Изабель - Гай Кей

— Почему у них есть друиды и они хранят черепа своих предков и своих врагов и верят, что небо упадет и погубит мир?

Нед ничего не ответил.

— Почему мы строили акведуки и города? И театры? И арены, и бани, и дороги?

— Я понимаю. Почему вы их завоевали? Превратили в рабов? — Это спросила Кейт.

— Почему мы сумели это сделать?

— Что вы этим хотите сказать? Разные представления о мире? — спросил Нед.

Фелан кивнул. И повернулся к Кейт.

— Между прочим, он не глупец.

— Я никогда и не говорила, что он — глупец, — парировала она.

Фелан открыл рот для ответа, но не ответил. Он снова посмотрел на Неда.

— Разные представления о мире, разные подходы к власти. Ты научился ставить защиту, чтобы тебя не видели?

Нед кивнул.

— Только что.

— Не забудь снимать защиту, когда она уже не нужна. Ты сейчас остаешься невидимым. В этом нет необходимости. Это ударит по тебе рикошетом, если будешь держать защиту слишком долго. Можешь навредить себе. Я дорого заплатил за это знание.

— Серьезно? — Глупый вопрос.

Фелан кивнул.

— Это опустошает тебя, отнимает большое количество энергии, но ты даже не подозреваешь об этом.

Нед неуверенно закрыл глаза, снова посмотрел внутрь себя, увидел серебристый свет человека, с которым беседовал, и зелено-золотистый свет тети в доме наверху. Кадел уже был слишком далеко, или он поставил защиту.

Он снял свою защиту, будто мысленно разжал пальцы, и увидел, как внутри снова появилось его собственное бледное свечение.

— А, — сказал Фелан. — Это правильно. Я ухожу. Подозреваю, что это навсегда. — Он перевел взгляд с Неда на Кейт. — Хочу поблагодарить — за кафе, за Антремон.

— Вы спасли нас там, наверху, — произнесла Кейт. Он покачал головой.

— Маловероятно, чтобы он причинил вам вред на глазах у Изабель.

— Это могли сделать другие, и тогда был Белтейн, — упрямо возразила Кейт.

Фелан опять пожал плечами, одним плечом.

— Пусть будет так. Я спас вас. Это не делает меня добрым человеком.

— Я это знаю, — сказал Нед.

Фелан долгое мгновение смотрел на него.

— Ты должен понять, я не могу… соразмерить, — тихо произнес он почти в полной темноте. — Воздух, которым я дышу, — это она или моя страсть к ней.

Нед молчал. Он чувствовал, как что-то прорывается в нем изнутри, какое-то желание, томление. Последняя встреча, завершение, мир, к которому он прикоснулся и который уходил от него.

Он услышал свой голос:

— Я почувствовал ее на кладбище. Представления не имею, когда она там была. Возможно, давным-давно, как в том, другом месте, но я ее действительно почувствовал.

Внезапно Фелан весь обратился в слух.

— Сама Изабель, не просто ощущение ее?

Нед кивнул:

— Изабель.

Он сам произнес ее имя.

Мужчина поднял голову. Он смотрел вниз, на долину, словно пытаясь увидеть вдали Арль. В лунном свете он казался серой тенью, удаляющейся от них. Свет из виллы падал на траву, на каменные ступени, струился из окон, далеко от того места, где они стояли.

— Если так, то она была там теперь. Она знала Лез-Аликам. Мы все знали.

— О чем это вам говорит? — спросила Кейт, и ее голос прозвучал резко. «Она тоже понимает, что он уходит», — подумал Нед. Тот мир, который они нашли.

— Кое о чем, — ответил Фелан. И посмотрел на Неда. — Еще раз спасибо.

— Я и сам не знаю, почему это сделал.

— Я тоже не знаю, — сказал Фелан. — Потому что он мошенничал?

— Я тоже иногда мошенничаю, — признался Нед. — Я даже взял эссе у… — Он не договорил. Эта мысль показалась ему отчаянно глупой.

Он увидел, как сверкнули в темноте белые зубы.

— Возможно, я очаровал тебя своей любезностью? — рассмеялся Фелан. И покачал головой. — Я ухожу. Вспоминайте меня, если это конец.

Он повернулся и зашагал по траве. Нед обнаружил, что не может ничего сказать.

— Как же вы… Как вы попали сюда? — снова Кейт.

У Неда возникло ощущение — как тогда, в монастыре, — что она пытается удержать его здесь, удержать вопросами, не отпускать его в ночь.

— Сейчас услышите, — ответил Фелан, не оборачиваясь. Он и тогда, в монастыре, тоже не обернулся.

Они смотрели, как он прошел мимо бассейна и лаванды к железным воротам. Ворота были закрыты и заперты. Датчики движения включились, когда он подошел, и они вдруг увидели, как он взялся обеими руками — одна из них была забинтована, ранена кинжалом, — за решетку и не спеша перепрыгнул через нее, с легкостью, казавшейся абсурдной.

Они стояли и слушали.

Через несколько секунд до них донесся рев мотоцикла на темной дороге, а потом они услышали, как он удаляется и замирает. Нед потянулся внутрь себя, но в конце концов знакомый серебристый свет померк, — как он догадался, — где-то внизу, у конца дороги, где она встречалась с главным шоссе и городскими огнями.

— Нед? Кейт? С вами все в порядке?

Голос его матери, с террасы. Он видел ее там, стоящую на свету.

— Мы в порядке, мам.

— Идите в дом. Мы собираемся поесть, потом поговорим.

— Уже идем.

Мать повернулась и вошла в дом.

У Неда в воображении возникла картинка, похожая на старое фото, как он ребенком играет с друзьями в сумерках. Лето, свет меркнет, и голос матери — слабый, но ясно слышный, — зовет его домой. В ванну и в постель.

— Почему ты ему сказал? — тихо спросила Кейт.

— Не знаю. Может, потому, что он не умеет летать.

— Кадел тоже теперь не умеет.

— Я знаю.

Несколько мгновений Кейт молчала.

— Между прочим, я не считаю тебя глупцом.

Он взглянул на нее.

— Я могу им быть.

— Мы все можем, — сказала Кейт Уэнджер и поцеловала его в губы в темноте, на ветру.

Нед закрыл глаза, но она уже отступила назад. Он перевел дух.

— Гм, это была Мари-Шанталь? В тебя опять кто-то вселился, как раньше?

Она толкнула его, довольно сильно, в грудь.

— Не смей, — произнесла она. — Дурак.

— Опять вернемся к этой теме?

— Если придется.

— Ты… ты пахнешь мятной жвачкой, — сказал он.

— Это хорошо?

У него быстро билось сердце.

— Ну, знаешь, надо еще раз попробовать, чтобы высказать свое мнение.

Она тихо рассмеялась, повернулась и зашагала назад к вилле. Бросила через плечо:

— Руководство получило вашу заявку и рассмотрит ее в установленный срок.

Нед невольно улыбнулся. Прежде чем последовать за ней, он оглянулся назад, на поле на крутом склоне. Уже было совсем темно. Огни Экса сияли, рассыпанные в чаше долины. Над городом ярко сверкала Венера, низко на небе. Он повернулся к дому, увидел, как Кейт поднимается по каменным ступенькам на террасу.