Прямо за углом - Эдуард Катлас

Может быть, он видел миры и похуже.

Как я.

* * *

Прорубая тоннель — то, что я считал своим основным занятием, я все время размышлял над тем, по каким принципам выбирается направление.

Я видел, что чаще всего здесь следовали по тому, что предоставляла местность. Любая полость — это минус годы работы, поэтому ее использовали всегда, даже если она шла не вполне в изначальном направлении. Любой ручей — всегда тоннель двигался дальше вдоль ручья, потому что вода расшатывала камни, давала возможность где-то устроить обвал, где-то найти маленький, тайный, известный раньше только воде грот. Слабину в скальной породе, которой давным-давно та самая вода уже воспользовалась.

Даже потоки лавы здесь перебрасывали в новые русла — и иногда это давало возможность уйти на десятки метров в глубину, пока не обнаруживалось новое препятствие.

Но общее направление было — наверх. Видимо, те, что до меня, также как и я сам, верили, что где-то наверху есть мир, солнце и жизнь. Не могли же местные растения появиться из ниоткуда. Не мог здесь воздух держаться бесконечно, практически с неизменным составом кислорода. Я чувствовал, что воздух рециркулирует, что им можно дышать, но ни раз не видел ни малейшего намека на то, откуда он приходит.

Я искал. Если только не был занят.

Время уходит очень быстро, когда дел значительно больше, чем ты можешь успеть сделать. Тоннель, вырастить еду, поискать новые пути в катакомбах. Заучить пару незнакомых слов со стены. Вбить их себе в память крепче, чем кто-то вбил их в камень.

Все занимало время. Я даже не пытался начать работать в кузне, понимая, что это требует и знаний, и еще больше времени. Думаю, я даже не до конца обошел все новые владения. И точно не до конца их запомнил. Вряд ли я заблужусь, даже в темноте, общий принцип и расположения основных частей стали мне понятны. Но тут все еще оставалось много мест, куда я бы хотел забраться, но на это просто не хватало времени.

Может быть, при следующем появлении. Сначала нужно хоть чуть-чуть разобраться с языками.

Когда пришел зов, я был готов. После чехарды всех последних миров этот оказался первым, где я мог подумать, расставить приоритеты, понять, что делать дальше.

Я закрыл дверь, разобравшись в ее механике. Изнутри, опустить камень в желобе, разблокировать дверь. Закрыть дверь руками, и поднять тот же камень — не открыть никак. Снаружи — четыре кнопки, правильная комбинация сбрасывала тот же камень из места, где он клинил дверь. Просто, эффективно, на века, и только мускульная сила при закрытии. Вопросы еще оставались, но это работало, а делали можно было понять и позже.

Я закрыл дверь изнутри. Оставил светлячка в его lux Veritatis. Пора двигаться дальше.

Для начала — за знаниями.

А уж потом — за оружием.

Возможно, это одно и то же.

III. Глава 8. Непосредственный контакт

Будь как дома, путник, я ни в чем не откажу,

Множество историй, коль желаешь, расскажу

Король и Шут. «Лесник»

Память подобна населённому нечистой силой дому, в стенах которого постоянно раздаётся эхо от невидимых шагов. В разбитых окнах мелькают тени умерших, а рядом с ними — печальные призраки нашего былого «я».

Джером К. Джером

«…Поведение можно изучать, контролировать и предсказывать, управляя средой, в которой существует организм…»

Голос звучал у меня прямо в мозгу, минуя слух. Интересно вот так, в момент перемещения из одного непонятно-откуда в другое непонятно-куда, услышать по дороге, непонятно-где, основное положение бихевиоризма.

Лекция в самом разгаре, я явно не поспел к началу. Впрочем, и конец тоже не застал — голос утонул в ярком белом свете.

Я прищурил глаза чтобы не выжгло сетчатку. Зрение в любом мире пригодится.

«Не дышать», оглядеться.

Каждая моя гибель вела меня к чему-то, позволяла узнать еще один мир, лучше адаптироваться к следующим.

Я наклонил голову вперед, потупился, чтобы снизить яркость и приоткрыл глаза. Чуть-чуть. Белые квадраты пола, едва видные полоски между ними, если бы не они — можно было бы посчитать, что весь пол — просто яркий белый свет, и решить, что ты по дороге в рай.

Но полоски превращали белоснежный пол просто в красивый кафель с подсветкой. Извините, архитекторы.

Я чуть приподнял голову.

Это помещение, искусственное, и меня угораздило попасть именно в него. В последнее время я перестал верить в случайности. Меня сюда затащило. Еще один центр притяжения Ходящих между мирами. А вокруг него просто выстроили ловушку.

Тюрьма мира островов. Вначале они просто убивали Шагающих между мирами, отправляли их дальше, выгоняли. Монахи, и лезвие, упершееся в горло. Не дай получить над собой контроль.

Я сидел в позе воина, на коленях, обнаженный. Это косвенно подтверждало, что я действительно попал в новый мир, а не всего лишь брежу. А то «управляя средой — управляем поведением» несколько сбило меня с толку.

Передо мной в стене было окно. Комната за ним тоже не отличалась фантазией, абсолютная белая. За стеклом стоял ангел в белых одеждах. К тому же еще и блондинка, и ее кожа, судя по всему, очень нечасто видела солнечный свет. Кожа тяготела не к вампирскому тусклому оттенку ненавидящих солнце, а скорее к вариации седьмого поколения наследников голубой крови, которые для уверенности еще и скрещивались только внутри рода, получая при этом полный развал генов, закрепляя внутри наследников самые пагубные мутации, но при этом обретая необыкновенно тонкие, красивые черты лица.

Ангел была прекрасна.

Я едва различал белое на белом. Голубоватый оттенок кожи, пепельно-белые волосы, немного с искусственным отливом белого стена. Толстое стекло между нами выдавало себя только почти незаметными бликами.

Десять секунд.

Я поднял голову повыше, и открыл глаза пошире. Не так тут и ярко, просто все белое.

Она молча смотрела на меня, я на нее.

Я вспомнил проповедника и монахов, почти физически ожидая, что сейчас она скажет — «обманщик погибает».

Небесный суд, так сказать.

Чуть наклонив голову в сторону, я посмотрел назад, стараясь не сильно шевелиться, не провоцировать.

Кто-то был, на краю взгляда, мутное пятно, которое я не мог идентифицировать, не поворачиваясь назад, чего я пока делать не хотел.

«Не дышать». Двадцать секунд.

Женщина что-то сказала.

Наречия гладиаторов, легенды мира Холмов, ритуальные фразы Вождя, прячущийся где-то в глубине нейромедиаторов между синапсами модуль распознавания речи — подарок от робота из мира уставших от жизни лордов. Я не знал ее языка,