Мелодия бесконечности. Книга первая (СИ) - Екатерина Голинченко

 - Возьми дыхание моё, - и не было сейчас во всём мире счастливее мужчины, чем он.

 А дальше - они уже не помнили себя, не помнили, как сбросили стесняющие одежды... От неё пахло ванилью и корицей, а на губах остался привкус шоколада и сахарной пудры - и не было для него в мире ничего более пьянящего, чем этот аромат её, и ничего более сладкого, чем этот вкус её губ, и он сойдёт с ума, не испив эту сладость её уст.

 А её сводил с ума терпкий аромат его парфюма с примесью освежающего запаха хвои, нежность его рук, тепло его губ и зной жаркого летнего вечера.

 И каждый из них был, в равной степени, всесильным господином и покорным рабом. И каждый друг для друга был Солнцем, вокруг которого вращается его космос, один - сильный и надежный, со смуглой кожей и чарующим взглядом тёмных глаз, в глубину которых она старалась вложить всю свою нежность, другая - нежная и хрупкая, с тёплым взглядом больших глаз, смотрящих с любовью, и огромным сердцем в маленьком теле, готовым обнять весь мир.

 И остался только жар прикосновений и поцелуев на коже, и серебристый воздух вокруг стал ощутимым, тяжелым и вязким, и в нём утонули все пережитые страхи, тревоги и печали, задушенные крепкими объятиями сплетающихся тел, укутанных вуалью нежного света полной Луны.

 - Il est beau comme le soleil! (Прекрасен, как Солнца свет... фр.) - только и смогла произнести она, - Моё Солнце...

 - Сладкая моя... необыкновенно сладкая моя девочка... - выдохнул он, стараясь дотрагиваться до её спины как можно нежнее и аккуратнее, чтобы своими ласками не причинить ей дискомфорта.

 Остывшие кофе и круассаны нужно будет снова разогревать.

 * * *

 Даниэлла блаженно потянулась и лениво зевнула, почувствовала рядом тепло мужа и поцеловала его. Взмах пушистых ресниц - и Джек открыл глаза:

 - Доброе утро, солнышко! - он поцеловал её и зарылся лицом в её светлые волосы.

 - Доброе утро, любимый! Ну, что, поваляемся ещё? - она подарила ему нежный поцелуй.

 - Я думаю, и без нас Земля не перестанет вращаться, - он привлек девушку к себе, проведя рукой по гладкому тонкому шелку её сорочки светло - голубого цвета.

 - И это был правильный ответ, - рассмеялась Даниэлла, сильнее прижавшись к нему, и безграничным было то наслаждение, что дарили друг другу их руки и губы, доводя до изнеможения.

 Наконец, когда молодой хирург выпустил её из сладостного плена своих сильных рук, девушка попыталась встать, и, вдруг, всё закружилось перед глазами, пол и потолок комнаты, неожиданно, куда-то уехали. Даниэлла быстро села опять на кровать и несколько раз тряхнула головой, чтобы прогнать это головокружение:

 - Так что ты там говорил про вращение Земли, дорогой? - девушка виновато улыбнулась.

 - Что с тобой? - озабоченное выражение лица мужа заставляло её нервничать, - Тебе нехорошо?

 - Пока не знаю. Со мной ещё не случалось ничего подобного - я, вообще, редко жалуюсь на здоровье, - но, тут она снова побледнела, ещё чуть чуть - и содержимое вчерашнего ужина попросится наружу, - А вот теперь, кажется, мне действительно не очень. Теперь можешь начинать тревожиться за меня.

 - Ну, если это то, что я думаю, то ничего страшного не случилось, и волноваться не стоит, ангел мой, - он многозначительно посмотрел на неё, обнимая со всей теплотой и всей чуткостью, на которую был способен.

 Она обвила руками его шею и заглянула в его ненаглядные глаза:

 - Ты, правда, так думаешь? - она не могла сдержать ликующей улыбки, положив голову ему на плечо, и сердце замерло в груди, трепеща от предчувствия небывалого чуда.

