Артиллерия в Великой Отечественной войне - Александр Широкорад

Из 90 обследованных единиц бронетехники 86 были уничтожены артиллерийским огнем, а 4 подорвались на минах. 80 машин сгорело. На всех танках и САУ насчитали 152 пробоины от снарядов, в 35 случаях были повреждены гусеницы, в 5 – прострелы орудийных стволов и в 2 случаях были сброшены танковые башни.

Из 152 пробоин 100 (65,8 %) приходилось на борта танков и САУ, 27 (17,8 %) – на корму и 25 (16,4 %) – на лоб корпуса. 49 пробоин были от бронебойных 76-мм снарядов, 30 – от 57-мм снарядов, 50 – от снарядов неустановленного типа, скорее всего сердечниками подкалиберных снарядов. 3 пробоины были сделаны кумулятивными минами «фаустпатронов», а оставшиеся 20 пробоин приходились на снаряды всех остальных типов.

Исследуемая подбитая бронетехника также изобиловала многочисленными повреждениями от различных снарядов, пуль и несквозных «язв» от «фаустпатронов», не приведших к пробитию брони.

Наступление немцев отсрочило взятие Будапешта. Тем не менее войска 7-й гвардейской армии и 18-го гвардейского стрелкового корпуса постепенно квартал за кварталом захватывали Буду – западную часть венгерской столицы.

Наиболее распространенным способом действий артиллерии в уличных боях в Будапеште была стрельба орудий прямой наводкой. Легкие орудия использовались для стрельбы по амбразурам, по бойницам, по окнам зданий, для подавления обнаруженных пулеметов. Орудия средних калибров применялись для разрушения каменных зданий, дзотов, напольных стен бронеколпаков. При этом широкое применение нашли бронебойные и кумулятивные снаряды.

Артиллерия, остававшаяся на закрытых позициях, также выполняла важные огневые задачи. Массированным огнем обстреливались мосты, площади и улицы города, где замечалось наибольшее скопление живой силы и боевой техники противника, подавлялись вражеские минометные и артиллерийские батареи.

С большой эффективностью в уличных боях в Будапеште были использованы подразделения гладкоствольных и реактивных минометов. Минометным огнем отражались попытки врага контратаковать наши войска. Гладкоствольные минометы с их крутой траекторией успешно применялись для огневого окаймления окруженных опорных пунктов противника.

Отдельные артиллерийские подразделения и части показали исключительное умение гибко маневрировать огнем в сложных условиях уличного боя и добились высокой эффективности стрельбы с открытых и закрытых огневых позиций. Об уровне стрельбы наших артиллеристов свидетельствуют такие примеры.

В квартале 1955 в каменном здании находились огневые точки противника. Командиру батареи капитану Кислашке была поставлена задача уничтожить их. Подготовив исходные данные для стрельбы по планшету, капитан Кислашка выпустил шесть снарядов, из которых четыре разорвались внутри здания и уничтожили вражеские пулеметы.

В городском квартале 1544 находился мощный узел сопротивления противника. Из здания, хорошо приспособленного к обороне, противник вел огонь и затруднял штурм этого квартала нашими войсками. Для уничтожения узла сопротивления врага на прямую наводку были поставлены орудия 2-го дивизиона 1305-го пушечного артиллерийского полка. Орудийные расчеты открыли меткую стрельбу. Из 18 выпущенных снарядов 13 дали прямые попадания, остальные разорвались в радиусе 80—160 м. Узел сопротивления врага был подавлен, и наша пехота успешно штурмовала очередной квартал.

Характерной чертой в использовании артиллерии в Будапеште являлась постановка максимального числа орудий всех калибров на прямую наводку. Там, где позволяла местность и где имелись прямые широкие улицы, число орудий, выставленных для стрельбы прямой наводкой, доходило до 80 % всей артиллерии. Лишь часть артиллерии, составлявшая корпусные и дивизионные группы усиления, оставалась на закрытых огневых позициях. Она выполняла задачи по подавлению артиллерии и минометов противника в глубине его обороны. Полковые и дивизионные орудия (37 мм, 45 мм и 76 мм), приданные штурмовым группам, вели огонь по точкам, стрелявшим из бойниц, пробитых в стенах домов и в заборах, по окнам и чердакам. Размещались эти орудия в нижних этажах зданий, на перекрестках улиц. Отдельные орудия втаскивались на верхние этажи зданий и оттуда вели стрельбу.

Вся артиллерия, поставленная на прямую наводку, была в постоянной готовности к отражению контратак танков и пехоты противника.

