Разрушитель Оков - Guiltythree

зале. Может быть, именно поэтому они превратились в мстительных привидений?

...Возможно. А может быть, мечи были просто украдены или уничтожены в какой-то момент времени. В конце концов, он не видел и остальной части кладбища в будущем.

Тогда... какая же связь между Кошмарами и Царством Снов?

Раньше Санни был уверен, что Кошмары — это просто воссоздание прошлого. Однако теперь он не был так уверен. В конце концов, Храм Чаши был разрушен точно так же, как и в будущем. Это означало, что... он всегда был тем, кто его разрушил?

Семя Кошмара было порталом в реальное прошлое?

Санни нахмурился, затем покачал головой.

Нет, это не имело никакого смысла. Если бы это было правдой, то слишком много вещей менялось бы в мире бодрствования каждый раз, когда Пробужденный побеждал свой Кошмар. Связь было слишком легко обнаружить... достаточно было пойти и высечь свое имя на одном из менгиров Святилища, а затем проверить, действительно ли оно появилось за пределами Семени.

Люди не были дураками... они бы уже знали. Кошмары почти наверняка были просто воссозданием прошлого Царства Снов, а не реальностью.

Однако совпадение того, каким оказался Храм Чаши, было слишком очевидным, чтобы быть незамеченным. По логике вещей, появление Пробужденных из Мира Бодрствования должно было полностью изменить ход событий, произошедших в прошлом. Но этого не произошло... по крайней мере, пока.

Он мог придумать два объяснения этому, одно из которых было гораздо менее пугающим, чем другое.

Первое объяснение состояло в том, что это была простая случайность, когда его знание будущего повлияло на его действия в прошлом. Санни подумал об уничтожении чаши, потому что он уже видел, как она была уничтожена в будущем, и таким образом, цикл был завершен без каких-либо зловещих причин. Просто благодаря логической связи.

Второе объяснение... было гораздо более тревожным, по крайней мере, для Санни. Он знал о судьбе больше, чем большинство людей. Он знал, как трудно ее изменить, не говоря уже о том, чтобы полностью вырваться из ее удушающих объятий. Итак, что... что, если судьба притягивала все сущее, имела влияние на всё бытие и толкала всё и вся в определенном направлении?

К определенному выводу.

Если так, то детали произошедшего могли бы измениться, но конец неизбежно и неотвратимо был бы одним и тем же. Эта... эта мысль ужасала Санни до невозможности.

Ведь он провозгласил судьбу своим заклятым врагом. И теперь этот враг казался еще более страшным, чем когда-либо.

...С мрачным выражением лица он еще раз взглянул на Эффи, затем поднялся с земли и подошел к груде оружия, поднял одно из них и воткнул в землю.

Девочка тяжело дышала, ее маленькое тело, казалось, было на грани обморока. Тем не менее, она посмотрела на Санни с упрямым выражением лица:

— Что ты делаешь?

Санни поднял другой меч и пожал плечами.

— ...Помогаю. Ты, должно быть, голодна? Чем быстрее мы закончим с этим, тем быстрее ты сможешь поесть. Все в выигрыше, не так ли?

Эффи немного поколебалась, потом отвернулась и медленно кивнула. Вместе они продолжили втыкать мечи Дев в каменистую почву, и вскоре к ним присоединился Кай.

Вскоре груда оружия исчезла, присоединившись к бесчисленным мечам, окружавшим пустой, безмолвный храм.

Санни не знал, сможет ли то, что они сделали, хоть немного изменить судьбу.

Но он очень на это надеялся.

***

На следующее утро обитатели Святилища увидели очень необычную вещь. Человек в деревянной маске и с кожей, напоминающей древесную кору, легко приземлился на мягкую траву острова, его высокую фигуру прикрывало облегающее шелковое одеяние.

Мгновение спустя из-под острова поднялся четырехрукий демон и присоединился к нему. Однако это было еще не все...

На плечах демона сидела худенькая девочка лет одиннадцати-двенадцати, держась маленькими ручонками за его рога и дико болтая худыми ножками.

— Но! Быстрее!

Слушая смех Эффи, Санни стиснул зубы, а затем с раздражением сказал:

— Ты можешь... перестать размахивать ногами? Я не лошадь, черт возьми!

Охотница не слушала, поэтому он схватил ее ноги двумя из своих четырех рук и удерживал их на месте.

...Что было нелегко сделать, учитывая чудовищную силу маленькой девочки.

— Ай! Мои синяки!

Эффи сделала жалобное лицо и захныкала.

— О, нет... пожалуйста, не делайте мне больно, дядя Демон! Я буду хорошей, обещаю! Я постараюсь быстрее оправиться от побоев... вам не нужно сердиться...

Когда люди с мрачными выражениями уставились на ужасно покрытое синяками тело девочки, а затем сердито посмотрели на Санни, он зашипел:

— Я не... она не... прекрати сейчас же, Эффи! Это не смешно!

Маленькая девочка откинула голову назад и снова засмеялась, затем наклонилась с озорной улыбкой:

— Да, конечно! Как скажете, дядя!

После этого она посмотрела на высокие менгиры Святилища и задержалась на несколько мгновений, а затем тихо прошептала ему на ухо:

— ...Итак, позволь мне прояснить ситуацию. Всех в этом Кошмаре свел с ума Демон Желания, и чтобы победить его, нам нужно освободить ее... с помощью безумного трансцендентного колдуна, который хочет бросить вызов богам, начать войну против остальных четырех Лордов Цепи и убить их. И именно этот парень, Ноктис, послал вас в Храм Чаши. Именно к нему мы пришли?

Санни посмотрел вперед с мрачным выражением на своем зверином лице, а затем прорычал:

— Более или менее. Нам нужно обсудить с ним пару вещей...

Он сделал паузу на мгновение, прежде чем добавить, убийственное пламя разгорелось в его глазах:

— ...потому что я уверен, что Ноктис, этот гнилой ублюдок, снова надул меня!

Глава 678: Ветер Перемен

Они втроем вошли в Святилище, пересекли прекрасный сад и вошли в резиденцию колдуна через знакомую деревянную дверь, причем Эффи все еще сидела на плечах Санни с любопытством на детском личике.

Однако комнаты внутри изменились с тех пор, как Санни видел их в последний раз.

Роскошная мебель исчезла, как и красивые украшения, покрывавшие стены. Вместо этого все, что их встретило, был голый камень, на котором лежало несколько сломанных Кукл Матросов, их конечности были разобраны и разложены вокруг тел, как жуткие произведения искусства.

Пол всей центральной комнаты покрывал круг, составленный из мириад рун, мощные потоки сущности души текли через него и рассеивались в древних камнях. Ноктис сидел в центре круга, его глаза были закрыты. Без привычной беззаботной улыбки его красивое лицо казалось зловещим и странно пугающим.

Услышав их шаги, колдун медленно выдохнул. Сокрушительный поток сущности медленно истончился, а затем рассеялся, возвращаясь обратно в его тело. Он слегка повернул голову и открыл глаза, которые на мгновение засияли в темноте,