Пожиратель лодок - Микки Спиллейн

«Нет, так нельзя, — подумал он. — Просто безумие какое-то». Он начал понимать, что чувствовал Билли Брайт, находясь ночью в открытом море, а Билли Брайт был не только прекрасным поваром и умным парнем. Он чувствовал веши, которых не видно и не слышно, он делал выводы из событий, которые больше никому ничего не говорили. К примеру, о том, что летающих рыб не видно там, где они должны были бы находиться.

Поверхность океана была какой-то неестественно плоской. И Хукер сначала сбавил ход, а затем и вовсе выключил моторы. На протяжении минуты единственным звуком был плеск разрезаемой носом воды, какое-то время лодка двигалась по инерции, затем и он стих. И настала полная, абсолютная тишина. Ни шлепанья волн о корпус, ни всплесков выпрыгивающей из воды рыбы, ничего. Лишь эта жуткая всепоглощающая тишина.

Хукер стоял неподвижно, вцепившись обеими руками в штурвал, и прислушивался. И наконец понял, что прислушиваться, собственно, не к чему. Ему хотелось кричать, но не от страха, просто чтоб разрушить эту давящую неестественную тишину. Он всматривался в непроницаемую тьму и сам удивлялся тому, что он здесь делает. Торчит неподвижно посреди замершего океана.

Потом вдруг он понял, что делает. То же, чем занимался океан и все его обитатели. Он ждет. И еще он точно знал: некое невидимое существо тоже выжидает.

Билли был прав. Он должен был прислушаться к его совету. Кем бы там ни было оно, это существо, не каждому дано увидеть его. Черт! Да, оно пожирало лодки. Оно являлось хозяином всего океана и было никому не подвластно и не подотчетно. Человек не прилагал руки к его сотворению. И предназначению — тоже. «Разве что мог стать для него трапезой», — с сарказмом подумал Хукер.

Он снял руки со штурвала и пошел на корму. В свете прожектора поблескивала идеально гладкая водная поверхность. И когда он стал озираться по сторонам, то не заметил вокруг ни единого огонька или проблеска от какого-то другого источника света. Поле страшного боя было выбрано. Участники сражения прибыли на место. Они ждали друг друга, чтоб схлестнуться в смертельной схватке, и выйти живым из нее предстояло лишь одному.

«Во всем этом, — подумал Хукер, — есть нечто нереальное. Почти мистическое. Точно он попал в некий чужеродный мир, который никак не мог контролировать». И на несколько секунд он совершенно растерялся, мысль его пребывала в смятении. Однако затем возобладал долгий боевой опыт, стремление искать и находить выход в любой ситуации. И еще сработал сигнал тревоги, он почувствовал: что-то изменилось. Совсем рядом отчетливо ощущалось чье-то присутствие. И он должен был бросить вызов этому невидимому существу, сделать все, чтоб дать ему достойный отпор. Если, конечно, получится.

Сперва он услышал дыхание, равномерное, слегка булькающее. А вот откуда оно доносилось, определить не удавалось, казалось, что отовсюду. Нет, громким его нельзя было назвать, но исходило оно откуда-то поблизости. Существо было рядом, наблюдало за ним. И еще двигалось — корпус «Клэмдипа» слегка качнуло. Дыхание замерло, затем он вновь услышал его, уже более громкое.

Пожиратель приближался.

И тут Хукер ощутил его запах. Запах смерти, омерзительный, вонючий, тошнотворный, он напоминал одно: вонь от разлагающихся человеческих останков.

Теперь оно было ближе, он слышал. Оно подбиралось к лодке, чтобы схватить его, подбиралось бесшумно, медленно и невидимо. Хукер, сам не понимая, зачем, поднял глаза к небу и вдруг увидел, что горевшие ближе к горизонту звезды вдруг погасли, их закрыла чья-то огромная черная тень. Она все поднималась и поднималась из моря, она неумолимо надвигалась на него, готовая совершить последний рывок и поглотить и самого Хукера, и «Клэмдип». И он не мог оказать сопротивления, не мог ничего поделать, совершенно ничего. А потом вдруг в призрачном отблеске прожектора он увидел глаз этого существа. Бледный беловатый полукруг, он смотрел прямо на него, и Мако инстинктивно отпрянул, потрясенный выражением этого страшного немигающего взгляда. Отпрянул и дотронулся рукой до оставленной на сиденье камеры. Он схватил ее, щелкнул, и в ослепительной вспышке, что длилась всего-то какую-то долю секунды, увидел Пожирателя. Увидел зубы. Хукер смотрел смерти прямо с лицо и смеялся!

Оружие тоже оказалось под рукой. Он схватил переносную ракетную установку, вставил в направляющее, развернулся лицом к корме и надавил на спусковой крючок. Расстояние до цели было незначительным, и ракета вонзилась в гигантское тело врага, разрывая его на части, выворачивая пылающие внутренности.

Послышались чудовищные, ни на что не похожие визги и крики. Хукер вскинул в руке портативную камеру, пронзительно яркая вспышка озарила окрестности, казалось, весь мир увидел умирающее чудовище, услышал его дикие булькающие всхлипы, смотрел, как оно, агонизируя, медленно переворачивается всей своей огромной тушей в воде, которая потоками хлынула в его утробу. Глаз мигнул последний раз и скрылся из вида, чудовище медленно погружалось в океан, над горизонтом снова стали видны звезды. «Клэмдип» закачало на волнах, поднятых телом тонущего монстра, затем волнение успокоилось. Хукер взглянул на показания приборов, проверил координаты и включил моторы.

Примерно мили на две поверхность моря оставалась ровной и спокойной, затем, по мере приближения к острову Пеолле, появились небольшие волночки, зашлепали о борт лодки. Билли Брайт поджидал на причале. Он был счастлив видеть Хукера и смеялся, и в то же время выражение его лица говорило о том, как он волновался за своего друга, оставшегося ночью в океане наедине с Прожорой. Все его инстинкты, вся обостренная интуиция предупреждали о том, что сегодня ночью чудовище выйдет на охоту, все признаки говорили о том, что произойдет это в том же районе, где находился Хукер.

Билли должен был задать вопрос. Это было совсем не в его характере, но, поколебавшись, он все-таки тихо спросил:

— Вы... видели ее, сэр?..

— Джуди со мной не было, — ответил Мако.

Билли затряс головой.

— Да я не о мисси Дюран... ну, вы меня поняли.

Губы Хукера медленно раздвинулись в усмешке. Именно такая, кривая усмешка на его лице была последним, что видели при жизни многие его враги. За ней стояли воспоминания о битве и ее исходе, и длилась она всего какую-то секунду.

— Я убил ее, Билли.

— Сэр!..

— Монстру конец. Знаю, где находятся останки. Мы можем поднять их со дна и показать всему миру. Это чудовище успело натворить немало бед, зато теперь нашим островам здесь ничто не угрожает.

— Но, сэр... Зачем нам собирать эти самые останки? Вы убили ее и...

— Сегодня вечером, Билли, все поймешь. — Хукер загадочно усмехнулся. — И ступай к своим друзьям. Принеси им радостную весть. Теперь они снова могут выходить рыбачить по ночам и ничего не бояться.