Артиллерия крупных калибров (122 мм, 152 мм и 203 мм), стоявшая на прямой наводке, вела в основном стрельбу на уничтожение огневых точек противника, оборудованных в прочных каменных постройках, и на разрушение заборов и баррикад.

Полки реактивной артиллерии не придавались стрелковым дивизиям, а находились в подчинении командира корпуса. Командир корпуса использовал их на направлении главного удара корпуса для воздействия по наиболее важным объектам, в частности таким, как скопление войск противника или отражение его контратак.

Минометные части и минометные подразделения стрелковых полков сводились в группы и возглавлялись либо начальниками артиллерии стрелковых полков, либо командирами минометных частей. Эти группы использовались для массированного воздействия по объектам, атакуемым пехотой, а также для поражения противника за укрытиями в ближайшей глубине его обороны. Располагались минометы чаще всего вблизи переднего края в зданиях или за ними и обеспечивали поддержку пехоты на достаточную глубину.

Следует отметить как недостаток чрезмерное насыщение боевых порядков пехоты орудиями, выставленными для стрельбы прямой наводкой в районах с узкими улицами и многоэтажными зданиями. Получалось так, что при ограниченных размерах улиц орудия размещались в глубине и потому не все они могли вести огонь. Приходилось часть орудий сводить в группы поддержки пехоты для действий с закрытых огневых позиций.

Германское командование попыталось организовать снабжение будапештской группировки по воздуху. Ежедневно 40–45 германских самолетов доставляли в город необходимые грузы. Была сделана попытка использовать для этой цели планеры и изыскать возможность организовать снабжение по Дунаю. Однако после 20 января вследствие господства советской авиации снабжение окруженной группировки по воздуху почти прекратилось, а доставку грузов по Дунаю немецкому командованию осуществить так и не удалось.

10 февраля стали кончаться боеприпасы, а группировка немецко-венгерских войск в районе Буды была расчленена на две части. Советские войска продвинулись до моста Эржебет. В полдень 11 февраля состоялось собрание всех офицеров в звании до майора включительно. Начальник штаба 9-го горного корпуса СС подполковник Усдау Линендау (Usdau Linendau) объявил, что будет предпринята последняя попытка прорыва. Согласно этому плану, были сформированы 3 колонны с задачей пробиться к своим войскам, находящимся в 20 км к западу от Будапешта.

Операция началась в 22 ч 00 мин 11 февраля. В 23 ч 40 мин командующий 9-м горным корпусом СС передал свою последнюю радиограмму: «Расстреляны последние патроны. У нас есть выбор между капитуляцией и гибелью гарнизона. Мы решили прорываться силами оставшихся боеспособными немецких и венгерской фашистских дивизий [укомплектованных членами венгерской фашистской организации „Скрещенные стрелы“]. Собираемся предпринять прорыв ночью 12 февраля. Просим встретить нас между населенными пунктами Чомор и Марианхальм. Если не удастся прорваться в указанном месте, пойдем через горы Пилиш. В этом случае прошу встретить на северо-западе в районе населенного пункта Пилишсентлелек. Две зеленые ракеты – свои войска. В настоящее время наши силы перед прорывом включают около 23 900 немецких солдат, из которых 3600 раненых, и 20 000 венгров, из которых около 2000 раненых».

Оставив тяжелораненых в госпиталях Будапешта, немецковенгерская группировка пошла на прорыв советских позиций. Из города вырвалось около 14 тысяч боеспособных солдат, однако только двум тысячам из них удалось продвинуться к своим войскам в последующие несколько дней. Немецкие и венгерские военнослужащие прорывались из окружения мелкими группами. Самая крупная из них – 300 человек танковой дивизии вермахта «Фельдхернхалле» – прорвалась к своим войскам 13 февраля в 30 км к западу от Будапешта. Всего в расположение германских войск вышло 785 человек.

13 февраля 1945 г. считается датой окончательного захвата Будапешта войсками 2-го Украинского фронта. По советским данным, в боях за Будапешт было уничтожено и пленено 188 тысяч солдат и офицеров армий противника[131].

Цифры эти преувеличены в 3–4 раза, если, конечно, туда не включать потери гражданского населения Будапешта и беженцев.

Глава 2

Немецкое контрнаступление у озера Балатон

Взятие Будапешта открыло советским войскам путь в Австрию и Чехословакию. Учитывая это, Ставка Верховного Главнокомандования 17 февраля издала директиву о подготовке войск 2-го и 3-го Украинских фронтов к наступлению. Однако в начале марта обстановка резко изменилась, и район озера Балатон вновь стал ареной ожесточенных боев между войсками 3-го Украинского фронта и крупной вражеской группировкой.