Докричаться до мира - Оксана Демченко

— Если коротко — я Сим. Спасибо за помощь, но смотреть на вас нерадостно, моему делу вы не станете помогать. Умом я могу принять такое, но уж приязни не ждите.

Пришли, осчастливили: чужие, увлеченные своими заботами. Спасители! Я этих мерзких экспериментов не начинал и своей вины за их исход не вижу. Едва ли вы лучше придурков-генетиков, погубивших наш корабль, и вряд ли поможете мне в работе. Так хоть не мешайте! — он проговорил все разом, решительно и чуть заносчиво, с внутренней убежденностью в бесполезности общения.

— А что за работа? — поинтересовался Лайл.

— Я планетолог! — устало и безнадежно сообщил новый айри. — Вам это ничего не говорит, не так ли? Айри тоже, они все слишком нелюбопытны, им бы только крылья отрастить! Я прилетел сюда исследовать мир, а получилось вот что. Сколько я спал?

И все это время приборы работали, там уникальный материал… Ну зачем я это говорю, кому вообще теперь нужно то, что я делал, без Хиннра! Только капитан слушал и помогал, а его, как я понимаю, уже нет. Ужасно…

— Сим, сколько надо людей? — я спросила осторожно, не желая обнадеживать странного чудака.

— У меня был планетарный катер, он укреплен в центре тора. Пользовались?

Угробили?

— Не трогали даже, — обиделся Тимрэ. — Забыл я про него!

— Ладно, — чуть успокоился сероглазый. — Для загрузки образцов и съема показаний — хотя бы трое. И один усердный аккуратный помощник, сортировать и архивировать.

Ну? Много?

— Сам обучишь? — поинтересовался Лайл. — Мы шибко диковаты, плане-толо-г.

Таскать или грузить — пожалуй, а сортировать…

— Яли возьмется, — улыбнулась Рила, — она очень аккуратная.

— То есть вы мне дадите людей? — он не поверил.

— Людей — нет. Волвеков, — прищурился Лайл. — Я позвал, забирай. Но учи их толком, а не как грузчиков. Может, из Нимара получится тоже этот… плане-толог.

— Спасибо! — логика старшего сразила Сима. — И что я должен взамен?

— Отчеты в архив полярной, экваториальной и островной обсерваторий, справку по минералам для филиала в Тимассе и, конечно, полный отчет для Академии, с картами, пробами и прочим, — вздохнула я. — Они тебя на руках носить будут, хоть один в экспедиции полезный для науки айри среди нас, занятых глупостями с точки зрения высокой теории. Давно средства выбивают на собственный Акад, теперь получат. Еще и деканом заделаешься. Как же, астрономы по утрам вместо приветствия солнцу зачитывают цитаты из трудов Тарлосима.

Он поперхнулся и утратил напускную заносчивость. Значит, угадала! Эл, интриган мой дорогой и неисправимый, «хорошо» по астрографии нерадивой студентке в памятный вечер выставил с одним условием. Зато каким весомым! Он потребовал перевода из формата шара знаний в читаемый для людей электронно-бумажный вид труда «Основы строения миров» этого вот самого, удивленно озирающегося, планетолога. Тогда на Релате полагали — трагически погибшего… Из-за этого и потому, что мы утратили часть знаний, мне вменялось в обязанность помимо прочего вытрясти необходимое из Риана. А лучше вынудить его нытьем и вздохами к редактуре «Основ». Кстати, дело повернулось неожиданой стороной: Риан выслушал мой рассказ о вечере в гавани Римаса. Вызвал к себе Эла. Забрал шарик, сухо сообщил, что книгу вернет к осени, готовую. И велел задохнувшемуся от счастья декану отвезти меня на неделю в горы.

Перед тем основательно и довольно жестко излупив обоих, ага. Риан полагает, что оценивать знания надо всегда честно. И, что еще важнее, родным и любимым нельзя ставить условий и втягивать их в игры типа «ты мне — я тебе». Я вела мобиль, скулила по поводу больного колена, Эл всю дорогу морщился от боли во вправленном наскоро плече и, куда сильнее, — от осознания того, что расстроил обожаемого учителя. Я их до осени мирила, используя в том числе и предложенный способ — нытье и вздохи.

Так что мне ли не знать трудов Тарлосима! Второй раз гадскую астрографию я сдавала самому Риану. Ужас. Зато декан мне сочувствовал и помогал.

— Цитаты? — планетолог окончательно сник, раздавленный своей внезапной полезностью. — Релат так сильно изменился к лучшему, похоже… Обсерватории, архивы, отчеты, ученые. А кто такой декан?

— Ну, эдакий старейший в данной области науки, — задумчиво предположила я. — Ты будешь деканом Симрэ, когда защитишь звание. Станешь учить молодняк на астрономов и планетологов. Мой Эллар устал до судорог от дополнительных курсов по астрографии и прочему, отдаст с радостью.

Сим откашлялся и сел, не веря в услышанное. Осторожно уточнил: кого учат деканы?

Людей, айри и вообще всех, кто готов учиться… Хорошо-то как!

Пока будущий декан тихо радовался, в дверях возник Нимар, он уже понял, что дело совсем новое, и горел любопытством. Из-за его плеча выглянула Яли, еще более кудрявая, чем вчера. Усердно тряхнула дико вздыбленными волосами, ушибла затылок о стену и чуть смутилась. Сим впился взглядом в обоих, обнаружил полное внимание, расплылся в счастливой улыбке и потащил ребят прочь. Вот уж кому совершенно безразлично, кто они по происхождению и как выглядят. Лишь бы слушали его бесконечный рассказ о солнечном ветре, атмосфере, местном нестабильном и «рваном» магнитном поле, климате, остаточной сейсмической активности… Наверное, никогда его так внимательно и серьезно не воспринимали. Я рассмеялась.

— Академия с ума сойдет, получив с корабля готовых ученых-волвеков. А он из них за пару месяцев толковых студентов сделает. Люди не умеют учиться быстро, считывая данные напрямую, как айри, а эти смогут.

— У вашей Академии будет много поводов для удивления, — кивнул Тимрэ. — Главное вытащить остальных из Гнезда. Ну, второго родича осилите, или завтра вернемся?

— Осилим, — весело кивнула Рила и, подражая подруге, отчаянно тряхнула золотыми волосами, взметнув их сияющим кругом. — Какие вы все разные, Тим.

Очень разные.

Когда последний спящий открыл глаза, меня посетило холодное и тяжелое предчувствие беды. Пыльно-спокойный взгляд был одновременно пуст и внимателен.

Он без выражения скользнул по нам, как по мебели, задержался лишь на Тимрэ. Ему айри улыбнулся, как почти равному.

— Значит, блокатор стал лучше. Я был уверен, что болезнь временная, и они справятся. Этих можешь отослать. Все же наши родичи сделали из них сносных зверушек, — усмехнулся он.

— Может, обратно усыпить? — задумчиво предложила я Лайлу. — Он мне не нравится.

— Мне тоже. Тимрэ, ему не вредно еще чуток отдохнуть, до Релата?

— Увы, — искренне смутился врач. — Повторное погружение не ранее, чем через месяц по времени корабля, соответствующему родному, на Релате. Его зовите Йонах, это распорядитель пассажирских отсеков. Стюард, так это у вас теперь называется, да?. Он не так плох, как можно подумать, просто несколько несамостоятелен в суждениях. Я все ему объясню, Дед поможет.