Играть чтобы угорать - Сергей Уклеин

однако у этих рыцарей чекушки были между собой довольно гармоничная система коммуникаций. Была своя иерархия, законы, которые на их языке назывались на тюремный манер — понятиями, но сильно отличались в рамках ретрозон, да и отдельно взятых дворов. Но некоторые концепции были общими для всех, например, со мной не поздоровались, а значит сейчас будет «наезд».

— Чужачок! Слезай со своей жердочки! — крикнул самый мелкий из их компании. Похожий на 14-летнего школьника какой-то юношеской угловатостью субъект неопределенного возраста, куривший дешевую сигарету. Стоящие рядом немного отодвинулись, обозначая, что они хоть и вместе, но с позицией союзника не согласны. Ну или пока не согласны.

А вот такое прощать нельзя! По их понятиям он косвенно обозначил меня как человека с которым вряд-ли стоит здороваться. Открываю окно статов: мой авторитет в ретрозоне пока такой же, но уже мигает. Если не отвечу, то он просядет на 30 пунктов и мои скидки в магазинах упадут. С «пацана» упаду до «фраера», её можно было поднимать за донат или вкинуть криптосиков, чтобы «случайно» вышел участковый. Но заработанные деньги на такое тратить вообще не хотелось, махаться тоже, но надо сначала выслушать. Опа, два знакомых лица, они не станут до меня докапываться, а значит всё дело в третьем. Я расслабил мыщцы рук, гравитация сразу меня дернула вниз, по инерции тело качнуло сначало назад, а потом вперед и я практически достал носком кроссовка до лица мелкого чмыря. Его статус сразу просел на три единицы. В ретрозоне трудно подняться, а вот упасть — запросто. Заводила испуганно попятился, земля мягко спружинила под моими ногами когда я спрыгнул с турника.

— Слушается! — он зачем-то согнул пальцы и по татухам на них стало видно, что это «Толя» — У братвы к тебе претензии, слышь?

Мне стало окончательно понятно, что это турист, а те двое местные, я их знал. Васька и Эрнест. Толстый был неплохим драчуном, но сам первый обычно не лез, а габариты отпугивали от него всякую мелочь. Эрнест — среднего роста, худой мужчина за сорок. Чтобы жить в ретрозоне надо было в 10 процентах «движух» участовать. Мелкий выполнял свой пятый или шестой квест, называется «спросить с терпилы». Чтобы стать старшим в троице надо было на кого-то наехать и стрясти денег по заданию старшего во дворе, чтобы заслужить временную татуировку «ауе». Будет хвалиться на кофебрейках рядом с кулером. В корпорациях часто отправляли своих сотрудников в ретрозоны на стажировку и доплачивали за полученный статус. По многочисленным исследованиям молча их рассматривал, думая как мне поступить в текущей ситуации.

— Ты чо оглох?! Терпилоид! — сам сделал свой выбор мелкий и попытался толкнуть меня в грудь. Я видел как облегченно выдохнул толстый Васька, теперь не надо было за этого дурачка вписываться. Драться со мной он не хотел, у нас нормальные в принципе отношения, уже лет 10-ть как, а второй вообще не боец. Эрнест сдает квартиру в центре и любит читать бумажные книги, которые в огромных количествах есть только в ретрозонах, вот он тут и трется. По их «понятиям» за тех, кто «косякнул» (совершил неправильный поступок) можно было не заступаться, даже если вы в одной шайке. Если до этого, даже после первого наезда, они были должны на меня напасть в случае моей агрессии. А теперь… От мощного леща мелкий сел на задницу и схватился за щеку, ошалело посмотрел на меня и попытался подняться. Но весьма удачный второй лещ окончательно похоронил его надежды принять вертикальное положение и мелкий от греха остался сидеть. Эрнест отвернулся, толстый встал между нами и примирительно поднял руки:

— Хорош, хорош. Он понял всё. Ты же понял всё, Санёк?

— Ага! — испуганно сжался в комок мелкий — Базара ноль…

— Что ты сказал?! — заорал на него я, сделал дурное лицо и вид, что ударю ногой.

— Ааа!! Извини! — заголосил мелкий гопник, инстинкты клерка прорвались наружу.

— Пацаны не извиняются, фраерок! — тут же отреагировал Васька, плюнул на землю и начал уходить. Эрнест просто иронично хмыкнул и тоже поспешил вслед за толстым.

— Такие дела! — развел руками я — Ты в следующий раз начни у самогонщинка квесты бери проходить, там проще будет до пацана подняться.

— Фарту масти… — держась за щеку, начал бормотать мелкий.

— Прекращай, они ушли — посоветовал ему я — Надо выходить, переделывать вводные и заново начинать, авторитет у тебя сильно просел. Два леща при местных это конец. Ты сам виноват, нарвался бы на кого посерьезнее…

— Порешу — неуверенно проблеял несостоявшийся старшой и полез куда-то за пазуху, потом вздохнул и сокрушенно пожал плечами — Меня премии лишат теперь, а я в отпуск хотел.

Я собрался уже идти по своим делам, но мне вдруг стало жалко парнишку. Воображение сразу нарисовало картину как он приходит на первую планерку корпорации, а там развешивают результаты стажировки в ретрозоне. Его статус после двух лещей потерял 50 пунктов и был сейчас минус 24. А это или «районный Чепушила», а то и «Чушпанзе», с таким даже на кофе-брейк западло ходить. А ему же наверняка нравится кто-то из молоденьких стажерок, а теперь полгода бегать с мелкими поручениями и из клиентов только микропредприятия. Старый становлюсь видимо, сентиментальный. Всё-таки я явился, хоть и косвенно, причиной провала первой «ходки». Я сел перед ним на корточки, щелкнул пальцем, чтобы привлечь внимание:

— Смотри, тебя когда в банду приняли и за пацана подписали, то тебе местные должны информацию сливать. Ты же свой. Смотрящий дает разные задания, с меня спросить ты же не выбирал, а просто с ходу решил? — я протянул ему упавшую кепку, он взял её и

— Ну да… — на меня сейчас смотрел уже уставший и помятый офисный работяга, а не часть братвы.

— Ты мог у своих спросить кто я и есть-ли смысл на меня быковать. Сколько осталось тебе тут?

— Неделя примерно… Плюс-минус — ответил мелкий и воспользовался моей протянутой чтобы встать.

— Смотри, для быстрого прохождения стратегия: перерегистрируешься заново, усы сбреешь, кепку выкинешь, новый «Абидас» костюм возьми на стартовые и кеды. К смотрящему сразу не суйся, а то в шестерках пробегаешь лишних три дня. Иди в четвертому подъезду вооон того дома — я показал рукой на соседнюю хрущевку — Поздороваешься с мужиками на лавках, погоняло скажешь «Малой», «Крученый» или «Четкий», в общем мейнстримное какое-то. Начнешь с этих подъездных алкашей, пивка им купишь, это пять пунктов репутации. Подожди пару часиков, вечером туда приходит Зяма, это алкаш с соседнего двора. Он им не нравится, но