Наследник Звёзд - Илья Гутман

— Хаос, расступись! — и в колпаке тёмных энергий образовалась внушительная дыра: полоса красных энергий расступилась, как две занавески под порывами ветра. Через эту дыру наше судно и проплыло. Чтобы её поддерживать, требовались колоссальные усилия воли, и я приказал волнам, чтобы толкали корабль далее быстрее. Когда мы миновали дыру, я с облегчением расслабился.

— Именно из этой страны, Эквитании, пошла мифология Элама, — произнёс Ирвэн. Похоже он хвалился своей начитанностью и знаниями местной мифологии. — Закон Триады гласит: Зевс творит мир, Аид разрушает его, а Посейдон сохраняет. Ибо Аид — бог Абсолютного зла, Зевс — Абсолютного добра, а Посейдон, главный бог Эквитании, покровитель воды — бог Равновесия. Ибо Эламу всегда покровительствовали три бога: созидающий, разрушающий и сохраняющий. Авузл, предыдущий бог Воды, впал в Хаос и заснул, Сканда и Гашман погибли — и люди выбрали новую Триаду — не из наших исконных эламских богов, а из небесных. Только у разных народов этих богов зовут по-разному.

— Тысяча каракатиц! Мы одолели барьер! — радостно воскликнул Громобой. — Далее надо отправить кого-нибудь на разведку на острова, чтобы мы знали, что делать дальше!

— На разведку, говоришь? — улыбнулся я. — Выходит, как главному разведчику и обладателю летучей животины, отправляться придётся мне. Ну-ка, Марта, иди сюда!

— А жр-рать дашь? — поинтересовался фамильяр.

— В море наловишь, — ответил я, залезая на спину пантеры. — Полетели!

И Марта, с бешеной скоростью рассекая небеса Элама, полетела на юг. Через пять часов перед нами предстал городок, у входа в который висел плакат. Я глянул на плакат, прочитав надпись: "????????????????????». О, Абсолют! Очень похоже на язык Илунии, который я начал изучать недавно у отца Светозара! В таком случае, фраза должна переводиться «Лэндис, столица острова Наксос».

Сам же городок напоминал типичные античные поселения: рыночная площадь, храмы со множеством колонн, крылатые статуи богов — то есть статуи Перворождённых. Я спустился на площадь и развоплотил Марту.

Ко мне подошёл солдат городской стражи, патрулировавший город, он явно был навеселе. Его серебристый нагрудник поблескивал под лучами луны, медная каска съехала набекрень, а на копьё он опирался, как старик на посох.

— Над-до чего, парен-нь? — спросил он на чистом илунийском языке. Правда, акцент был не такой, как у инквизиторов, обучавшихся в Марите, но язык был таким же. — Ты, брат, арг-гомант, служитель Зев-вса?

Так и знал. Тут, как и в древней Илунии, аргоманты называют своего покровителя Зевсом.

— Я ищу колдуна, разбирающегося в демонологии и истории древних богов, — ответил я. — Нет ли такого в этом городе?

— Теб-бе повез-зло, брат! В город-де колдун-на нет, но извес-стный колд-дун, гидроман-нт и демоннолог живёт в лес-су, к вос-стоку от города.

Что же, делать нечего. Мой путь лежал через кипарисовый лес. Ночной запах кипарисов Эквитании сильно отличен от запаха кипарисов южной Мойрении. Наверное, мы обязаны этим странной магии самих островов. Несмотря на недавнее весеннее равноденствие, уже расплодились вредоносные москиты. Идя по тёмной лесной дороге, я ступил в лужу, и чуть не запачкал мантию аргоманта. Надо смотреть повнимательнее!

Внезапно я ощутил могущественные колебания клатхи. И это были не простые колебания клатхи. А тёмные! Хаос! Лучше здесь не останавливаться! Я ускорил шаг.

Хаотические энергии всё прибывали и прибывали. Через полчаса я наткнулся на реку шириной в десять саженей, пересекающую тропу. Что за демонщина?! Внутреннее зрение показывало, что сами воды реки опираются на хаотическую магию. Если попробую переплыть, могу и утонуть! Я ощутил, что магия создателя этой реки значительно сильнее, чем моя: очевидно, её зачаровывало несколько магов.

Расколдовать реку, приказав водам плыть обратно, не удастся. Придётся её обойти! Я пошёл по другой тропинке, на север.

Но хаотические энергии не затихали. Вскоре на севере носители Хаоса вполне чётко проявились моим внутренним зрением. Пять точек. Четыре тусклые окружили одну яркую. Я крадучись, подошёл поближе, выглянула из-за кустов… У устья новообразованной реки стоял высокий человек — на первый взгляд лет ему было около сорока пяти, однако глаза принадлежали существу, прожившему не один век. У него была коротко остриженная борода, голубые глаза и чёрные волосы. Незнакомец держался против своих противников весьма уверенно.

А окружало его четверо эшхарготов! Они есть и здесь. Мало кто рассказывал, что видел их живьём — потому что очевидцы редко выживают! Тех самых кальмароголовых монстров, тушку чьего малька обязательно препарируют молодые маги воды! У этих четырёх зелёных созданий ростом с человека виднелось по пять щупальцев возле рта, окружающих птичий клюв, петушиный хребет на голове и огромные красные глаза. Все они носили кольчуги из чешуи морского козла. В руке каждого солдата армии нечисти находилось уродливое проржавевшее оружие, напоминающее одновременно якорь, топор и кинжал. Гигантское оружие имело три клинка, смахивающих на кинжальные, только более толстые, широкие и массивные — позволяющие наносить не только колющие, но и рубящие удары. Три лезвия торчали как три языка якоря.

От каждого эшхаргота тянуло водорослями и перетухшей рыбой — но я не обратил внимания на эти запахи. Гораздо страшнее оказалось равномерное хаотическое излучение, шедшее от морских тварей. От человека, в глазах которого читались мудрость и сила, тоже шли эманации Хаоса, только его аура как-то странно мигала и вращалась. Казалось, хаотические энергии никак не могут добраться до её центра. На поясе воителя висел странный клинок, рукоятка которого оказалась выполненной в виде спаянных основаниями полумесяцев: да он напоминал меч из Небесной Стали, а конкретнее — меч, принадлежащий моему старому наставнику Элиддину.

— Нет! Ты не прав! Он придёт! Ты недооц-цениваеш-шь мощ-щь Авус-сла, ш-шеловек, — прошипел эшхаргот по-эквитански. — Не откас-сывайся от с-своего предназнащ-щения.

Мы и ты — мы все орудия Авус-сла, поэтому ты не смош-шешь его победить. Здесь, в море Кораллов ты подч-чинён Авус-слу, потому ч-что ты нос-ситель Хаос-са. И ты не смош-шешь выс-ступить против с-своего повелителя!

— Вам не ведом потенциал человеческого духа, — аристократично ответил воитель, выхватив из ножен клинок. Я обратил внимание на его странный акцент. — И сейчас я докажу вам, что я свободен от влияния Авузла, копчёные креветки!

— Тупиц-ца, — ответил эшхаргот, и я обнаружил в его словах некое подобие насмешки, — ес-сли ты и выбилс-ся ис-с под влас-сти Авус-сла, мы убьём тебя, ис-сорвём твои ос-станки, а потом с-съедим твой мос-ск!