Толковая Библия. Ветхий Завет. Книги неканонические - Александр Лопухин

1–4. Первые четыре стиха XVIII гл. содержат противопоставление египтянам евреев во время девятой казни. Над египтянами «была распростерта тяжелая ночь» (XVII:20), а «для святых Твоих был величайший свет» (1 ст.). Мысль та, что девятая казнь, трехдневный мрак, не распространялась на живших в Египте евреев, они, как и весь остальной мир (XVII:19), пользовались светом. Египтяне знали об этом и считали их счастливыми (1 ст.), а вместе с тем были благодарны евреям, что те не пользовались их смятением и беспомощностью во время девятой казни, чтобы отмстить им за муки долгого рабства (2 ст.). Покровительство Божие еврейскому народу простерлось и далее. Во время странствования по незнакомой пустыне путь им указывал «огнесветлый столп», он же защищал их от солнечного зноя: «дал им… безвредное Солнце» (3 ст.). Наказание египтян лишением света вполне заслуженно ими и соответствует их преступлению, порабощению тех, «чрез которых имел быть дан миру нетленный свет закона» (4 ст.). Сравнение Моисеева закона со светом весьма часто в Св. Писании (Ис II:5 [529]; Пс CXVIII:105 [530]; Притч VI:23 [531]).

Название света «нетленным» выражает мысль о вечности Моисеева закона. Эта мысль выражается и в других местах Св. Писания (Тов I:6 [532]; Вар IV:1 [533]), особенно часто в связи с мессианским чаянием всеобщего распространения Моисеева закона (Ис II:2 [534]; Мих IV:1 [535]), когда уничтожится идолопоклонство (Прем XIV:13).

5. Когда определили они избить детей святых, хотя одного сына, покинутого и спасли, в наказание за то Ты отнял множество их детей и самих всех погубил в сильной воде.

5. С пятого стиха начинается новый отдел, в котором проводится новая параллель между египтянами и евреями. За бесчеловечное решение египтян умерщвлять еврейских детей они сами лишились своих первенцев, евреи же со своими детьми не только сохранили жизнь, но и спаслись от рабства.

«…определили они избить детей святых…» (ср. Исх I:15–16 [536]; II:1–3 [537]).

«…хотя одного сына, покинутого и спасли…» Речь идет о Моисее, которого спасла из воды дочь Фараона. Писатель делает эту оговорку не для того, чтобы смягчить жестокость египтян в отношении к еврейским детям, а чтобы показать, что по определению Промысла Божия единственное спасенное ими дитя стало для них впоследствии орудием Божественного наказания.

«…самих всех погубил в сильной воде». О потоплении египтян в Чермном море писатель подробнее говорит в XIX гл., здесь же он только попутно замечает для получения контраста: Моисей один подвергался опасности от воды и был спасен, а египтяне все погибли в воде.

6. Та ночь была предвозвещена отцам нашим, дабы они, твердо зная обетования, каким верили, были благодушны.

6. «Та ночь была предвозвещена отцам нашим…» Это не ночь необычайного мрака, о которой писатель говорил в предшествующей главе, а та ночь, в какую были умерщвлены египетские первенцы, и о которой Моисей возвестил евреям наперед (Исх XI, с 4 ст. [538]).

Для этого предвозвещения писатель указывает не только ближайшую цель, подготовить евреев к наступавшему событию, но и дальнейшую, утвердит их веру во все прочие обетования и поднять тем народный дух.

7. И народ Твой ожидал как спасения праведных, так и погибели врагов,

7 стих вытекает из предшествующего. Освобождение из рабства и гибель египетских первенцев не были неожиданностью для евреев, потому что через Моисея они знали об этом заранее.

8. ибо, чем Ты наказывал врагов, тем самым возвеличил нас, которых Ты призвал.

8. Ср. XI:5–6 ст. Смерть первенцев египетских была для египтян большим наказанием, а для евреев, напротив, она послужила причиной их освобождения (Исх XII с 31 ст. [443]).

«…возвеличил нас, которых Ты призвал». В связи со следующим стихом здесь речь о призвании к духовному внутреннему общению с Богом.

