100 Великих мифов и легенд - Татьяна Муравьёва

И, оставшись наедине с Тристаном, крепко его обняла, прижалась грудью к его груди, устами к его устам, и сердце ее разорвалось.

Король Марк приказал сделать два гроба: для Тристана — из зеленого берилла, для Изольды — из прозрачного халцедона.

Похоронили их по две стороны от часовни. За ночь на могиле Тристана вырос высокий терновник, изогнулся над крышей часовни и вершиной врос в могилу Изольды.

62. ТОМАС ЛЕРМОНТ

Полулегендарный шотландский поэт Томас Лермонт из Эрсидцуна, живший в XIII веке, считается зачинателем шотландской литературы. Великий английский писатель Вальтер Скотт писал: «Мало кто так прославлен в преданиях, как Томас из Эрсилдуна».

В одной из легенд рассказывается о том, каким образом Томас Лермонт обрел свой поэтический дар.

На берегу реки Лаудер, у подножия Эддонских холмов, в своем родовом замке Эрсилдун жил благородный, хотя и небогатый, шотландский дворянин Томас Лермонт. На всю округу славился Томас Лермонт своим умением петь и играть на арфе, а такое умение шотландцы издревле ценили наравне с воинской доблестью.

Однажды майским утром Томас Лермонт сидел на берегу Лаудера под сенью старого Элдонского дуба, о котором говорили, что ему уже тысяча лет, и задумчиво перебирал струны арфы.

Вдруг послышался стук копыт, перезвон бубенцов, и из леса выехала всадница на статном сером коне. Она держала на сворке семь борзых собак, семь гончих бежали следом. Грива коня была украшена пятьюдесятью и еще девятью серебряными бубенцами, шелковые поводья расшиты драгоценными каменьями, седло крыто алым бархатом, а стремена сделаны из прозрачного хрусталя.

На всаднице было атласное платье, зеленое, как молодые листья рябины, и такой же плащ, а сама она была хороша, как майское утро.

Томас подумал, что перед ним Святая Дева, и хотел преклонить перед нею колена, но красавица, будто угадав его мысли, сказала: «Нет, Томас, я не Святая Дева, а всего лишь королева доброго народца — фей и эльфов».

Она спрыгнула с коня, присела на траву рядом с Томасом и попросила: «Сыграй мне на своей арфе, Томас из Эрсидцуна! И, если твоя игра придется мне по нраву, я щедро награжу тебя».

«Охотно, прекрасная королева, я приложу все свое умение, чтобы угодить тебе», — ответил Томас и заиграл. Струны как будто сами пели под его руками, мелодия лилась, как ручей с вершины холма.

Когда Томас закончил, королева фей сказала: «Никогда еще мне не доводилось слышать такой прекрасной игры, хотя в моем королевстве немало искусных музыкантов. Проси у меня награду, какую только пожелаешь».

Томас ответил: «Если ты и вправду хочешь меня наградить, то позволь поцеловать тебя».

Лицо прекрасной королевы затуманилось печалью, и она сказала: «Как бы не пожалеть тебе, Томас из Эрсилдуна, о своей просьбе. Ведь если ты поцелуешь меня хоть раз, то окажешься в полной моей власти и тебе придется прослужить мне семь лет. А к добру это или к худу — никто не знает».

Томас воскликнул: «Я готов служить тебе не семь лет, а до конца своей жизни!» — и поцеловал прекрасную королеву в уста, алые, как цветы шиповника.

И вдруг с королевой произошла страшная перемена: ее золотые волосы поседели, белоснежная кожа пожелтела и покрылась морщинами, зеленое платье полиняло и стало серым, как пепел. Статный конь превратился в заморенную клячу, а борзые и гончие — в голодных волков.

В ужасе смотрел Томас Лермонт на преображенную королеву, а она рассмеялась и сказала: «Не будем медлить, Томас из Эрсилдуна, нам предстоит неблизкий путь!» Королева вскочила в седло, велела Томасу сесть к ней за спину, и заморенная кляча понеслась быстрее птицы, а голодные волки побежали следом.

И вот зеленые долины и поросшие вереском холмы остались позади — перед путниками расстилалась унылая пустошь, бескрайняя и бесплодная.

Королева фей остановила коня и сказала: «Здесь мы отдохнем. Приляг, Томас, на землю, склони голову ко мне на колени, да смотри — не засни, потому что должны тебе явиться три видения».

Томас послушался и вскоре увидел, как пролегли через пустошь три дороги. Одна — узкая и каменистая, вся заросшая тернием и колючим шиповником. Королева фей сказала: «Это — путь правды, самый трудный из всех путей».

Другая дорога была широкая и гладкая, по ее обочинам цвели душистые лилии. Королева фей сказала: «Это — дорога лжи. Многие выбирают ее, потому что легко по ней идти, но она ведет к погибели».

