Единый учебник истории России с древних времен до 1917 года. С предисловием Николая Старикова - Сергей Платонов

Из многих подобных кружков, имевших иногда масонский характер (§ 131), особенное значение приобрел один, получивший название «союза спасения». В основе его лежало определенное требование перехода к представительному образу правления, к конституции. Через некоторое время из этого союза образовалось два новых союза, прямо уже революционных, – «северный» и «южный». Во главе Северного союза стали братья Муравьевы (также князь Трубецкой, поэт Рылеев); союз этот основался в Петербурге. Во главе южного союза был полковник Пестель, командир одного из армейских полков. Местом действия южного союза была русская «вторая армия», расположенная в Киевской и Подольской губерниях. В составе союзов преобладало офицерство; но были и лица гражданские и неслужащие дворяне. Оба союза имели одну общую цель – совершить насильственный переворот в России[133].

Несмотря на то что члены союзов держали свои планы в совершенном секрете, правительство узнало о существовании заговора. Императору Александру его придворные докладывали о существовании кружков в гвардии еще тогда, когда кружки были в зародыше. Государь снисходительно отнесся к членам этих кружков, считая их такими же мечтателями, каким он сам был в дни юности: «не мне их карать», говорил он. Позднее о существовании определенного тайного заговора против действовавшего государственного порядка стали доносить лица из армии (в особенности ценные сведения дал унтер-офицер из дворян Шервуд). Аракчеев собрал точные данные о вожаках движения, о планах заговорщиков, о месте их деятельности и послал большой доклад об этом деле императору Александру в г. Таганрог, где тогда находился государь (1825). Доклад пришел туда поздно: Александр скончался в Таганроге, не успев сделать никаких распоряжений по делу.

§ 149. Смерть императора Александра I. Преемство престола. Декабристы. Император Александр прибыл в 1825 году в Таганрог вместе со своею супругою, императрицею Елизаветою Алексеевною (происходившею из Баденского дома). Грудная болезнь императрицы (чахотка) требовала климатического лечения. Врачи указали на Таганрог, как на подходящий по климату город южной России. Устроив свою супругу в Таганроге во временном дворце, Александр отправился в Крым для осмотра войск и укреплений. В Крыму он схватил простуду, не поберегся и возвратился в Таганрог совершенно больным. Простуда перешла в тиф, и 19 ноября 1825 года император скончался.

Так как у императора Александра не было детей (две его дочери умерли во младенчестве), то наследовать престол, по закону 1797 года (§ 139), должен был старший из его братьев, цесаревич Константин Павлович. Так и подумали сопровождавшие Александра в Таганрог вельможи: о кончине Александра они известили императора Константна Павловича, находившегося в Варшаве. То же полагали и в Петербурге: по получении в Зимнем дворце известия о смерти государя великий князь Николай Павлович, третий сын императора Павла, тотчас же привел войска и народ к присяге императору Константину. Между тем Константин, женатый на простой польке (Грудзинской), не желал трона и давно (еще в 1823 году) отказался от него; Александр же особым манифестом утвердил его отречение и передал право на престол следующему из братьев – Николаю. Только манифест об отречении Константина, по не известным никому причинам, не был обнародован. Он хранился в тайне (запечатанный в пакете самим Александром) в Москве, в Успенском соборе, и в Петербурге – в синоде, государственном совете и сенате. Тайна была так строга, что самому Николаю Павловичу не объявили прямо об ожидавшем его высоком жребии; лишь по некоторым намекам старших братьев мог он смутно догадываться о происшедшей перемене в престолонаследии. По смерти Александра пакеты в Петербурге были вскрыты, согласно надписи на них самого покойного государя («хранить до моего востребования, а в случае моей кончины раскрыть прежде всякого другого действия»). Но Николай Павлович не счел возможным принять трон в отсутствие брата Константина и надеялся, что сам Константин лично пред ним подтвердит свое отречение. Таким образом, столица, а за нею и вся Россия присягнула Константину. Константин же в Варшаве, согласно со своим прежним отречением, присягнул Николаю и совсем не имел в виду ехать в Петербург подтверждать свое отречение. Таким образом, в России оказалось сразу два императора, из которых ни один не желал вступить на престол. Между Варшавою и Петербургом происходили торопливые сношения, и младший великий князь Михаил Павлович, приехавший от Константина в Петербург, служил как бы посредником между своими старшими братьями.

Замешательство в царском семействе не осталось скрытым от Петербургского населения. Члены «северного союза», мечтавшие о политическом перевороте, решились воспользоваться этим замешательством для своих целей. Они повели агитацию в войсках, надеясь возбудить в них различные сомнения и подозрения и затем привести их к открытому ослушанию. Расчеты заговорщиков до известной степени оправдались. Некоторая часть солдат действительно стала сомневаться в том, благополучен ли Константин и правильно ли властью овладевает Николай. Подозревая зло и обман, эта часть солдат вышла из послушания, не приняла присяги Николаю Павловичу и начала бунт.

