Украина: моя война. Геополитический дневник - Александр Дугин

Западу необходимо втянуть Россию в войну с Украиной. И он всячески к этому подводит. Но Западу невыгодно особенно поддерживать Украину в этой войне. Напротив, Запад ставит на ее полное поражение и уничтожение со стороны России. Именно этому и служат такие циничные операции, как русский холокост в Одессе. За подобными инициативами стоят Вашингтон и Брюссель. Ответственность за них лежит на США и НАТО. Им необходимо, чтобы виртуальное на сегодня присутствие русских на Украине стало реальным. А затем на все лады будут расписываться «зверства русских оккупантов». Украина же превратится в жертву «русского империализма». Вся территория Украины станет полем оккупации, кровавой гражданской войны и партизанских действий. В результате под давлением Запада и от санкций, по мнению американских стратегов, сама Россия дрогнет, и война, кровь и развал перекинутся на ее территорию.

Значит, и русский холокост в Одессе, и убийства в Донецкой области представляют собой не случайности, а часть продуманного плана. Запад полагает, что тем самым он заманивает Россию в украинский капкан. Можно себе представить выражение лица патриота Путина, рассматривающего кадры с удавленной боевиками «Правого сектора» беременной женщины из Одессы. Что он чувствует, наблюдая искореженные, обугленные трупы ни в чем не повинных жителей Одессы из Дома профсоюзов, когда ему приносят отчеты о том, с каким цинизмом киевские политики и сторонники хунты издеваются над жертвами… И на это расчет.

При этом важно, что Киев так и не начинает полноценной войсковой операции, которая необратимо на сей раз спровоцировала бы введение российских войск на Восток, а далее Юг Украины. Причин может быть несколько: или хунта понимает, что в прямом конфликте с Россией необратимо проиграет и лишится всего, или же, что было бы более тонко, стремится спровоцировать военное вторжение России силами карателей и убийц «Правого сектора» и наемников Коломойского. Сжечь людей в Одессе живьем — это морально нетерпимо для всех вменяемых людей, и особенно для русских, только что обосновавших воссоединение с Крымом именно предотвращением геноцида (как ранее освобождение Южной Осетии и Абхазии). Но это еще не начало войсковой операции. Цель: добиться, чтобы Россия начала первой.

Это и есть план украинского капкана, и он, увы, реализуется на наших глазах самым чудовищным образом.

Все это ясно понимает Путин, и поэтому Москва после 2 мая застыла. Готовность ответа на начало боевых действий против Славянска, Краматорска и других городов Донбасса в Москве есть. Но то, что происходило 2 мая, — при всей кошмарности этих событий, — все же еще балансирует на грани. Напряжение этого баланса невыносимо ни с моральной, ни с психологической, ни с исторической точек зрения. Путин какое-то время назад принял однозначное решение биться за Украину до конца, ни при каких обстоятельствах не бросать Юг и Восток. Это решение необратимо. Но теперь осталось точно подобрать нужный момент. Сейчас или… Или все же не сейчас. Чуть-чуть позже… Понимая это, американские стратеги, играющие украинской хунтой и неонацистскими боевиками, как пешками, также системно и планомерно испытывают Путина: а что ты скажешь, глядя на душераздирающие фотографии заживо сожженных сторонниками Бандеры и Шухевича невинных людей? «Нерожденный ребенок удушенной женщины не будет ли вас беспокоить во снах, Владимир Владимирович?» — с дьявольским цинизмом насмехаются вашингтонские стратеги и их сети, пронизывающие не только Украину, но и российскую элиту. У Путина нет права на ошибку. Следующий ход должна сделать Москва, но это произойдет в тот уникальный момент, который должен привести к победе. Вот где мы находимся сейчас, спустя три дня после черного 2 мая, когда тела жертв кровавых нацистских убийц еще не преданы земле и не отпеты.

Что делать?

С моей точки зрения, сейчас оптимальным будет следующий сценарий действий.

Первое: Москве надо окончательно осознать всю глубину и необратимость разрыва с Западом. Это значит, что существование пятой колонны в самой России более несовместимо с жизнью, миром и порядком в самом обществе. А наличие шестой колонны, представляющей собой агентов влияния США, формально лояльных Путину, блокирует в критической ситуации все радикальные решения и их исполнение. Сейчас Путину надо осознать в полной мере то, что он сам уже неоднократно провозглашал: Запад — наш враг, и он решил дать нам последний смертный бой. После этого боя Вашингтон либо еще на какое-то время продлевает свою гегемонию, либо этой гегемонии приходит конец. В первом случае Россия исчезнет, во втором — рухнет однополярный америкоцентричный глобальный либеральный мир. Выше ставок просто не бывает. Но даже если Путин не намерен, не хочет и не может идти до конца, Вашингтон намерен, хочет и думает, что может. Поэтому он пойдет. Независимо от того, примем ли мы вызов сейчас, будем ли тянуть и уклоняться, Запад уже начал с нами войну. И обожженные тела людей, погибших в Одессе, — это наши потери, это те герои, которые отдали жизнь за Новороссию и, в конце концов, за Россию. Это наши мученики, это святые великой войны континентов. И их число будет множиться. Так решил Запад. И никакие аргументы он более не слушает. План его таков: убивать, убивать, убивать. Жечь, вырезать, расстреливать, насиловать, калечить, душить. До тех пор, пока Россия не окажется в том, что Запад считает Украинским капканом.

Если Путин твердо поймет, что любое промедление будет лишь множить жертвы и что Запад идет до конца, вся картина будет для него более ясной. Тогда удар по пятой колонне с ее полной ликвидацией и вышвыривание шестой колонны на периферию (на место пятой) есть необходимое (хотя и предварительное) условие для проведения дальнейших действий. Ведь ставка Вашингтона на то, что высокопоставленные российские чиновники, хранящие свои капиталы на Западе, под воздействием санкций и под угрозой потери наворованного (а это сотни миллиардов) в какой-то момент просто свергнут Путина. Шестая колонна состоит из либералов и коррупционеров в высших эшелонах власти (подчас эти роли совпадают). И если Вашингтон принял решение действовать по самому жесткому сценарию, то заговор и бунт шестой колонны последует обязательно. Путин опирается на народ, на силовиков, на патриотов. Но от них его отделяет прослойка шестой колонны, занятой систематическим саботажем любого его решения (в том числе кадрового), любой его инициативы, любого его действия, если они направлены на конфронтацию с Западом. Мыслить Россию как центр войны с американской гегемонией в острой фазе — это новое для Кремля. От этого Путин ранее всячески хотел уйти. Теперь он приперт к стенке. Не он это начал, но не принять вызов он не может.