Милан. Том 7 - Arladaar

на шею Смелой и поздравила её с медалью, Сашка неожиданно показала ей язык, чем вызвала добрый смех на трибунах — телеоператоры с близкого расстояния показали этот забавный момент.

Потом, когда закончилось награждение, зажёгся яркий соревновательный свет, волонтёры быстро вытащили со льда пьедестал и ковровую дорожку, а информатор сказал, что сейчас, через 20 минут, состоятся показательные выступления фигуристов… И открывать их предстояло Людмиле, без особой тренировки и подготовки…

Глава 34

Последняя

После того как награждение завершилось, Люда хотела отправиться в раздевалку, чтобы переодеться, как неожиданно вспомнила, что она в VIP-секторе забыла очень значимую вещь: сумку с платьем для показательного. Вот как всегда! Сейчас придётся тащиться обратно, на верхотуру. Однако, для чего же ещё служит мама, как не для разруливания таких внезапных форс-мажоров? Анна Александровна стояла у входа в служебный коридор и поджидала Люду среди толпы.

— Милая, ты забыла кое-что! — заявила мама и протянула Людмиле небольшую спортивную сумку. — Ты была великолепна! Знаешь, такая взрослая, такая важная!

— Да, Арина, спасибо тебе большое, что участвовала в таком значимом для всех спортсменов событии! — неожиданно обернулся Левковцев, стоявший рядом. — Это выглядело очень мотивирующе!

Люда сейчас ощутила какую-то нереальность его происходящего. Вот сейчас она стоит рядом с бывшим тренером, который сейчас тренирует американцев, а она — олимпийская чемпионка. А рядом Анька, которая её мама. Да тут крышу может снести временами!

— Спасибо большое, ваши ребята молодцы, — поблагодарила Люда, почувствовав, как к горлу поступает ком. — Пойду готовиться к выступлению.

— Вам бы сейчас тоже выступить не мешало бы, я думаю, публика была бы довольна! — обратилась к Левковцеву мама.

— Ну уж нет, — рассмеялся тренер. — Знаешь, Аня, есть хорошая русская пословица: дорога ложка к обеду. Так вот, именно сейчас это выражение можно применить к нам. Мы вышли на открытии, показали, что ещё можем кататься. Второй раз уже будет совсем не то, это уже будет вторично, как вчерашний суп, вытащенный из холодильника и разогретый в микроволновке. Не мы герои предстоящего шоу, а они.

Левковцев показал рукой на фигуристов, радостных, сияющих, с призами в руках, разглядывающих медали, букеты, пакеты с подарками, направляющихся друг за другом готовиться к показательному.

— Они герои этого дня, а мы постоим рядом и насладимся их славой, — закончил свою мысль уважаемый тренер.

Люда была согласна с ним на все 100 процентов. Она только сейчас, после таких умных слов, внезапно поняла, что её на этом турнире постоянно донимало и связывало разум. Несмотря на всю свою звёздность, она была свадебным генералом, лицом совершенно лишним здесь, ведь настоящими героями прошедших соревнований, прошедших ярких событий, были именно эти ребята, которые сейчас радостно идут в раздевалки. Она была как яркая обложка, но неожиданно оказалось, что эта обложка совсем не нужна, под обложкой находилось не менее яркое содержимое, которое заявило о себе во весь голос.

С этими мыслями Люда направилась в раздевалку. Осталось последнее выступление. После которого… После которого она будет готовиться к Японии, и вот именно там ей представится шанс тоже стать яркой звездой… Люда неожиданно ощутила большой подъём мотивирующей силой из самой глубины души. Она вдруг ощутила, что должна, просто обязана откататься не хуже, чем ребята, которые катались здесь. Там, далеко от Москвы, в далёкой Японии, она должна блеснуть так, как не блистала ещё никогда, попав сюда…

А в раздевалке тем временем царило веселье: 15 фигуристок готовились к показательным выступлением. Люда прошла к своему шкафчику, и начала не спеша переодеваться. Рядом готовилась к показательному Сашка.

— Ну что, долго вчера тут зависала? — с интересом спросила Люда.

— Ой, и не спрашивай, Соточка, — хихикнула Сашка. — Представляешь, вчера я так переволновалась, что даже поссать не хотела. Да ещё сушилась накануне. Воды вообще не было в теле. Пока литр не выпила, ничего не выходило, пришлось целый час торчать. Там Брон с Аделией исстрадались все.

— А потом что? — Люда с интересом посмотрела на подружку.

— А потом отцу сказала, чтобы гнал изо всех сил, а то прямо в машине ему наделаю, — расхохоталась Сашка. — Потом как надавило, что терпеть невозможно.

Сашка опять накрасила себя в японском стиле: глаза обвела багровыми тенями, отчего они стали казаться как у вампира, нарисовала длинные красные стрелки, губы накрасила широкой красной вертикальной полосой, над бровями две жирные красные точки.

— Ты в Японию поедешь, Сотка, тебе бы что-нибудь типа этого на показательные, — неожиданно заявила Сашка. — Будешь там катать опять свои страдашки.

— Поздно, — пожала плечами Люда. — Что есть, то есть. Я уже привыкла к своей программе, вжилась в неё. Может, в течение сезона что-нибудь новое придумаю.

— А ты попроси, чтобы тебе твоя мама придумала, или Николаева, — неожиданно заявила Смелая.

— И что они могут мне придумать? — с недоумением спросила Люда. — Откуда они что знают?

— Николаева как-то в интервью говорила, что твоя маман многие вещи в её творчестве придумывала. И даже программы.

— Чтооо? — с большим удивлением спросила Люда.

Хотела переспросить, что это вообще значит, но в это время подошла Лиза и спросила у Люды, будет общий выход или нет. К сожалению, Люда этого не знала, но нить разговора оказалась потеряна, и уже через минуту она не помнила, о чём они говорили с Сашкой, так как все были на взводе…

Потом одна за другой вышли в служебный коридор, в котором по-прежнему было много народу. Мамы уже не видно, наверное, ушла на трибуны, откуда, естественно, был лучший вид.

— Так, ребята, порядок выхода на лёд вы знаете, — по-английски сказал представитель Федерации фигурного катания. — Сейчас будет общий выход. Вас будут называть поимённо, вы выходите на лёд, проезжайте до правого борта, где сидят судьи, там останавливаетесь, улыбаетесь, хлопаете в ладоши, приветствуете зрителей. По пути что-нибудь исполняйте несложное. Первая выходит Арина Стольникова. Всё понятно?

Понятно было всё, и мужчина махнул рукой, призывая за собой. Другие волонтёры раздвинули чёрную тяжёлую портьеру, закрывавшую выход из служебного коридора на арену. Людмила первая шагнула в темноту.

Здесь играла ритмичная музыка, царил фиолетовый полумрак, по льду бегали цветные огни от лазерной световой установки. Зрители уже ожидали своих героев. Когда все фигуристы столпились у льда, ожил информатор.

— Дорогие друзья, дамы и господа, жители