века и годы именно в такого Илью и превратит.

А что еще она могла бы сделать для него? И что может сделать для Ивана?

Больно пусть будет только ей. Пройдет, забудется — переболеет. Потери нет — есть приобретенье опыта и пониманья своих, чужих ошибок. А остальное небольшая плата за миг и счастья что все же было, и урока пусть жестокого, но четкого в определении. Все верно, правильно. Неправильно и не бывает — бывает непонятно.

Конечно, неприятно, когда разбиваются мечты, но тут ее вина. Она хотела найти Илью, а что там дальше не подумала и не представила. Нашла… Остальное ясно — Илья о том же не мечтал. Он думал о себе. Свои обиды множил. И вот результат — ничего и нет, как нет того Ильи и той влюбленной Стаси, и не могло быть по-другому.

Дверь с шорохом открылась, на пороге робко затоптался Чиж с огромными пакетами на руках: в одном апельсины, в другом персики.

— Хм, — выдала Стася и ткнула пальцем в сторону пакетов. — Это мне?

— Да, — несмело прошел и, отодвинув чуть в сторону пакет Ивана, водрузил презент на столик у постели. — Витамины.

Женщина вздохнула, с некоторой опаской покосившись за фрукты:

— Спасибо.

— Не за что, — успокоился, заулыбался и сел на стул. — Как дела, как самочувствие?

— Отлично, — заверила и покосилась опять на пакеты: если не придется насиловать свой организм залежами витаминов. — Как у вас? Что новенького?

— Да без тебя жизнь как-то тормознула… Я знал, что ты вернешься, верил. Помнишь, ты говорила — представь и поверь, устрой будущее сам.

Русанова вздохнула: там Теофил, здесь Николай и оба об одном.

И хмыкнула:

— Забавно, право.

— В каком смысле? — нахмурился Чиж.

— В том, что ситуации постоянно повторяются. Не точно, но настолько похоже, что спутать трудно. Как отражение в кривом зеркале.

— Старая истина: все новое — хорошо забытое старое.

— Да, все повторяется. Не решил проблему, а отодвинул, она вернется в более настойчивой форме, — загрустила. — Хороший ты человек, Николай, но на счет меня зря планы строишь. Другом тебе быть рада, но на большее, вряд ли способна.

— Куда-то торопишься? Я нет. Главное ты дома, главное — рядом. Остальное по ходу жизни решим.

Стася хмыкнула: дожили, восьмерка учит шестерку!

— Спасибо, — улыбнулась.

— Не за что.

— За веру. Наверняка, она меня и вернула.

— Тогда я тоже рад. Очень. Способный ученик, да?

Женщина засмеялась.

В палату с шумом и как всегда не вовремя ввалились Сван и Иштван:

— Привет больным! — бухнули прямо на постель пакеты с цитрусами. Стася не сдержала восклицанья:

— Ооо! Слушайте, кто из вас решил, что я люблю апельсины?!

— Я! — признался Сван и взял один из пакета.

— А разве не любишь? — уточнил Чиж.

— Терпеть не могу!

— Поздно, — хохотнул Иштван. — Придется есть.

— Ага. Я пока почищу, а ты рассказывай, где гастролировала, — уселся на край постели Сван под неодобрительный взгляд Николая.

— Не жжет? — спросил у него Пеши.

— Чего?

— Видишь, как Коля на тебя смотрит? Два факела в глазах, поджигают…

— Не, он душит, медленно…

— Садисты! — хмыкнула Стася. Чиж улыбнулся:

— Шутники.

— Верные друзья, — уточнил тот и уставился на Стасю. — Ты где бродила? Не увиливай, рассказывай. Мы за тобой в тысяча двести третий год ходили. Даже в самоволке были — к графу Тулузскому наведались, пообщались. Ничего мужчина, понятливый. Болтал резво, но не по делу.

— К Раймунду?

— Ишь как она, — ухмыльнулся Сван, кинул очищенный апельсин. — Ваша порция витаминов.

— Можно я без них? — скривилась просительно.

— Не-а! — порадовался тот и взялся другой цитрус чистить. — Ты не отвлекайся, рассказывай. Потом с Колей помурлыкаешь, сначала нас вниманием награди.

— Заслужили, — вгрызся в персик Иштван.

— Так чего там, Раймунд? Нам он ничего не сказал.

— Угу… Ахинею нес о всякой всячине: украденном Ферри…

— Ферри?! Иона?

— Ну, — мужчины уставились на женщину.

— Ты и с ним познакомилась? — заподозрил Сван. — Ну, даешь! Мы тут всякие ужасы думали, а девочка средневековым рыцарям перья на шлемах крутила!

— Сильна! — рассмеялся Пеши. Николай во все глаза смотрел то на товарищей, то на Стасю.

— Ничего я не крутила. Появилась неудачно — прямо в толпе. Меня тут же неслабо приложили по голове. Если б не старый знакомец — сожгли бы как ведьму.

— Кто спаситель?

— Теофил, граф Локлей. Помнишь, за Моррисом охотились? Вот тот резвый мужчина, что мне принудительную прогулку по лесу устроил, вытащив из толпы и, был спасителем. Представляешь, он помнил нашу встречу.

— Представляем! — дуэтом грянули друзья. Николай нахмурился:

— Что за Локлей?

— Остынь, дуэль отменяется ввиду отсутствия оппонента, — отмахнулся Иштван. — На, съешь персик, сними стресс, — кинул ему фрукт.

— И чего там, храфф? — качнулся к Стасе Сван с хитрющей улыбочкой.

— Ничего. Спас, выходил. Выкрал лекаря Раймунда…

— Ёе!! — уже трио выдало. Мужчины переглянулись. Чиж в сердцах хлопнул по колену: