Верные враги - Ольга Громыко

Горлицы перешли к решительным действиям, так что наблюдала я за ними уже действительно с интересом.

– Возможно, он просто нуждался в отсрочке, – резонно предположил маг. – А когда добьется своего, протесты дриад не будут иметь для него никакого значения – нашкодит и смоется, ищи его потом! Кстати, насчет порталов, Верес. Я не просто не смог их отследить – они оборвались, как отсеченные клинком. Но не прервались. Не было ни точек выхода объектов в целом или дробном состоянии, ни рассеивания неиспользованной силы. Изменники словно испарились вместе с порталами, что противоречит всем законам природы и магии!

Я поежилась и поскорее хлебнула вина, представив это самое «дробное».

– А где именно, не определил?

– Посреди всё той же пустоши за Градом, на территории Белории. Может, имеет смысл сразу отправить туда вооруженный отряд?

По лицу Вереса было видно, что ему очень хочется согласиться, свалить на эльфов поиски злоумышленников и отправиться восвояси, но колдун мужественно переборол соблазн.

– Во-первых, вы точно не знаете, где и что искать, а во-вторых, две сотни воинов на марше загонят в норы всех упырей Оркраста, не то что горстку заговорщиков. Давай лучше мы разведаем всё наверняка и пришлем вам весточку.

– Договорились. – Морриэль глянул на нетерпеливо мерцающий медальон, щелкнул по нему ногтем, погасив, и встал. – Извини, мне пора. Приятно было поболтать... никчемный колдунишка, хе-хе!

Маг отодвинул стул, выпрямился и, воздев руки, плеснул рукавами, как птица крыльями, в тот же миг рассыпавшись снопом серебристых искр.

Верес остался сидеть за столом, одобрительно, но без вожделения разглядывал танцовщиц, потихоньку отпивая из почти опустевшего бокала.

– Неужели младые эльфийские девы оставили тебя равнодушным?

Колдун обернулся ко мне, поигрывая бокалом.

– Смотреть приятно, но уединяться с ними я как-то не расположен.

– Боишься сплоховать?

Верес, не обидевшись, с усмешкой покачал головой:

– Я думаю, это опять иллюзии. В знак уважения к гостям, чтобы те смогли расслабиться и получить удовольствие.

Я задумчиво посмотрела на ближайшую красотку.

– Так что, в процессе... хм... эксплуатации она может лопнуть прямо под тобой?

– Не исключено. – Колдун подлил себе вина, вопросительно глянул на меня. Я кивнула, пододвигая ему бокал.

– Ну и что? Они прекрасные, доступные, чистые и наверняка доставят тебе даже больше удовольствия, чем настоящие. Разве мужчинам нужно что-то еще?

– Выходит, нужно.

Я скептически хмыкнула, отпивая глоток. Бесподобно. Вишня, желтый и розовый виноград в равных пропорциях соцветия медвяной травы и, пожалуй, черная рябина – заключительный штрих, терпкое послевкусие, подчеркивающее бархатистую нежность прочих компонентов.

– У тебя кто-то есть?

– Была. – Верес заглянул в бокал, как будто не сам только что его наполнил. – Умерла, три года назад.

– Болезнь?

– Оборотень.

– Понятно. – Я окунула ложечку во что-то золотистое и тягучее, пахнущее миндалем, медом и патокой. Намазала этой прелестью ломтик хрустящего, вафельного, почти невесомого хлебца.

– На ее могиле я дал клятву, – помолчав, сказал он, – уничтожать вас повсюду, где ни встречу. Не щадить никого, несмотря ни на что.

– Понятно, – невнятно повторила я, хрустя эльфийским деликатесом. Верес с нажимом провел ладонью по лицу, стирая липкую паутину воспоминаний, тряхнул головой и откинулся на спинку стула.

– А ты за что не любишь магов?

... – Ты закончил?

– Еще нет, учитель. Ну и живучая же тварь! Восемь кольев, а она еще дышит!

– Брось. Нам пора. К утру и так сдохнет...

Я пожала плечами.

– Просто так. И что теперь?

– Ничего. Пока. А там жизнь подскажет, если останется. Пожалуй, за это стоит выпить.

– Верно.

Мы чокнулись.

– Ресту не говори, – попросил колдун, лукаво кивая на проходящую мимо «эльфийку», – первый опыт как-никак, если лопнет...

Я представила и облилась вином.

На рассвете, плавно перетекающем в полдень, мы безо всякого восторга постигли древнюю житейскую мудрость: даже самое лучшее вино, выпитое в больших количествах, поутру оборачивается жесточайшим похмельем. Вереса, предусмотрительно хлебнувшего на сон грядущий какого-то эликсира и после побудки первым делом жизнерадостно осведомившегося, что на завтрак, чуть не побили.

Что еще «веселее», проснулись мы в одной комнате – я и мелкая в одной кровати, Рест с мастером – в другой, валетом, а на Мрака я вообще наступила, вставая. Причем как они оказались в наших с Виррой апартаментах, ни мы, ни они не помнили, ибо добирались до постелей, не зажигая света, зигзагами (а кое-кто и ползком). Ругаться на них было бесполезно, выгонять – поздно, тем более что служанка, решив, что так оно и было задумано, принесла сюда все тазики для умывания и подносы с едой.

– О высокородный повелитель стихий, сотрясающий горы и обращающий вспять реки, не мог бы ты оказать мне небольшую услугу... – спросонья привычно завелась я, обращаясь к Вересу.

Изумленная тишина взорвалась диким хохотом. Вирра вообще повалилась на кровать, дрыгая ногами. Сконфуженно фыркнув, я отбросила одеяло и сама пошла за своими сапогами, невесть почему ровнехонько стоявшими возле кровати колдуна. Хорошо хоть мои штаны на ее спинке не висели!

– Одни убытки от этих эльфов. – Дракон, стоя напротив зеркала, мрачно разглядывал и ощупывал здоровенный синяк под глазом. Такого богатства оттенков я ни у одной сливы не видела.

– Угораздило же тебя при всём разнообразии выбора соблазниться настоящей эльфийкой, – неискренне посетовал Верес.

– Но я соблазнился ею, а не тем кривоносым типом, который без предупреждения врезал мне в глаз! – с праведным негодованием возразил дракон, то одной, то другой стороной прикладывая к синяку толстую серебряную монету. Я наблюдала за этим процессом с внутренним содроганием. Подбрасывать на ладони можно и раскаленный уголек, но стиснуть его в кулаке или прижать к лицу... бррр.

– Если бы ты не назвал его «кривоносым», возможно, отделался бы устным замечанием, – со смешком предположила я, будучи свидетельницей бурного распада любовного треугольника. – Очень даже симпатичный нос у него был, с легкой горбинкой.

– И он тебе понравился?! – Дракон аж выронил серебрушку и полез за ней под стол, с оглядкой на Вирру, только шипя от распирающих его выражений. – О, боги, неужели такая ерунда способна очаровать женщину?! Какой кошмар – ум, доблесть, сила и красота уже не в счет – достаточно кривого носа!