«Книга Великой Ясы», или Скрижали Чингисхана - Александр Викторович Мелехин

государства является устроение почтовых сношений и путей сообщения в государственном масштабе. В этом отношении домонгольская удельно-вечевая Русь находилась на самой низкой ступени развития. Но татары (монголы. — А. М.) ввели Россию в общегосударственную монгольскую сеть почтовых путей, и монгольская система организации почтовых сношений и путей сообщений, основанная на (закрепленной в „Книге Великой Ясы“. — А. М.) общегосударственной ямской повинности (от монгольского слова ям — „почтовая станция“), сохранялась в России еще долго (почти шесть веков. — А. М.) после татарского (монгольского. — А. М.) ига»[1026].

Осуществление Бат-ханом согласно «Книге Великой Ясы» строгого территориально-административного деления русских земель по десятичной системе, как в сельской местности, так и среди оседлого населения, способствовало развитию животноводства и земледелия на Руси, стало основой для налогообложения подвластного населения.

И наконец, за полушутливым обращением Бат-хана к князю Даниилу Галицкому: «Ты уже наш, татарин. Пей наше питье!» угадывается, как писал американский исследователь Джек Уэзерфорд, «форма универсального гражданства, основанного не на религии, как это было среди христиан и мусульман, и не только на биологическом родстве, как это было в традиционных кланах степи. Оно было основано просто на верности, терпимости и преданности». Не это ли было одной из целей, к которой стремились Чингисхан и его преемники, выдвигая и осуществляя доктрину «всемирного единодержавия».

* * *

В то время, когда Бат-хан, «сойдя с коня, правил своей державой», в самой Монголии царила смута: воспользовавшись тем, что Угэдэй-хан официально не объявил наследника, его жена Дургэнэ (Туракина-хатун) стала регентшей; по совету своих мусульманских приближенных она сместила всех прежних советников мужа, а «на их места назначала людей невежественных». Деяния Туракины-хатун вызвали недовольство «степной аристократии».

Поскольку к этому времени «четырех сыновей Чингисхана не стало, старшим над всеми его внуками оказался Бат-хан; в таких условиях у него самого была возможность претендовать на престол Великого хана. Однако это неминуемо привело бы к вооруженному конфликту внутри „золотого рода“ (ему точно противостояли бы роды Угэдэя и Чагатая) и, возможно, даже к развалу Великого Монгольского Улуса.

На это Бат-хан не пошел; в конце концов, сославшись на болезнь, он отправил на Великий хуралтай своих сородичей и вассалов (в частности, Великого князя Ярослава Всеволодовича[1027]), которые участвовали в возведении на престол Гуюга.

После церемонии возведения Гуюга на престол Великого хана скоропостижно скончался великий князь Ярослав Всеволодович.

Если свидетель этого события Джованни дель Плано Карпини обвинил в смерти князя Ярослава мать Гуюг-хана, якобы желавшую „свободнее и окончательнее завладеть его землею“, то современные исследователи, в частности монгольский военный историк X. Шагдар, считают, что католик Плано Карпини намеренно пустил этот слух, дабы опорочить монголов в глазах их вассалов, православных русских[1028].

Так или иначе, в русских летописях это событие не прошло незамеченным; однако отношения Бат-хана и сына-наследника Ярослава Всеволодовича, Александра (Невского. — А. М.), не испортились: после смерти отца он явился к Бат-хану и в соответствии с ясой „Великой Книги Ясы“ „изъявил полную покорность“ и присягнул ему на верность»[1029].

«Однако помимо этого Александру вместе с братом Андреем, — как сообщает Н. М. Карамзин, — долженствовало, подобно (их отцу. — А. М.) Ярославу, ехать в Татарию (Монголию. — А. М.) к Великому хану (Гуюгу. — А. М.)», очевидно, для утверждения своего статуса. «…Великий хан (Гуюг. — А. М.), — продолжает Н. М. Карамзин, — столь был доволен ими, что поручил Невскому всю Южную Россию и Киев, где господствовали чиновники Батыевы. Андрей же сел на престоле Владимирском…»[1030]

Правление Гуюг-хана было недолгим: 24 апреля 1248 г. он скончался. Во время наступившего в Каракоруме нового периода «междуцарствия и смуты» Бат-хан отдал предпочтение сыну Тулуя, Мунху, которого в конце концов и возвели на престол Великого хана на Великом хуралтае.

Бат-хан до конца своей жизни оставался главным советчиком Мунх-хана и главным помощником во всех его начинаниях, благодаря чему они были реализованы. Поэтому неудивительно, что в беседе с христианским миссионером Вильгельмом де Рубруком Мунх-хан сказал: «Как солнце распространяет повсюду лучи свои, так повсюду распространяется владычество мое и Батыя»[1031].

* * *

В столицу Бат-хана, Орду[1032], как пишет Джувейни, «Государи соседние, властители [разных] стран света и другие [лица] приходили к нему на поклон… Торговцы с [разных] сторон привозили ему различные товары; все это, что бы оно ни было, он брал и за каждую вещь давал цену, в несколько раз превышавшую ее стоимость. Султанам Рума, Сирии и других стран он жаловал льготные грамоты и ярлыки, и всякий, кто являлся к нему, не возвращался без достижения своей цели»[1033].

Уточним, что «льготные грамоты и ярлыки» получали лишь те правители вассальных княжеств, в том числе русских, кто изъявлял полную покорность Бат-хану; кто на своей удельной территории обеспечивал выплату дани, выполнение различных повинностей (воинской, ямской и т. д.), соблюдал имперские законы из «Книги Великой Ясы», с уважением относился к обычаям и традициям монголов, в том числе религиозным и бытовым. В противном случае все заканчивалось весьма трагично.

Подтверждение тому, к чему приводил отказ следовать традициям и законам из «Книги Великой Ясы» монголов, предоставил Плано Карпини в своих записках: «Отсюда недавно случилось, что Михаила (князя Черниговского. — А. М.), который был одним из великих князей Русских, когда он отправился на поклон к Бат-хану, они (приближенные Бат-хана приказали провести обряд очищения огнем. — А. М.) заставили раньше пройти между двух огней; после они сказали ему, чтобы он поклонился на полдень Чингисхану (очевидно, статуе или портрету Чингисхана. — А. М.).

Тот ответил, что охотно поклонится Бат-хану и даже его рабам, но не поклонится изображению мертвого человека, так как христианам этого делать не подобает. И после неоднократного указания ему поклониться и его нежелания… Бат-хан послал одного телохранителя, который бил его пяткой в живот против сердца так долго, пока тот не скончался…

Случилось также в недавнюю бытность нашу в их земле, что Андрей, князь Чернигова, который находится в Руссии, был обвинен пред Бат-ханом в том, что уводил лошадей татар (монголов. — А. М.) из земли и продавал их в другое место; и хотя этого не было доказано, он все-таки был убит (Именно так согласно „Книге Великой Ясы“ у монголов каралось конокрадство[1034]. — А. М.) Услышав это, младший брат его прибыл с женою убитого к… Бат-хану с намерением упросить его не отнимать у них земли.

Бат-хан сказал отроку, чтобы он взял себе в жены жену вышеупомянутого родного брата своего, а женщине приказал взять его в мужья согласно узаконенному в „Книге Великой Ясы“ обычаю татар (левирату. — А. М.).

Тот отрок сказал в ответ, что лучше желает быть убитым, чем поступить