9. Святые дети добрых тайно совершали жертвоприношение и единомысленно постановили божественным законом, чтобы святые равно участвовали в одних и тех же благах и опасностях, когда отцы уже воспевали хвалы.

9 стих говорит о пасхальной жертве (см. Исх XII:3–15 [539]): «святые дети добрых тайно совершали жертвоприношение». Называя участниками жертвоприношения детей, писатель не исключает этим взрослых, он выделяет детей лишь для противопоставления египтянам: в то время, когда дети египтян были умерщвляемы, еврейские дети совершали религиозную трапезу. Жертвоприношение было тайное. Египтяне не были посвящены в обряды пасхальной ночи, так как в них ясно указывалась ожидавшая их участь. С другой стороны, дети, участники жертвоприношения, были обречены египетскою властью на смерть, поэтому их участие могло быть только тайное. Название детей «святыми» имеет то же значение, что и название святым всего народа (X:17; XVIII:1, 5): оно указывает не на их действительное состояние, а на их назначение, их призвание к святости. Они были «дети добрых…» Добрыми писатель называет израильтян, отцов этих детей, как и в других местах книги он называл их «праведными» (X:20; XI:14; XI:9; XVI:23; XVIII:20) и «святыми» (X:17; XVII:1, 5).

«…единомысленно постановили божественным законом, чтобы святые равно участвовали в одних и тех же благах и опасностях». Ставить что-либо божественным законом, значит обязаться к неуклонному исполнению этого. На пасхальной трапезе евреи приняли для себя обязательство осуществлять одинаковое участие всех без различия как в опасностях свободной жизни в пустыне, так и в ее благах. Таким образом, пасхальная вечеря была для них символом братского единения. Это сознание братства непосредственно выразилось в хвалебной песне к Богу.

10. С противной же стороны отдавался нестройный крик врагов, и разносился жалобный вопль над оплакиваемыми детьми.

10. Переход к египтянам. По контрасту с хвалебной песнью евреев, «с противной стороны», т. е. от египтян, «разносился жалобный вопль над оплакиваемыми детьми», над умерщвленными в ночь выхода евреев первенцами.

11. Одинаковым судом был наказан раб с господином, и простолюдин терпел одно и то же с царем:12. все вообще имели бесчисленных мертвецов, умерших одинаковою смертью; и живых недоставало для погребения, так как в одно мгновение погублено было все драгоценнейшее их поколение.13. И не верившие ничему ради чародейства, при погублении первенцев, признали, что этот народ есть сын Божий,

11–13. Десятая казнь одинаково коснулась всех египтян без различия их общественного и материального положения (Исх XI:5 [540], XII:30 [541]). Все были наказаны «одинаковым судом», (11 ст.), «все… имели… мертвецов, умерших одинаковой смертью» (12). Не было различия даже в форме смерти. Вот это обстоятельство, однородность наказания, сравнявшая всех египтян, по мысли писателя, особенно сильно убеждало их, что переживаемое событие дело Божие, а не человеческое, а потому народ еврейский, для освобождения которого эта казнь совершилась, «есть сын Божий» (13 ст., Исх XII:31 [443]).

«…драгоценнейшее их поколение» — первенцы, ценившиеся у древних народов более, чем остальные дети.

«…не верившие ничему ради чародейства…» Указание на обстоятельство, отмечаемое и книгой Исход (VII:11, 22 [542]), что упорному нежеланию признать евреев народом Иеговы и отпустить его много содействовали египетские волхвы.

14. ибо, когда все окружало тихое безмолвие и ночь в своем течении достигла средины,15. сошло с небес от царственных престолов на средину погибельной земли всемогущее слово Твое, как грозный воин.16. Оно несло острый меч — неизменное Твое повеление и, став, наполнило все смертью: оно касалось неба и ходило по земле.

15–16. Содержат поэтическое описание действия Божественного всемогущества в истреблении египетских первенцев. Как и в других местах нашей книги (IX:1; XVI:12, 26), образом Божественной воли, проявляющейся во внешнем мире, является слово. «Как грозный воин» с острым мечом, оно сходит с небес от царственных престолов на средину погибельной земли, чтобы наполнить все смертью. Власть Божественного слова над вселенной беспредельна: «оно касалось неба и ходило по земле».