Палач - Олег Борисов

Сыщик помолчал, бережно придерживая висевшую на перевязи руку, потом ответил:

– Расследование пока не закончено. Взяли троих живыми, допрашивают. Им или петля за нападение на полицейских, или каторга. Вроде бы жить хотят, не запираются.

Клаккер лишь криво усмехнулся:

– Заказчика-то сразу назвали. И откуда он приехал – тоже уже известно. Вот только власти в горы не полезут. Им гадюшник сейчас ворошить неохота… А я займусь. Потому что это уже не по службе. Это уже личное. И не вздумай меня отговаривать.

Шольц медленно подошел к выгравированной крохотной фотографии, провел пальцами по навсегда застывшей улыбке и сказал, не поворачивая головы:

– Мне прямым приказом запрещено в это влезать. И службе тоже… Но отпуск тебе я подписал. В связи с полученными ранениями и необходимостью пройти лечение… Если еще что надо, скажи, постараюсь помочь.

– Какое там ранение, лишь плечо поцарапало, – вытолкнул из себя охотник, но замолк, нарвавшись на бешеный взгляд начальника.

– Бумаги оформлены, ты – в лазарете! И без конвоя, как могло бы быть!.. Поэтому слушай, что тебе говорят, и не выкаблучивайся!.. На месяц тебя прикрою. Два – это максимум… Оружие, продукты, деньги – за неделю соберем незаметно, и сможешь ехать. Главное – постарайся вернуться. Потому что гадов этих мы все равно рано или поздно задавим, а вот еще одну могилу для друзей я копать совершенно не желаю.

Клаккер подошел к Шольцу, осторожно его обнял и прошептал на ухо:

– Я понял, какие-то крошки мозгов ты все же мне вложил… Понял, не кричи… Не беспокойся, я вас не подведу. И вам Город бросать нельзя. Служба должна зимой улицы прикрыть, чтобы никакой дряни не бегало. А оружие и прочее – не надо. Я кубышку Джеро Перышка нашел, там хватит на целую армию. Поэтому поеду прямо сейчас. Чтобы время зря не терять. И чтобы вся эта гниль приготовиться как следует не успела… Чтобы помнила потом, корчась в муках, сколько на самом деле стоит поднять на нас руку. Чтобы сдохли и другим на том свете передали – не смей трогать Город и его жителей, хоть в погонах, хоть без… Не волнуйся, босс, я не подведу. Я вернусь всем тварям назло, обещаю…

Высокая фигура исчезла в седых сумерках, оставив после себя лишь ветер и падающий снег. А начальник службы Сыска Теней все стоял и глядел вслед, не решаясь признаться самому себе: то ли он прощается с верным другом, то ли с трудом удерживает себя от того, чтобы побежать следом. Стоял и глядел…

Глава 14

Огонь трепетал крохотными языками на факелах, почти невидимый в ярких солнечных лучах. Смрадные хлопья сажи пачкали одежду, вплетались в тонкие ленты дыма, пытаясь царапать черными когтями далекое чистое небо. Молчаливая толпа окружила помост, на котором на двух столбах крест-накрест был распят обнаженный высокий мужчина. Левый бок был заляпан давно запекшейся кровью, ожоги испятнали тело. Но растянутый на цепях Клаккер лишь насмешливо скалился, глядя вокруг. Даже в шаге от могилы палач смеялся над окружающим его миром. Миром, вывернутым наизнанку…

– И что вам не сидится дома? – Возница ворчал больше для проформы. Да и какой смысл жаловаться, если богатый господин из Города не только оплатил два дня разъездов по местному захолустью, но вчера неожиданно щедро отблагодарил серебряным талером за работу? Видимо, деньги карман жгут, вот и шикует.

– Дома скучно, – насмешливо ответил пассажир, кутаясь в безразмерную медвежью шубу. – Нечисть разогнали, жулье к ногтю прижали, можно в ночь-полночь пройти из конца в конец Города и даже кошелька не лишишься. А мне взбодриться хочется, покуролесить.

– Какая тут бодрость за три дня до Нового года? – не согласился одетый в драный полушубок абориген, аккуратно пристраивая сани вплотную к выскобленным ступеням ратуши. – Надо за удачу помолиться, налоги отдать. Потом с семьей в церковь сходить, свечку на будущий год поставить. Ну и законный день отдыха на ярмарке провести. Там и развлечься можно.

– К Тьме вашу ярмарку и скоморохов! – огрызнулся богатый гость, выпрыгнув на утоптанный снег. – Сподобился же снять номер в центре, каждое утро сволочи будят своими дудками, хоть ружье расчехляй и начинай отстрел прямо из окна!.. Нет, свечку ты за меня поставишь, а я охоту хочу. О‑хо‑ту! Настоящую, с монстрами! Чтобы мясо в разные стороны и волосы дыбом от воплей! И чтобы потом голову на стену, с клыками… Вот это – Новый год!

Взбежав по ступеням, Клаккер ввалился в жарко натопленное нутро чиновничьей обители. Подарив пару улыбок деловито спешащим мимо клеркам, охотник добрался до кабинета бургомистра крохотного городка, стиснутого со всех сторон высокими горами. Добыв из безразмерных карманов затейливо перевязанную коробку конфет, мужчина проскользнул в двери, отдал подарок и оставил за спиной притворно-возмущенный крик секретаря.

– Здравствуйте, господа! Вот и я, как вчера обещал! Можно сказать – с первым боем курантов…

Заседавшие за вытянутым столом седовласые джентльмены позволили себе лишь крохотную вежливую улыбку в ответ. Вчерашнее общение еще не выветрилось из памяти, оставив привкус скандала вперемешку с несостоявшимся мордобоем. Поморщившись, словно от зубной боли, бургомистр решил все же исполнить обязанности радушного хозяина:

– Добрый день, господин палач. Я уж понадеялся, что вы нашли искомое и без нашей помощи.

– Зачем этот официоз? – удивленно вскинул брови Клаккер. – Я здесь не-о-фи-ци-аль-но! Как говорил уже, кстати… И как человек, желающий отлично провести отпуск, просто настаиваю на вашей помощи. Да-да, господа, вашей. Поскольку здесь без вашего одобрения даже комар не пропищит.

– Я вынужден повторить, что…

– Что у вас нет нечисти! Именно! Именно об этом прискорбном факте я и должен вас уведомить!

Гость просто излучал безразмерный оптимизм, помноженный на напористое обаяние, заправленное изрядной долей наглости, почти вежливого хамства и отсутствие зачатков приличных манер. Взгромоздив огромные сапоги на край стола, охотник стащил громадную пушистую шапку, погладил блестящую бритую голову и усмехнулся погрустневшим казенным рожам присутствующих.

– Так вот, хоть я лицо неофициальное, но все же счел должным вчера нанести визит. Наверное, это было не очень хорошей идеей, заглянуть в гости после размещения в гостинице. Но, прошу меня простить, дорога была дальняя, на улице сейчас прохладно, пришлось принять чуть-чуть для согрева… Так, самую малость…