Рука Хаоса - Маргарет Уэйс

«Как мне спасти Джарре? Ведь должен же быть способ… Угонять корабль слишком долго. Когда я доберусь до нее, она будет уже мертва…» Эпло мерил шагами маленькую комнату. Поглощенный своими мыслями, он совсем забыл об Иридаль и вздрогнул, когда она заговорила. Он испугался еще больше, когда понял, что она отвечает на его мысли.

– Насколько я помню, вы обладаете замечательными магическими способностями, – сказала Иридаль. – С помощью магии вы унесли моего сына из разрушенного замка. Думаю, и в этом случае вы можете сделать что-нибудь подобное. Почему бы вам не положиться на свои собственные силы и не перенестись с помощью вашей магии туда, куда вам угодно?

– Я мог бы это сделать, – ответил Эпло, поворачиваясь к ней, – если бы я знал точное положение нужного мне места, если бы это было где-нибудь в знакомом мне месте, где я бывал раньше. Это трудно объяснить, но я бы мог вызвать вероятность того, что я там, а не здесь. Я мог бы отправиться на Древлин, поскольку я там бывал. Я мог бы перенести нас обоих в Имперанон. Но я не могу перенестись на незнакомый драккор, который находится где-то между Аристагоном и Древлином. И я не могу перенести вас к вашему сыну, если вы на это надеетесь, госпожа.

Иридаль холодно посмотрела на него.

– Тогда, видимо, нам придется положиться на этих эльфов. У вас открылась рана на голове. Она снова кровоточит. Если вы, патрины, действительно умеете исцелять себя, то лучше бы вы это сделали.

Эпло пришлось признать, что она права. Он измучился, а ничего так и не сделал. Сев в кресло, Эпло положил руки на израненную часть головы и установил круг своего бытия, чтобы тепло его магии заполнило трещину в кости, изгнало память о терзающих плоть когтях, о рвущих тело клювах…

Он погружался в целительный сон, когда его пробудил чей-то голос.

Иридаль стояла, глядя на патрина в священном ужасе. Растерявшись, Эпло не мог понять, что ее встревожило. Затем, посмотрев на свою кожу, он увидел только-только начавшее угасать голубое сияние рун. Он совсем забыл. Менши этого мира не были привычны к такому.

– Так вы все-таки бог! – потрясенно прошептала Иридаль.

– Обычно я так и думал, – сухо ответил Эпло, поглаживая голову. На ощупь она казалась целой, без повреждений. – Но теперь уже не думаю. Во вселенной существуют силы больше моей и больше силы моего народа.

– Не понимаю… – прошептала Иридаль.

– В этом-то все и дело, – пожал плечами Эпло. Она задумчиво смотрела на него.

– Вы изменились. Когда вы появились впервые, в вас была уверенность, вы держали все в своих руках.

– Я так думал. С тех пор я много что узнал.

– Теперь вы больше похожи на нас, «меншей», – Альфред, кажется, говорил, что вы нас так называете. Вы кажетесь… – Она замялась.

– Испуганным? – мрачно спросил Эпло.

– Да, – сказала она. – Испуганным.

Маленькая дверца открылась. С поклоном вошел Кенкари.

– Все готово. Вы можете войти в Дом Птиц. – Он показал рукой на сад. Эпло готов было уже раздраженно заявить, что у него нет времени распивать на лужайке чаи с пирожными, но тут он мельком глянул на Иридаль. Она с каким-то ужасом посмотрела на пышную листву и попятилась прочь.

– Мы должны войти туда, внутрь? – спросила она.

– Да, – ответил Кенкари. – Они понимают. Они хотят помочь. Они рады вам.

– Кто? – спросил у Кенкари Эпло. – Кто понимает? Кто собирается нам помочь?

– Мертвые, – ответил Блюститель Душ.

Эпло вспомнил второй из миров, которые ему довелось посетить, – Приан. Его роскошные деревья вполне могли быть вырыты и пересажены под этот хрустальный купол. Затем он увидел, что растительность тут была посажена так, чтобы сад казался диким. На самом деле он был тщательно ухожен и с любовью выпестован.

Он был изумлен величиной купола. Сквозь окно молельни Дом Птиц не казался таким большим. В самой широкой его части мог бы уместиться драккор – нет, целых два драккора могли бы пролететь здесь бок о бок. Но что удивило Эпло еще больше, когда он сумел об этом поразмыслить, так это зелень. Деревья, папоротники, растения там были такие, какие не росли в засушливом Срединном Царстве.

– Почему, – оглядываясь по сторонам, спросила Иридаль, – почему эти деревья такие же, как в Верхнем Царстве? Или, вернее, какие были в Верхнем Царстве. – Она коснулась мягкого, похожего на перо папоротника. – Теперь там ничего такого не растет. Все давным-давно погибло.