Третья дорога, то исчезая, то вновь появляясь, вилась среди густых зарослей зеленого папоротника и лилового вереска. «А эта дорога, — сказала королева фей, — ведет в мою страну. По ней-то мы и поедем».

Сначала дорога петляла по склону холма, потом стала спускаться в ущелье, сумрачное и холодное, как могила. По дну ущелья катил свои темные воды широкий поток, и Томас увидел, что течет в нем не вода, а кровь.

Королева фей сказала: «Это кровь, пролитая на полях сражений. Когда на земле мир — поток мелеет, когда начинаются войны — выходит из берегов».

Конь переплыл кровавый поток, перенеся всадников на другой берег. Дорога пошла вверх, и вскоре Томас снова увидел солнечный свет.

Он и его спутница оказались в зеленом саду. Ветви яблонь клонились под тяжестью спелых плодов. Томас проголодался и хотел сорвать яблоко, но королева фей остановила его: «Остерегись, Томас, если в стране фей ты съешь что-нибудь кроме того, что я сама тебе предложу, или заговоришь с кем-нибудь, кроме меня, то останешься здесь навсегда».

Вскоре пред ними предстал прекрасный замок, стоящий на вершине холма. Королева фей сказала: «Вот мое жилище. Здесь живет король — мой супруг, и мой народ — феи и эльфы».

Она затрубила в рог, что висел у нее на поясе, и со всех башен радостно отозвались трубы. Распахнулись ворота, опустился подъемный мост, навстречу королеве вышел ее супруг в окружении фей и эльфов.

И тут же к королеве вернулась ее прежняя красота и великолепный наряд, конь обрел прежнюю стать, а голодные волки превратились в породистых собак.

Король и королева рука об руку вошли в замок, остальные последовали за ними. В замке феи и эльфы окружили Томаса и стали спрашивать, кто он таков. Но Томас, помня предостережение королевы, молчал.

За него ответила королева: «Это Томас из Эрсилдуна. Он дал обет молчания, но прекрасно умеет играть на арфе. Завтра мы устроим состязание музыкантов и посмотрим, кто окажется искуснее — жители страны фей или обычный человек».

На другой день все собрались в самом большом зале замка. Король и королева сидели на тронах, украшенных драгоценными камнями. Два эльфа внесли золотую арфу, и королева фей объявила: «Эта арфа станет наградой тому, кто победит в состязании».

Сначала свое искусство показали жители страны фей. Мелодии, которые они играли, были волшебными, на земле таких не слыхали.

Томас Лермонт подумал: «Где мне с ними тягаться!» Но тут королева фей сказала: «Теперь твой черед, Томас из Эрсилдуна!» Томас взял свою арфу и, едва начав играть, забыл, что находится в царстве фей и вокруг него множество народа. Ему казалось, что он сидит под Элдонским дубом и слушает его одна прекрасная королева.

Когда он закончил, все в один голос решили: «Томас из Эрсилдуна выиграл состязание.» Ему вручили золотую арфу.

Следующим утром королева сказала Томасу: «Пора тебе возвращаться домой».

Томас удивился: «Ведь ты говорила, что я должен прослужить тебе семь лет, а пошел только третий день!» На что королева ответила: «В стране фей время идет не так, как на земле. Ровно семь лет минуло с тех пор, как мы с тобой встретились под Элдонским дубом».

Тогда Томас воскликнул: «Без тебя безрадостна будет моя жизнь! Разреши мне остаться здесь навсегда».

Но королева фей сказала: «Тебе нельзя больше оставаться здесь ни одного дня. Раз в семь лет сюда прилетает злобный дух из Царства Тьмы и забирает кого-нибудь из моих слуг. Сдается мне, что на этот раз он выберет тебя».

Королева фей велела оседлать своего серого коня, вскочила в седло, Томас снова сел к ней за спину, и они пустились в обратный путь.

Вот уже показались Элдонские холмы. Томас сошел с коня и стал прощаться с прекрасной королевой.

Королева фей сказала: «Прими от меня три волшебных дара, Томас из Эрсилдуна. Первый — дар стихотворства. Отныне ты сможешь слагать стихи, и люди станут называть тебя Томас Стихотворец. Второй — дар пророчества. Ты будешь провидеть на много лет вперед и предсказывать то, что случится в далеком будущем. Третий — дар правдивости. Никогда твои уста не произнесут ни слова лжи».

Томас воскликнул: «Спасибо тебе за два первые дара, а третий — возьми обратно. Если я не смогу лгать, то как же я стану торговать на ярмарке, оказывать почтение вельможам и льстить красавицам?» Но королева фей сказала: «Не отказывайся от третьего дара, Томас. Он пугает тебя, но в нем — великая сила».