Загадка обыденной жизни - Сергей Садов

быть… Ладно, — Наташа отлипла от ограды и потянулась. — Хватит уже тут прохлаждаться, нужно возвращаться… А ведь я вроде как еще и учиться должна… Все-таки злой господин Арет. И мстительный.

— Полагаю, он просто не верил, что там убийство, и предполагал, что сын просто перенервничал. Мы бы приехали, подтвердили, что всё в порядке, и уехали бы. Знал бы, что убийство, вряд ли тебя послал бы.

Наташа покосилась на него, подумала, нехотя кивнула.

— Ну да, скорее всего, так и есть. Но все равно надо доложиться. Хотя ему уже и так наверняка, всё доложили. Поехали, — махнула она рукой.

Коляска их ждала у входа в парк, в которую они и забрались. А на улице Роз им сообщили, что поймали Торнина Дорфа. Наташе пришлось напрячься, чтобы вспомнить о ком речь.

— А, это тот, который сестру убил.

— Не убил, — педантично уточнил служащий, который и донёс новость. — Не оказал помощь.

— По мне, что так, что так — убил.

— И всё же. Но это неважно. Его поймали у юриста, где он консультировался. Сейчас он все отрицает.

— Отрицает, да… — Наташа задумалась. — А где опросы владельца кухни, которая должна была выполнить заказ? Ну и тех, с кем он договор пытался заключить? С ними же ведь провели беседы? Я, помнится, говорила об этом.

— Конечно.

— Тогда этого образца родственных чувств в допросную, а те листы ко мне. Я сама с ним поговорю. А тот пусть пока посидит там в одиночестве, подумает. — Наташа отправилась к лестнице.

Служащий глянул ей вслед и явно хотел сказать что-то нелестное, когда вдруг обнаружил, что рядом стоит имперский аристократ Сайзен Корлин и с доброй улыбкой смотрит на него. И ободряюще так говорит:

— Ну говори-говори, не стесняйся. Ты же явно хотел что-то сказать про своего непосредственного руководителя.

Служащий сглотнул, разом покрывшись холодным потом под этой доброй улыбкой.

— Э-э… какая потрясающая и умная девочка, — промямлил он.

Сайзен ободряюще кивнул, продолжая смотреть.

— Талантливая…

— Благодаря которой ты получил эту работу, — подбодрил его Сайзен. — А еще добрая. Я бы на ее месте выгнал такого неуважительного работника с волчьим билетом.

— Сайзен⁈ — Наташа уже на лестнице обнаружила, что её спутника рядом нет, и обернулась.

— Иду, — отвернулся он от собеседника. — Просто уточнял детали. — А когда догнал её — добавил: — Никогда не игнорируй неуважение подчиненных. Потом на шею сядут. Может, где на гражданской службе такое и может пройти, но в любой военизированной структуре…

— А что, кто-то был неуважителен? — искренне изумилась девочка.

Сайзен покачал головой.

— Тебе нужно научиться понимать людей, но, полагаю, это придёт с опытом. Идём.

Доклад у Гонса Арета много времени не занял, тот явно уже был в курсе ситуации и теперь сидел у себя за столом откинувшись на спинку стула и прикрыв глаза, сложив руки перед собой. Молчание затягивалось. Наконец он открыл глаза и посмотрел на девочку.

— Вот как ты умудряешься находить неприятности на пустом месте?

— Само как-то получается, — пожала плечами девочка.

— Ладно, я тоже виноват, нужно было предвидеть такое. А что там с этим… — Гонс Арет придвинул один из листков и заглянул в него. — Торниным Дорфом?

— А что с ним? Сидит, ждет допроса. Хочу закончить это дело.

Гонс Арет молча смотрел на неё.

— Его поймали, — наконец заговорил он, — в доме лучшего юриста Моригата. Судя по всему, он получил консультацию. Тот уже уведомил меня, что готов защищать его.

— Вроде пока нет регламента по работе с защитниками и подозреваемыми?

— Это лучший юрист и очень влиятельный. У него уже есть проекты всех будущих законов. И да, отказать я ему не могу. — Гонс Арет возвел глаза к потолку, показывая, откуда идет «просьба».

— Зачем этому юристу это? — искренне удивилась девочка. — Торнин же обычный мелкий служака в банке. У него даже денег нет.

— Как сказал кто-то на совещании, — ехидно заметил Гонс Арет, — иногда вопрос не в деньгах. А быть первым в работе по новому законодательству… Да еще против Призванной… Да еще если он оправдает подопечного. Ты понимаешь, что именно тебя начнут ругать? Мол, обвинила невиновного…

Наташа замерла, прикусив губу. Гонс Арет помолчал, дожидаясь ее реакции. Не дождался, продолжил сам:

— Потому не надо тебе туда лезть. Сам пойду. Ты нашла, а мы доказать не смогли.

— Вы словно сдались уже, — заметила Наташа наконец. — Нет, сама пойду. Не хочу прятаться ни у кого за спиной.

— Повзрослей сперва… — вздохнул Гонс Арет, потом глянул на Наташу и махнул рукой. — Все равно не переспорю ведь. Ладно, как хочешь… — Он глянул на молчавшего Сайзена. — Мы будем в соседнем кабинете. Помнишь, ты рассказывала о комнатах допроса? Так мы твою идею реализовали. В соседней комнате прекрасно слышно, что будет происходить у тебя, а вот вы нас не услышите. С видимостью пока проблема, непонятно как организовать. Может получится сделать зеркало, как ты говоришь… прозрачное с одной стороны. Но пока чего нет, того нет.

— Тогда я пока пойду к себе, уже, наверное, принесли те бумаги, которые я просила.

— Иди. А мы сразу в соседнюю комнату с допросной пройдем, там будем ждать. А тебя проводят, я попрошу кого.

Наташа кивнула, развернулась и направилась к выходу.

— Знаешь, — остановил ее задумчивый голос Сайзена. Девочка замерла у двери, взявшись за ручку, но не поворачиваясь. — Если бы ты приняла предложение дяди, я бы потерял к тебе всякое уважение. Может, ты и проиграешь сейчас по неопытности, но это тоже урок. А если бояться поражений… лучше тогда ничем и не заниматься.