Жестокие игры в академии драконов. Часть 1 - Анна Алексеева, Деймон Краш

Глава 17

Линаэль

— Будет немного больно, – заметил лесной дракон с убранными в высокий пучок каштановыми волосами, которые блестели в свете яркой лампы, направленной на кушетку. – Я буду стараться контролировать твои ощущения, но иногда могу вовремя не заметить. Если почувствуешь боль, просто постучи по кушетке.

Он заправил рукава, обнажая покрытые татуировками сильные руки. Ребята, которые привели меня сюда, остались в коридоре, ожидая завершения процедуры.

— Хорошо, – ответила я и, смущённо повернувшись к нему спиной, стала расстёгивать пуговицы на рубашке. Аккуратно повесила её на стул, потом сняла лиф и подсунула его туда же на спинку стула, но старательно спрятав под рубашку.

— Уверена в своём выборе? – уточнил он. – Ледяные крылья и алые розы?

— Да, – подтвердила я. – Меня недавно приняли в клан Варгас. Я хочу запомнить этот день.

— О, – протянул мастер. – Что ж, тогда поздравляю. Можешь ложиться.

Я послушно легла на кушетку, старательно закрывая руками грудь, слишком пышную, чтобы не стесняться её. Дракон, впрочем, не обратил на это ни малейшего внимания. Он спокойно занимался своими делами, перебирая какие-то инструменты, назначение которых оставалось для меня загадкой. А потом, когда я устроилась на кушетке, положил на область лопаток что-то охлаждающее.

Странно, но мне не было страшно. Скорее наоборот, в этом всём будто было что-то… правильное. Словно так и должно быть. Будто к этому я шла всю жизнь – и вот, наконец, пришла.

— Расслабься. Будет красиво, – пообещал мне он. – Если позволишь, я немного проникну в твои мысли и рассмотрю рисунок подробнее, чтобы наверняка изобразить именно то, что ты хочешь.

— Хорошо, – тихо согласилась я.

И почти сразу почувствовала, словно в голове стало просторнее. Мысли отошли на второй план, тело расслабилось и растеклось, позволяя незнакомому дракону делать со мной всё, что угодно. Но он был деликатен. Его прикосновения еле ощущались, боли никакой не было, а перед глазами метались какие-то странные образы. В какой-то момент мысли эти вынесли меня потоком в спальню Райнера, из которой я отчаянно сбежала через окно. И зачем? Что я хотела ему показать? Что со мной нельзя так? Что я не зверушка, которую можно было запереть в комнате? Разве нельзя было поговорить об этом лицом к лицу?

Как ребёнок, в самом деле…

— Прошу прощения, что вмешиваюсь, – проговорил мастер в какой-то момент. – Просто вы так громко думаете, что я при всём желании не могу не слышать, когда посматриваю на рисунок.

— О чём вы? – не поняла я.

— Тот дракон, образ которого возникает у вас в голове. Я ведь Лоран и немного понимаю в этом деле. Мне кажется, он не пытался ограничить вашу свободу.

Я почувствовала, как кровь приливает к щекам, несмотря на то, что тело всё ещё было полностью расслаблено.

— Мне, конечно, неизвестно, что именно у вас там произошло, – продолжил мастер, не переставая работать с моей спиной, – однако ваши воспоминания немного передают его эмоциональный фон. И там был страх.

— Какой там мог быть страх, – вздохнула я, с трудом веря во всё это. – Он запер меня в комнате только для того, чтобы я не общалась с драконом, который ему почему-то пришёлся не по душе.

— Не поэтому, – возразил мастер. – Если бы вы спросили моего совета, то я бы рекомендовал расспросить его о причинах того поступка. Хотя дело ваше. Простите, что вмешиваюсь. Мне показалось, что вам было бы важно это знать. По какой-то причине он сильно испугался за вас.

— Почему вы думаете, что так оно и есть? Вас ведь там не было.

— Это трудно объяснить, если вы сами не владеете ментальной магией. Я – эмпат. Помимо того, что принадлежу клану Лоран, считывание эмоций, можно сказать, мой талант. Моя суперсила. И, ко всему прочему, я вижу, что вы тоскуете о нём. И жалеете о том, что у вас конфликт.

— Спасибо, – тихо ответила я. – Я учту ваше мнение.

Он замолчал, а я погрузилась в свои ощущения. Может, он и прав. Быть может, в действиях Райнера было больше, чем я смогла увидеть. Но дело уже сделано, и отмотать события назад мне не по силам. Всё, что можно сделать – это как можно быстрее вернуться, извиниться перед ним за побег и нарушение правил академии и постараться понять, что его так взволновало.

Если, конечно, он сам захочет со мной после этого иметь какое-то дело. В конце концов, он спас меня от гончих, добился моего зачисления и принятия в клан, заботился обо мне эти дни – и чем я ему отплатила?

Не захотела даже попытаться понять.

Дура.

— Не стоит так сильно винить себя, – тихо проговорил мастер. – Это помешает вам мыслить здраво, да и тело становится зажатым, отчего рисунок может получиться не очень правильным. Я могу избавить вас от этого волнения.

— Не нужно, – выдохнула я. – Если я не буду чувствовать вины, то не смогу поступить правильно.

— Любой ваш поступок правильный. К чему бы он ни привёл, он либо позволит вам сделать шаг вперёд, либо научиться чему-либо.

На этом наш душевный разговор был окончен, и до конца процедуры он молчал. Потом, наконец, накрыл спину чем-то влажным и холодным. Встал и принялся убирать инструменты.

— Всё готово. Желаете пригласить друзей, чтобы они могли взглянуть?

— Да, пожалуйста, – ответила я. Не то чтобы мне так хотелось хвастаться: скорее убедиться в том, что всё это не было ошибкой.

Через пару минут в комнату вошли Тео и его товарищи. Мастер снял с меня прохладное полотенце и отошёл в сторону. Я встала, перекрещенными руками закрывая грудь. Повернулась ко всем спиной. Тео подошёл ближе, он аккуратно убрал опавшие на спину волосы, перекинув их через плечо и заставив меня ощутить прикосновение тёплых рук на чувствительной коже. Мурашки пробежали по телу.

— Это… обалдеть, – выдохнул Тео. – Даже жалко…

— Чего жалко? – обернулась я.

— Э-э… жалко, что я не девушка, а то набил бы такие же. Правда, очень эффетно. Отличный выбор.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