Волки охотятся вместе - Виктор Дмитриевич Елисеев

Под канонадой выстрелов и взрывов на противоположной улице группа двигалась в быстром темпе: за молодым бежали Маруф и Воронин, следом — Денисов под контролем Трощановича, Косухин замыкал. И уже на подходе к спасительной арке прозвучал четкий выстрел, отчего Наджи на бегу дернулся и упал. Над головами остальных засвистели пули.

— Б…ть! — лишь шикнул Док.

Маруф по инерции пробежал мимо упавшего товарища, а майор, успев скорректировать траекторию, в подкате уселся около стонущего ливийца. Андрей мгновенно оттолкнул Денисова за фонтан, отчего связной упал прямиком на каменное покрытие. А Поляк подсел за каменную стенку, приготовившись помогать огнем. Миша еще при первых выстрелах развернулся и дал длинную очередь в сторону стрелков. Двое замертво упали, один скрылся за угол. Получилось отвоевать паузу, в которой Маруф вернулся к Юре и Наджи, сообщая о раненом в эфир.

— Можешь идти?! — спросил Юра, поднимая его и перекидывая руку парнишки через свою шею.

— Могу… доковыляю… — рычал от боли Наджи, а Маруф подхватил его вторую руку.

— Не стоим на месте! — закричал «волкам» майор. — Группа — танцуем!

Трощанович с размаха ткнул капитана под ребра пистолетом:

— Подъем, сука! Иначе я тебя сам нашпигую!

Косухин сменил отстрелянный магазин на новый. Лейтенант полностью отвлек внимание на себя, предоставляя возможность Маруфу и Доку покинуть красную зону. Оперативники скрылись в арке, где у самого выхода стоял черный фургон. С их появлением боковая дверь распахнулась, и оттуда выскочил мужчина с ПП и натянутой на лицо маской. Майор, не отпуская руку Наджи, хотел было уже поднять Glock, как седой оперативник замахал свободной рукой:

— Док! Это свои! Это наш транспорт!

— Вовремя сказал… — процедил «волк», опустив пистолет.

Прикрытие помогло погрузить раненого в фургон, после чего Воронин развернулся лицом к проходу. Поляк пинками гнал Денисова, безостановочно матерясь. Вот и они скрылись внутри. А Косухин уже выбегал из арки.

— А-а-а-а-а-а!!! — верещал он. — Их там как муравьев в разоренном муравейнике! Валим!

Док еле успел отскочить в сторону, когда Миша на полной скорости чуть ли не рыбкой запрыгнул в фургон, снеся замешкавшегося Денисова. Майор, встав на порожек, постучал по корпусу и громко крикнул «Поехали!», водитель сразу вдавил педаль газа, и они понеслись прочь. Юра остался стоять, держась за специальную ручку: он видел, как преследователи высыпались кучкой на дорогу, суетливо развернувшись вслед транспорту. У одного в руках была пусковая установка. Но транспорт с пыльным шлейфом уже скрылся за поворотом, а Док залез в салон и закрыл дверь.

Ливийское солнце постепенно разошлось: если у побережья было легко и свежо, то в самом городе все начинало раскаляться. Легкая одежда, предназначенная для работы в таких условиях, уже не справлялась со своей задачей. Но для морских пехотинцев капрала Дэвида Джексона и рядового первого класса Честера Бартена такая погода считалась поводом получить легкий загар.

В шесть часов утра они заступили на дежурство на КПП посольства США в г. Триполи, распределившись обычным образом — Бартен у будки на территории посольства, а Джексон — у самых ворот, следя за обстановкой на улице. Ситуация в городе постепенно накалялась, особенно после нападения на посольство неделю назад: группа неизвестных попыталась высказать негодование и потребовать вывода американцев с территории Ливии, но что-то пошло не так. В напоминание того инцидента остались следы пуль в стене вокруг здания дипмиссии и большой закопченый участок сбоку от ворот после неудачного подрыва машины.

От местных всегда можно ожидать чего угодно, в особенности когда ты американец и находишься в Северной Африке.

В этот день записи на прием к консулу не было, поэтому ворота были чуть прикрыты, чтобы можно было пройти в экипировке. Окинув полупустую улицу оценивающим взглядом, Джексон провел рукой по правому карману на плече формы, где была припасена пачка сигарет. На посту курение было запрещено, и капрал цыкнул себе под нос, поправляя М4А1 на плече, и спиной сделал шаг назад к воротам посольства. Взгляд то и дело прыгал с прохожего на прохожего, оценивая его поведение и вероятность агрессивных действий, в то время как к машинам было меньше претензий — они плавно проезжали мимо с большим интервалом. Казалось бы, никому нет дела до людишек с другого континента, но нужно быть всегда готовым к нападению, особенно тут.