– Не все. Эти – из Верхнего Царства, – сказал Блюститель Душ. – Наш народ привез их в это Царство очень-очень давно, когда мы покинули Верхнее Царство. Некоторые из деревьев настолько стары, что рядом с ними я чувствую себя юнцом. А папоротники…

– Да пошли они, эти папоротники! Хватит об этом, что бы оно ни было, – нетерпеливо сказал Эпло. Он начинал чувствовать себя неуютно. В первый момент Дом Птиц показался ему мирным и спокойным приютом. Теперь он ощущал гнев, беспокойство и страх. Горячий ветер касался его щек, развевал его одежды. Кожу саднило, по ней ползли мурашки, как будто его слегка задевали горячие крылья.

Это были души мертвых, заключенные здесь, как птицы в клетке.

«Ладно, я насмотрелся странных вещей, – напомнил себе Эпло. – Я видел и ходячих мертвецов. Надо дать этим меншам случай доказать свою полезность, а затем взять дело в свои руки».

Кенкари подняли глаза к небу и начали молиться.

– Кренка-Анрис, взываем к тебе, – сказал Блюститель Душ. – Святая Жрица, первой познавшая чудо сей магии, услышь наши молитвы и подай нам совет. Так взываем мы:

Кренка-Анрис, Святая Жрица, Трех сыновей!

Возлюбленных Ты послала на битву.

Три ладанки, Три шкатулки волшебные Повесила им на шею.

Дракон Кришах огнедышащий, Ядом пышущий, Убил сыновей Твоих Возлюбленных.

Отлетели их души.

Открылись шкатулки, И души уловлены были.

И воззвали они к Тебе голосами немыми.

Кренка-Анрис, Святая Жрица, Подай же совет нам В час испытанья.

Злобная сила, Нечистая, черная, В мир наш проникла По нашему зову.

Мы ее призвали, Ее породили Страхом и ненавистью Своими.

Ныне же кара На нас обрушилась.

Ныне зло Низвергнуть должны мы.

Слабы мы.

Подай же нам помощь, Кренка-Анрис, Святая Жрица, К Тебе взываем!

Горячие ветры задули сильнее, яростнее, перерастая в бурю. Деревья раскачивались и стонали, словно пели погребальную песнь, листья возбужденно шелестели. Эпло показалось, что он слышит голоса, тысячи безмолвных голосов, присоединяющих свои мольбы к молитве Кенкари. Голоса поднимались ввысь, к куполу Дома Птиц, выше деревьев, выше зелени. Иридаль, ловя воздух ртом, стиснула руки. Она подняла голову, устремив взгляд на купол Дома Птиц.

– Смотрите! – выдохнула она.

Странные облака, порожденные какофонией шепота, начали обретать форму, срастаться. Они стали принимать форму и обличье дракона.

Ничего себе магия! Эпло был несколько ошарашен, хотя и подумывал раздраженно, как менши представляют себе, чтобы облако в виде дракона кому-нибудь помогло. Он опять готов был задать вопрос, вмешаться, когда руны на его коже предупреждающе засветились.

– Дракон Кришах, – сказал Блюститель Душ.

– Пришел спасти нас, – сказала Книжница.

– Благословенна Кренка-Анрис, – сказал Привратник.

– Но он же не настоящий! – запротестовал Эпло, прежде всего стараясь убедить в этом самого себя. Руны на коже патрина светились голубым, готовясь защитить его.

И тут Эпло увидел, что дракон настоящий.

Бесплотный дракон, сотворенный из облаков и теней, обрел жуткую плоть. Она была бледной, полупрозрачно-белой, как давно остывшее мертвое тело. Сквозь тонкую, свободно свисавшую с костей кожу, просвечивал драконий скелет. Глазницы были пусты и темны, только временами они то ярко вспыхивали, то угасали и затем разгорались вновь, как тлеющие угли.

Призрачный дракон кружил, паря во вздохах мертвых. Затем он внезапно резко пошел вниз.

Эпло инстинктивно пригнулся и соединил руки, чтобы привести в действие рунную магию.

Блюститель Душ обернулся и посмотрел на него огромными темными глазами.

– Кришах не причинит вам зла. Его следует бояться только вашим врагам.

– И вы думаете, что я в это поверю?

– Кренка-Анрис вняла нашим мольбам и предлагает свою помощь вам в час беды.

Призрачный дракон опустился на землю рядом с ними. Он не замер, а все время шевелился – поднимал крылья, бил хвостом. Костистый череп, покрытый холодной мертвой плотью, постоянно поворачивался, и его пустые впалые глазницы видели все.

– И я должен лететь… на этом… – сказал Эпло.

– Это ловушка, вы хотите заманить меня в нее и погубить! – Губы Иридаль были пепельно-серыми и дрожали. – Вы, эльфы, – мои враги!

Кенкари кивнул.

– Да, ваше магичество. Вы правы. Но когда-то где-то кто-то должен поверить своему врагу настолько, чтобы протянуть ему руку, даже если он думает, что ее оторвут.

Блюститель Душ опустил руку в объемный рукав своих одежд и извлек оттуда маленькую, тоненькую, неопределенного вида книжицу.