Беспокойные звезды - Сюзанна Валенти

class="p">— Прости, — вздохнул я, взяв ее за руку, ее мягкие пальцы скользнули между моими.

— За что? — Она протянула руку и провела большим пальцем по моей щеке.

— Камни Гильдии… Я должен был быть к этому готов. Я предполагал, что ответ станет ясен, как только они объединятся, но, честно говоря, понятия не имею, что делать дальше, Блу. А у нас заканчивается время.

— Мы разберемся с этим, — яростно сказала она. — Не теряй веры в себя сейчас.

Угол моего рта скривился.

— Это приказ, красавица?

— Так и будет, если ты не заставишь работать свой маленький умный профессорский мозг, — поддразнила она.

— Тогда я займусь этим. — Я ухмыльнулся, отодвинулся и плюхнулся на сиденье, чтобы поближе рассмотреть камни.

Дарси обошла стол, наклонившись над ним, чтобы рассмотреть их, ее маленькая плиссированная черная юбка задралась, обнажая бронзовые бедра и изгиб ее задницы.

Мой член напрягся, и я откинулся на спинку сиденья, раздвинув ноги, наблюдая, как она созерцает камни. Она медленно двигалась передо мной, казалось бы, бесцельно, но ее юбка поднималась каждый раз, когда она наклонялась вперед, и у меня было ощущение, что она точно знает, что делает.

Я скользнул рукой между ее бедер, мои пальцы скользнули по ее коже прямо к краю ее трусиков. Она взглянула через плечо обращая свое внимание на меня, прядь синих волос упала ей на спину, а губы приоткрылись, как будто я застал ее врасплох. Но это все было игрой.

Я провел пальцами по внутренней стороне ее бедра, не давая ей того, что она хотела, вместо этого ожидая, что она сделает дальше.

Она оттолкнула мою руку, выпрямилась, опустила юбку и строго посмотрела на меня.

— Тебе следует сосредоточиться.

— Тогда почему ты так стараешься отвлечь меня?

— Не понимаю, что ты имеешь в виду, — сказала она легкомысленно, но в уголках ее губ заиграла улыбка.

Рычание грохотало в моей груди, когда она снова склонилась над камнями, рассматривая все двенадцать камней один за другим, пока я наслаждался взглядом на ее юбку. Определенно следовало обратить внимание на поставленную задачу, но она была чертовски соблазнительной, и, учитывая все происходящее в последнее время, мы едва ли могли провести время наедине.

Я резко поднялся со своего места, прижавшись к ней сзади и наклонившись прямо над ней, так что мой рот оказался у ее уха, а ее вздох удивления только усугубил ситуацию. Я взял ее за руку, изучая камень в ее ладони, пока мои бедра прижимали ее к столу.

— Лунный камень для Близнецов, — пробормотал я. — Умный, любопытный… импульсивный.

— Ты говоришь обо мне? — размышляла она, пытаясь оттолкнуть меня назад, но я прижал свободную руку к столу, заперев ее в кольцо.

— Черты Близнецов, — сказал я. — Полагаю, я говорю обо всех Близнецах.

— Разве не все Весы должны быть социальными и готовыми к сотрудничеству?

Я мрачно рассмеялся.

— Так получилось, что из всех Фейри, мне нравятся лишь немногие избранные люди.

— Мм. — Дарси снова сосредоточилась на камнях и взяла сапфир Девы, и я от удивления выругался.

— Он был не в том месте. — Я вырвал камень из ее рук и встал прямо, а она отодвинулась в сторону, чтобы я мог перестроить круг.

В тот момент, когда круг соединился должным образом, прямо на нас обрушился взрыв энергии. Мое сердце дрогнуло, когда я потерял все из виду и потянулся к Дарси в кромешной тьме. Ее пальцы нашли мои, но когда она произнесла мое имя, это прозвучало как далекое эхо, и меня охватил страх.

Ее рука начала выскальзывать из моей, и я держал ее изо всех сил, но она исчезла, как пыль между моими пальцами.

— Блу! — Я заорал в темноту, мой голос эхом вернулся ко мне, как будто он отскакивал от невидимых стен, отражаясь вокруг моего черепа.

Знакомство с этим опытом вернуло меня к моему Исходу, когда звезды взвесили и измерили мою душу, объявив меня достойным места в Академии Зодиак.

Я чувствовал присутствие звезд, их шепот, нарастающий вокруг меня, разговор на языке, который я даже не мог понять, как расшифровать.

‘Сын охотника, хозяин камней’, — сказали они мне наконец. — ‘Восходящие двенадцать скоро объединятся.’

— Восходящие двенадцать? — Я нахмурился. — Вы имеете в виду Камни Гильдии? Они у нас есть, мы их собрали. Готово.

‘Однажды затерялись, как камни в бурлящей реке’, — шипели звезды, но один голос звучал громче остальных. Я был уверен, что никогда не слышал ни одного голоса среди звезд, говорящего громче остальных. Их тон был более глубоким, не мужским или женским, но звенящим силой до самой глубины. — ‘Прилив меняется, и двенадцать возвращаются, предложив новую судьбу берегу. Но смогут ли дочери пламени воспользоваться предложенным? Или они пропустят это мимо себя?’

— Как они могут претендовать на эту новую судьбу? — потребовал я. — Скажите нам, что нужно сделать, и мы это сделаем.

Я почувствовал, как веселье пронеслось по звездам, но другие разозлились на мой тон. Я ощущал их больше как отдельных личностей, как отдельные пульсирующие энергии вокруг меня, и этот опыт заставил мое сердце грохотать.

Этот мощный голос снова раздался над ними всеми.

‘Пришло время тебе понять замыслы судьбы, сын охотника. От нас нельзя требовать; это противоречит законам прошлого. Но пришло время узнать, почему. Я покажу это вам в доступной для вас форме.’

Тьма извивалась, уступая место огромному, возвышающемуся залу золотого дворца. Я стоял на вершине широкой лестницы, другая лестница стояла напротив меня через пространство, и наверху стояла Дарси в платье, которое, казалось, было сделано из самого звездного света. Каждое малейшее движение заставляло платье мерцать и сиять, лиф, вышитый серебряной нитью, и юбка развевались вокруг нее водопадом света.

Я взглянула на свою одежду: костюм из темно-синих ниток, словно сотканных из ночного неба, пуговицы моей рубашки перламутровые, тронутые светом. Даже моя кожа здесь мерцала, как будто меня вообще здесь не было.

Громкий голос заставил меня быстро поднять голову, и я обнаружил мужчину, стоящего у подножия лестницы в чистейшей белой одежде, его темная кожа была настолько идеальной, что на его лице не было ни единого изъяна. Его глаза представляли собой море кружащегося зеленого, затем синего, затем белого, постоянно меняющегося, пока не остановились на бледно-голубом. Он не моргнул, ни одна часть его лица не двигалась естественным образом, его грудь не поднималась от дыхания. Он просто существовал, как статуя, подаренная жизнь.

‘Я Арктурус из Шестого Дома, они называют меня Светлым,’ — сказал он, но не губами, мощный голос эхом разнесся по комнате, чтобы услышать