Исповедь травы - Наталия Мазова

Я узнала это место - я опять ТАМ. Но на этот раз все так завораживает, так напоминает балы в Башне Теней, что я совсем не боюсь. Оказывается, это может быть даже прекрасно - этот танец, такой плавный и изысканный, что уже не обращаешь внимания даже на маски, которыми, как всегда, скрыты лица танцующих. Но у меня нет пары - никто не приглашает меня, и я одна стою у стены черного мрамора, подставив лицо зеленому лучу. Чего я жду? Или... кого?

На секунду музыка смолкает, а потом где-то в вышине над моей головой зарождается серебряный зов трубы, как предвестие, как никогда не слышанная мной свадебная песнь журавлей... Белое сияние озаряет балкон, точнее, галерею над залом, и в нем предстает кто-то, подобный Флетчеру, каким он явился мне в том давнем сне, но я тут же понимаю, что это не он, что это не может быть он... Черный сверкающий наряд, а сверху - белый полупрозрачный плащ, окутывающий высокую стройную фигуру сияющим туманом. И ореол светлых волос, словно нимб вокруг прекрасного лица Нездешнего, похожего на серебряную маску работы древнего безумного художника. Снова голос трубы - и он протягивает руки навстречу белому лучу в приветственном жесте властителя...

И тогда рождается мелодия, тревожная и манящая, еще более магическая, чем даже предыдущая, и под ее звуки он спускается по лестнице в зал, уверенно проходит сквозь толпу танцующих, которые почтительно расступаются перед ним... и останавливается прямо передо мной.

Он смотрит на меня, а я на него. Конечно, его лицо, как и у всех присутствующих, покрыто гримом - бледная серебристая кожа, косые скулы, как два лезвия, до неузнаваемости измененный разрез глаз под косо вскинутыми бровями. А сами глаза - бледнозеленые, как нефрит, и вполне человеческие...

"Позвольте пригласить вас на танец," - негромко звучит его голос, и он опускается передо мною на одно колено.

Разве хоть кто-то сумел бы воспротивиться этому приглашению? Такая честь... Он смотрит выжидающе, улыбка, подобная блику на черных мраморных стенах, скользит по его лицу, обнажая острые зубы. Как во сне, я подаю ему руку. Только один танец, всего один танец с ним, под эту музыку - и можно умереть...

Я чувствую на своем плече тепло его руки, затянутой в серебристую перчатку, его дыхание смешивается с моим, и тонкие бледные губы так пугающе близко...

"Кто ты?" - произношу я, не отрывая взгляда от нефритовых глаз.

"Ты знаешь это лучше меня," - слышу я в ответ. "Иные зовут меня Звездным лордом, другие - Серебряным Лисом, есть и такие, кто именует меня королем темных эльфов. Ты можешь звать меня как угодно - ты, которая всю жизнь мечтала об этом танце, и вот я исполнил эту мечту."

Зал полон, но это не имеет никакого значения. Мы вдвоем он и я в объятиях прекрасной колдовской музыки.

"По вкусу ли тебе МОЙ бал?"

"Зачем спрашивать, Звездный? Ты лучший партнер в танце, какого только можно представить себе."

"Рад слышать это. После того, как ты столько лет искала меня в других, было бы огромным несчастьем не угодить тебе."

Искала... Да, он прав, мой сладостный ночной кошмар. Теперь я ясно вижу, что между ним и Флетчером нет ничего общего - и в то же время что-то в нем неуловимо напоминает и Флетчера, и Ауре, первого из тех, кого я любила, и, естественно, Лугхада, и даже Хозяина...

Снова улыбка-блик. Не сказала бы, что его лицо совершенно бесстрастно, но все же эта спокойная серебряная маска скрывает так много... Странная жутковатая магия.

"Эленд..."

"Что?"

"Просто - Эленд. Видишь, мне вполне под силу произнести твое имя, Дочь Огня. Мне многое под силу. Например, сделать так, чтобы этот танец для тебя никогда не кончался."

Я молчу. Какие бы чары ни плел он вокруг себя, я полностью покорна им. Камни в его ожерелье сверкают, как его глаза.

"Я ведь знаю тебя лучше, чем ты сама - все твои тайные желания, мимолетные мечты на грани яви и сна, то, в чем ты даже себе боишься признаться. Я готов выполнять их все, только люби меня. Тебя уже и так тянет ко мне со страшной силой."

Голова его склоняется мне на плечо, и в ухо мое течет едва уловимый шепот:

"Клянусь, если ты станешь моей, тебе больше не придется жалеть о том, что безумец с огненными волосами мог быть лишь твоим братом. И не придется ощущать себя любовницей владыки, которую он никогда не сделает владычицей. Они называют тебя Королевой - я дам тебе королевство, и для этого тебе надо всего лишь ответить мне "да". Покорись, уступи не мне, но своему желанию!"

Его глаза не то умоляют, не то околдовывают. Я не могу оторваться от них, от едва уловимой игры теней на точеном лице. Я молчу, но он угадывает мои мысли по тому, как трепещу я под его рукой.

"За что мне такая честь, Звездный?" - еле слышно выговариваю я. "Я - это всего лишь я. Я не так уж красива, и по натуре совсем не королева, а бродячая..."

"Как знакомо!" - перебивает он с выражением, которое на другом лице я назвала бы ласковым. "Этот твой вечный страх потерять себя, изменившись, дурные манеры, выставляемые напоказ, всегда растрепанные волосы... Эта оболочка совсем не соответствует тому, что ты есть на самом деле - та, что повелевает Огнем, самой прекрасной, жестокой и неуправляемой стихией. Не бойся себя!"

Его голос снова снижается до вкрадчивого шепота.

"Неужели ты не устала мучиться от вечного своего несоответствия тому запредельному, что открывается твоим глазам в тех, кого ты любишь? Ты, которая способна обжигать при одном лишь взгляде на тебя? Я люблю тебя, и я покажу тебе, какой ты выглядишь в глазах того, кому не безразлична."

На массивной четырехугольной колонне неожиданно появляется большое зеркало, и он подводит меня к нему. То, что предстает мне в его ночных глубинах, описанию просто не поддается... Темно-зеленое, почти черное платье, очень низко вырезанное раньше я никогда не надевала такого, - с двойной юбкой из полупрозрачной вуали и изрезанного зубцами шелка. Пояс, ожерелье, браслеты - все из тяжелого темного золота; темно-рыжие, как у Лугхада, волосы уложены в сложную прическу и увенчаны золотым обручем с рубинами и изумрудами - почти тем самым, королевским, лишь без сапфира во лбу... Только сейчас осознала, что уже давно ощущаю на себе тяжесть всего этого золота - да, с того момента, как Звездный простер руки с балкона и наши взгляды встретились.

"Нравится?" - спрашивает он из-за плеча. Я киваю.

"Будь со мной, и тебе больше никогда не придется думать о нарядах и драгоценных побрякушках - все это будет появляться у тебя по мановению руки. Я знаю, как ты завидуешь тем, кто с легкостью меняет одежду и обличье, двигаясь по Сутям - ты будешь уметь это не хуже их. Смотри!"

В руке его откуда-то появляется черный веер, он закрывает им мое лицо на несколько секунд, и когда убирает - королева осени, смотрящая из зеркала, окончательно перестает быть мной. Теперь на ее лице почти такая же маска, как и у него, тени у глаз положены острыми углами к вискам, губы отливают бледным золотом...