 - А ты прислушайся к своему организму - он тонул в её глазах цвета лазоревого неба, - Что ты ощущаешь?

- Я ощущаю, что сейчас ты совершенно прав, - улыбнулась она.

 * * *

 Рейс из Парижа благополучно приземлился в аэропорту Джайпура, и это была самая радостная из всех встреч, и слёзы счастья были не солёными, а сладкими на вкус. Маргарита и Даниэлла снова увидели своих матерей, Джон и Кали смогли снова обнять сына - как же вырос их мальчик! Или это только показалось после разлуки? А он всё время не выпускал руки родителей. И было много объятий и предостаточно слёз - теперь уже всё плохое окончательно осталось позади. Теперь им ни что не угрожало.

 - Сara mia! Mio Dio, как же это случилось? Я как знала, как предчувствовала... Я так не хотела отпускать тебя тогда, но, ты всё равно поступила так, как считала нужным, - видя состояние дочери, Валентина не могла более выплескивать на неё упреки, как бы ни было больно ей самой - Маргарите было сейчас гораздо тяжелее, и она, как мать, должна помочь ей и поддержать её, - Как ты, родная моя?

 - Мамочка, ну, не плачь - со мной, правда, всё хорошо, - Маргарита обняла мать, продолжая гладить её по волосам, - И будет ещё лучше - я уверена. Теперь всё наладится, - и в голосе и в глазах её была такая крепкая убежденность, - И, ради этого, я бы ещё раз сделала то же самое. Я чувствовала, что должна была так поступить, и, надеюсь, что Небеса простят когда-нибудь мне, что не уберегла своё дитя, и не лишат милости своей.

 - Ритуля-а-а-а! - протянув Милорда стоявшему рядом Марку, обняла девушку за бедра заливающаяся слезами Аделина, - Ты плачешь? И я тоже плачу. Это, ведь от радости? Правда?

 - Только от радости, Адель, - Маргарита поцеловала её белокурую макушку, - Только от радости.

 - Ну, если от радости, тогда можно, - шмыгнула носом девчушка.

 - Марк, смотри, а ты ему понравился, - рассмеялась Рита, глядя на обескураженное выражение его лица - он стоял, держа в руках кота, а тот лизнул его в щеку - и они в этот момент выглядели такими милыми, такими домашними и уютными, от этой сцены так и веяло теплотой.

 Джон обнял самых дорогих женщин в своей жизни: мать и жену. И показалось вдруг, что само Солнце стало ярче светить.

 - Дядя Марк, а давай я возьму на руки Милорда, а ты возьмёшь на руки меня? - заискивающе улыбнулась Аделина, - Ты такой милый. Если у тебя нет девушки на вечер, то, я могу составить компанию, - девочка непринужденно засмеялась, когда он легко посадил её себе на плечи. Парень и сам не смог удержаться от улыбки:

 - Спасибо, малышка, ты - настоящий друг, - а внутри растеклась необыкновенная нежность, словно он, наконец, обрел потерянную семью

 Когда же они ступили из портала на территорию Небесного Града, то перед ними снова появился Ангел Судьбы:

 - Вы? Но, Вы же обещали не трогать их! - Маргарита с вызовом и опасением, но, полная решимости отстоять дорогих ей людей даже перед лицом самой Судьбы, посмотрела на него.

 - Нет, дитя, не бойся - сегодня я пришел не забирать, а вознаградить вас - вы были великолепны, - за его спиной стояли пока ещё плохо различимые фигуры в белых одеждах, - Для того, чтобы жить дальше, вы должны отпустить Ваше прошлое. Пророчество, всё-таки, сбылось - мир уже начал меняться, он уже не будет прежним. Мы не совсем верно истолковали его. Вы, действительно, уничтожили мир, старый мир, на смену которому придёт мир новый. Однако, сильное и опасное зло, равного которому ещё не было, уже подняло голову - вы его породили, и только вы же способны остановить его. А сейчас же вы заслужили передышку. У вас есть пять минут - прощайтесь.