Лучшее королевство (СИ) - Наталья Алексина

— Я уже лежу. Это считается за то, что меня «завалили»?

— Нет. Сейчас вот я вижу твои уязвимые места и сколько крови будет, если ударить…

— Туда не бей, — сразу остановил ее Деян.

Дальше они целовались долго и с упоением, пока в комнату Деяна тихо не вошел слуга. Он держал в руках одежду, видимо для своего господина. И замер на пороге, немного дезориентированный.

— Мастер Сейзель? — тихо проговорил он. — Как вы просили, я подготовил одежду для утренней прогулки.

Деян кивнул и еще раз поцеловал Киру.

— Для вашей дамы нужно сопровождение или необходимо послать за извозчиком? — так же тихо поинтересовался слуга.

— Моей даме нужно платье, — ответил Деян. — Любое из тех, что у нас есть.

Слуга старался не слишком удивляться, но глаза у него округлились. Он кивнул и быстро вышел.

— Я думала, что снова буду в одежде парня, — заметила Кира, наблюдая за тем, как Деян облачается в рубашку с рюшками на манжетах.

— Если из моей спальни выйдет парень, боюсь, поползут слухи, — улыбнулся Деян. — Мне они не нужны. Хотя в штанах ты мне нравишься.

Кира поняла, что получает удовольствие просто от того, как Деян одевается, завязывает шейный платок, улыбается ей. Она становится романтичной дурочкой?

И все только потому, что они провели хорошую, ладно, очень классную ночь в одной постели (ну и на шкуре тоже, а еще на кресле… неважно)? Интересно, для Деяна все было так же?

Ты точно ударилась в романтику, сообщила себе Кира.

В платье Кира чувствовала себя отлично. Свободное, с жесткими вставками вместо корсета и возможностью поднять руки из-за правильно скроенных рукавов. Получилось вполне удобно. Не то что платье Веты. Правда, судя по всему, Киру одели как небогатую, а то и откровенно бедную девушку.

Справедливости ради, сестра Деяна, как и журналистка, оделась так же.

— Какой же у нас план действий? — поинтересовалась Мира.

— Как я и говорил, мы пойдем на кладбище. — Деян направился к двери, и другим пришлось последовать за ним.

— Эта тряпка пахнет пылью, — недовольно сообщила Искира, дергая лингу на своем лице.

— Зато она защищает от комаров.

— Про чепчик ты говорил, что он тоже защищает. Но по ощущениям, в моих волосах всю ночь устраивали пляски полчища блох!

Деян только хмыкнул. И Кира поняла почему. Он как-то говорил, что с непривычки колпаки и чепчики действительно создавали странные ощущения. Блохи еще были ничего. По словам Деяна, в первую ночь в колпаке он просыпался несколько раз от стойкого убеждения, что под колпаком гнездится мышь. И он перестал спать в этой штуке. Из-за чего слуга очень переживал. Боялся, что Деян застудит мозги.

— Ты думаешь, что отец уже начал действовать, поэтому у нас мало времени? И теперь по плану не тюрьма, а кладбище? — спросила Мира, поравнявшись с ним.

— Он начал действовать, как только ему сообщили, что ты запросила официальное разрешение на прохождение через портал. Ты это знаешь, — ответил Деян. — У нас действительно немного времени. Хотя я рассчитывал успеть до тюрьмы и назад. В принципе, неделя в запасе у нас была. Отцовы друзья медлительны и неохотно трясут связями за просто так. Но здесь прошли дожди, и дорогу сильно размыло, доехать до тюрьмы и вернуться за неделю не получится. Поэтому теперь мы идем на кладбище. За счет скорости, с которой мы вернемся в земи, возможно, даже в чем-то мы обыграем отца.

Кира молча шла рядом и мотала на ус. Ей было интересно при случае сесть и расставить все по полочкам.

— Меня не удивляет, что вы хотите сместить вашего отца, — прозвучал голос журналистки за их спинами. — Но мне не нравится, что вы двое собираетесь это сделать моими руками.

— Искира, — мурлыкнула Мира, оборачиваясь. — Твоим ли рукам бояться таких вещей? Сколько уже на твоем веку смещали политиков и устраивали скандалы?

— Нет так много, милая, — так же мурлыкая, ответила Искира. — К сожалению, не так много. У вежийцев странная тяга держаться за своих политиков до самого конца. Так что ваш отец, если у вас все получится, будет лишь вторым таким мощным скандалом на моей памяти и «на моих руках». Он, кстати, и появился со скандалом, вообще-то говоря. Ворвался как настоящий лев. Подвинул одних, подкупил других, убил кое-кого. Были времена.

— Он и есть лев, — заметила Мира. — И поэтому его многие опасаются. Его вторая ипостась некоторых пугает больше, чем закон.

— О да. Даже тебе пришлось вспомнить о своем братце-портальщике, чтобы не бояться папочку, — ехидно сказала Искира.

Мира промолчала, только прищурилась, но потом отвернулась.

Кира же так и держалась вблизи Деяна, с удовольствием слушая, что говорят. Удивительный спектр эмоций раскрывался для нее в этом диалоге. От удовольствия журналистки, которая уколола Миру, до глухого раздражения самой Миры. Лишь Деян сохранял привычное отстраненное настроение.

У тех, кто жил в земях, с эмоциями был полный порядок, что Кире отчего-то очень нравилось.

Они начали подъем на небольшой холм, и замолчала даже журналистка. Пока больше всех Кире нравился Вук Михалек, он шел с неизменной едва заметной улыбкой и с таким открытым любопытством смотрел вокруг, что волей-неволей