Обстоятельства этого бунта были таковы. Получив в письме решительное отречение Константина от престола и отказ его прибыть в Петербург, император Николай решился принять власть и 14 декабря 1825 года издал манифест о своем воцарении, призвав к присяге себе войска и население. Во всех полках, стоявших в Петербурге, присяга совершилась в порядке. Только в двух полках (Московском и Лейб-Гренадерском) произошло замешательство: часть солдат не присягнула, а двинулась с оружием из казарм на условленное место – к зданию сената и стала толпою у памятника Петра Великого (поставленного Екатериною в 1772 году). К солдатам присоединились гвардейские матросы и простонародье. Толпа ничего не предпринимала, потому что ждала прибытия вожаков; а вожаки не являлись, вследствие различных между ними недоразумений. Между тем император Николай поставил против бунтовщиков все гвардейские войска и окружил их со всех сторон (выход оставался только в Галерную улицу). Начали с увещаний. Речи духовенства не подействовали на толпу. Петербургский генерал-губернатор граф Милорадович (герой 1812 года) своею речью возбудил было внимание и сочувствие бунтовавших; но во время речи он был убит из пистолета одним из руководителей мятежа. Тогда на мятежников была пущена конница; однако мятежники отбились. Ввиду наступавших сумерек прибегли к решительному средству: пушечными выстрелами рассеяли скопище. При первой крови толпа разбежалась, и порядок был восстановлен. На юге «южным союзом» также была произведена попытка вооруженного восстания, причем восставшие думали было идти походом на Киев, но скоро были остановлены и задержаны.

Началось следствие. Император Николай получил из Таганрога тот доклад о революционном движении, который был изготовлен для императора Александра (§ 148). В докладе уже значились имена главарей движения. Поэтому легко было всех их привлечь к ответу, как истинных виновников мятежа и руководителей заговора. Было арестовано более ста причастных к делу лиц, получивших от бунта 14 декабря название «декабристов». Все они были преданы «верховному уголовному суду», в состав которого вошли важнейшие сановники, члены государственного совета, сената и синода. На суде раскрылась вся картина политического движения, направленного против династии и самодержавия. Верховный суд приговорил почти сорок человек к смертной казни, остальных же – к ссылке и каторжной работе; так суровы были законы того времени в отношении к политическим преступлениям. Император Николай несколько смягчил приговор. Смертной казни было предано только пять главарей «союзов» (между прочими Пестель и Рылеев). Остальные были отправлены в Сибирь, где и поселены навсегда. Лишь те из декабристов, которые дожили до кончины императора Николая, получили помилование от его преемника, императора Александра II (1856).

Время императора Николая I (1825–1855)

§ 150. Личность императора Николая I и обстановка его воцарения. Император Николай Павлович вступил на престол еще молодым человеком. Он родился в 1796 году и рос вместе со своим младшим братом Михаилом (родился в 1798 году) отдельно от старших братьев, Александра и Константина, которые были старше их чуть не на 20 лет. Так как младших великих князей не готовили к престолу, то их образование не вызывало особенных забот. Николай, по‑видимому, мало был привязан к своему воспитателю (генералу Ламсдорфу) и к своим учителям. Он сам говорил, что мало вынес из своих учебных занятий. С детства был он привержен к военным играм, а затем к военному делу. Очень настойчивый и упрямый по натуре, Николай был, однако, поклонником дисциплины и сам, когда начал служить, показывал примеры служебного повиновения и скромности. Николай Павлович нес обязанности главного инспектора по инженерной части в войсках; вполне занятый своею службою, он очень далеко стоял от государственных дел и жизни большого двора. Женатый на дочери прусского короля (Фридриха-Вильгельма III) Александре Федоровне, он был очень счастлив в семейной жизни и ничего не искал вне семьи и службы. Лет за шесть до своей кончины император Александр в первый раз намекнул Николаю и его супруге, что их в будущем ожидает высокий государственный жребий. Николай не вполне понял, что разумел в своих намеках Александр, однако стал готовить себя к управлению государством. Он сам пополнял чтением недостатки своего первоначального образования и приобрел много новых знаний. Но все‑таки надлежащей подготовки и навыка к делам он не получил до самого своего воцарения, так как Александр не приобщал его к текущим делам управления и держал его по‑прежнему далеко от себя. Вполне поэтому понятно, что когда пришла в Петербурга весть о кончине императора Александра, Николай не считал для себя возможным принять трон. Надобно было Константину настойчиво подтвердить свое отречение, чтобы Николай наконец принял власть.