Прикоснись ко тьме - Карен Чэнс

Я заставила себя еще раз взглянуть на скрюченную фигуру. Трудно было сказать, сколько он весил, но мне показалось, что я смогу нести его на руках, поскольку Раду состоял лишь из кожи и костей. Хотя, честно говоря, я бы предпочла к нему не прикасаться. Уже от самой мысли о том, что эти жуткие руки могут меня схватить, хотелось броситься вон из вонючей камеры, не говоря о том, что у меня не было никакого желания превратиться в обеденное блюдо. Возможно, у Раду нет сил, чтобы напасть на меня, но кто его знает, как он себя поведет, подойди я поближе. Не знаю, отчего – то ли от голода, то ли от худобы, но его клыки были хорошо видны, что также не прибавило мне смелости.

– Что будем делать?

– Сейчас, dulceată, дай мне несколько минут, – тяжело дыша, сказал Мирча. – Мы подхватим его под руки и вытащим отсюда.

Я уже хотела согласиться, когда поняла, что нескольких минут у нас нет. В коридоре послышались шаги, и в каморку хлынули призраки. Я сразу поняла, кто это. Это были не простые призраки, у простых нет такого количества энергии. Впереди толпы шел призрак молоденькой женщины, которая держала в руке острый кинжал вроде тех, что были в моем браслете. На миг ее взгляд задержался на мне, и я похолодела, но затем она жадным взором уставилась на Раду. Кто-то из призраков толкнул ее в спину.

– Вон тот! В плаще! Убей его!

В первую секунду я растерялась. Ничего себе – стреляла наугад, а попала точно в цель! Я загородила собой Раду, но женщина просто прошла сквозь меня. Как-то не привыкла я, чтобы призраки проходили сквозь меня без разрешения. Я машинально вскинула руку, и тут мой браслет решил, что пора действовать. В следующую секунду женщина пронзительно вскрикнула, и на ее призрачном теле образовались две дырки. Конечно, крови не было, но призраку явно было больно. Ну и дела – я поранила одного из тех, кого пришла спасать.

Тени мгновенно шарахнулись в сторону, пропустив вперед людей. Мои кинжалы вновь принялись за работу, но врагов было слишком много. Трое упали, остальные рванулись вперед. Первый схватил меня за плечо, но сработала магическая защита, и человек отлетел к стене, ударившись о камни. Я с удивлением воззрилась на него. Если я нахожусь в чужом теле, то почему срабатывает защита? К сожалению, маг не был в состоянии мне ответить, ибо без чувств валялся на земле.

В этот момент другой маг что-то крикнул, и вокруг меня заплясал огонь. Я отпрянула и только тогда сообразила, что пламя остановилось в футе от меня, не переходя границы пентаграммы, начертанной на полу. Чтобы противостоять заклятию, моей защите пришлось использовать огромное количество энергии, но я не чувствовала себя обессиленной. Не знаю, откуда питалась моя энергия, во всяком случае не от меня.

Сквозь огонь было видно, как рядом медленно поднимается огромная черная тень, пытаясь подобраться ко мне сзади. Ждать помощи было неоткуда – Мирча был слабее двухлетнего младенца, слабее любого призрака. И тогда, оглянувшись на свою армию, я сказала:

– Он ваш.

Призраки ринулись вперед, как пчелиный рой, и тень исчезла из вида, издав пронзительный вопль. Для людей призраки неопасны, но когда призрак выступает против призрака, тогда шансы равны. Через несколько секунд армия призраков вновь стояла у меня за спиной, а черная тень исчезла, словно ее и не было.

– Они его съели, – пояснила я, обращаясь к высокой и тощей фигуре, что стояла за спиной магов в окружении призраков. Надо же, оказывается, Распутин не слишком храбр. Хитрый, но трусливый – Уходите, или я спущу их на вас.

– Они не могут нападать на людей, сивилла, – сказал он, словно прочитав мои мысли. На секунду передо мной мелькнуло бледное лицо и черные сальные волосы. Он не был красив, но его глаза притягивали, завораживали. – Даже ты не сможешь одолеть дюжину магов Черного круга. Отдай нам вампира. Ты нам не нужна.

Его низкий голос, в котором слышатся сильный акцент, действовал странно успокаивающе. Хоть он и был призраком, его энергия продолжала действовать: Распутин пытался повлиять на мой разум, и ему это мало-помалу удавалось. Внезапно я поняла, зачем он сюда пришел. Но мне, мне зачем умирать здесь, за сотни лет и тысячи километров от родных мест? Зачем отдавать свою жизнь за того, кого вижу впервые в жизни и кому было бы лучше умереть, чем столетиями влачить жалкое существование и терпеть адские муки? Наоборот, я поступила бы гуманно, позволив ему умереть. Ему… это Раду? Распутин его убьет, а я… Тут я с силой хлопнула себя по щеке. Черт! Ничего себе призрак – он меня почти одолел!

– Двенадцать магов, говоришь? – сказала я и взглянула на мага, лежавшего у стены. Его шея была согнута так, что было ясно: он уже не встанет. Трое других были заколоты моими кинжалами, которые сейчас висели у меня над головой. – Восемь, Распутин. А теперь спроси своих, кто из них хочет быть следующим.

Он и бровью не повал. Может быть, не хотел со мной ссориться, а может быть, ему было решительно наплевать на тех, кто готов был отдать за него жизнь. В следующее мгновение армия Распутина, превратившись в одно сверкающее облако, ринулась на меня, но едва призраки достигли границы моей защиты, как в бой пошел мой призрачный корпус.

– Осторожнее с женщиной! – успела крикнуть я, когда мимо прокатилась волна привидений всех форм и расцветок.

Взметнулись фонтаны зеленых и белых искр, когда духи Каркассона начали пожирать своих врагов, высасывая их до последней капли. Да, в ту ночь многим вампирам уже не суждено было подняться.

Пока в воздухе бушевали разноцветные сполохи, я склонилась над призрачной фигурой девушки; это была исчезнувшая сивилла. Она была бледна и напугана, но жива. На круглом личике, обрамленном слипшимися светлыми волосами, сияли серые глаза, которые неотрывно смотрели на меня.

– Ничего не бойся, – сказала я, что в данной ситуации звучало несколько нелепо. – Я не дам тебя в обиду. Нам нужно…

Я не успела договорить. Внезапно все призраки замерли, словно окаменели, и в подземелье наступила мертвая тишина. Испуганно оглянувшись, я приготовилась к отражению очередной атаки, как вдруг увидела, что юная сивилла сжимает в руке нож, который находится всего в миллиметре от моей груди. Я с удивлением взглянула на острие. Да она собиралась меня проткнуть! И, судя по наклону ножа, метила в самое сердце. Конечно, я находилась не в своем теле, но как-то неудобно возвращать тело законному владельцу с зияющей в нем дырой. К тому же что могло бы случиться со мной, если бы женщина, в чьем теле я находилась, погибла? Этого даже Билли не знает. Может быть, я и выжила бы, а может быть, и нет, но Раду и Луи Сезару уж точно бы помочь не смогла, и на моей совести осталась бы еще одна смерть.