Волк Севера (ЛП) - Дункан M. Гамильтон

ними. Возможно, им придется сражаться вместе, но это не значит, что они должны общаться вместе. Солдаты собрались в баре, шумные и ликующие, а Вулфрик и остальные тихо сидели за своим столиком в углу. Никто из них не видел в этой победе того, чего они хотели.

Эй, жители Нортленда, выпейте с нами". Призыв прозвучал из бара, от сержанта, который был с ними в Расбруке. Его слова были немного невнятными, что было удивительно, учитывая, как недолго они там пробыли. Вульфрик задался вопросом, что они пили, или просто были слабаками.

Спасибо, — сказал Вулфрик. Он не хотел пить с ними. Они были не самыми плохими людьми, поэтому он не чувствовал необходимости быть грубым. Если бы его позвал один из членов совета, которые часто пытались заискивать перед воинами, что осталось от тех дней, которые, как постепенно понял Вулфрик, никогда не вернутся, его реакция была бы совсем другой.

'Что? Мы достаточно хороши для того, чтобы с нами сражаться, но не для того, чтобы с нами пить?

Это была не та реакция, на которую рассчитывал Вулфрик. 'Не обижайтесь, сержант. Просто тихо выпиваю с друзьями".

'Ах, да ладно. У нас сегодня была победа, иди и отпразднуй с нами. Первая радость в этой грязной дыре".

В глазах Вулфрика промелькнул гнев, и сержант заметил перемену в его лице.

'Не хочу обидеть, просто скучаю по дому, вот и все. Выпивка для парней", — сказал сержант и повернулся к трактирщику.

Это не крысиная нора, и мы не парни. Вам не мешало бы помнить об этом", — сказал Вулфрик.

Как я уже сказал, я не хотел обидеть, — сказал сержант.

'Только потому, что это не было задумано, не значит, что это не было вызвано', - сказал Вулфрик. Он почувствовал, как напряглись Стенн и Фарлоф.

Сержант повернулся к ним лицом, и его люди собрались позади него. Все остальные звуки в трактире уже давно стихли.

Может быть, вам стоит вспомнить, что мы пришли сюда, чтобы защитить это место, с чем вы, похоже, не в состоянии справиться сами. Уважение идет в обе стороны, друг", — сказал сержант.

'Наверное, вам пора убираться домой и оставить нас на произвол судьбы. Уверен, в большом городе вам не придется беспокоиться об уважении".

"После сегодняшних усилий я бы подумал, что вам, ребята, нужна любая помощь, которую вы можете получить".

'Что, черт возьми, это значит?' прорычал Вулфрик, вставая с места.

"Это значит, что ты и твои приятели сегодня без нас просто спрятались бы".

"Мы бы так и сделали", — сказал Вулфрик, его кожу начало покалывать. Вы проводили большую часть времени, убивая женщин и стариков. Похоже, вы, парни, немного стесняетесь стали".

Сержант шагнул вперед. Если бы от вас была хоть какая-то польза, нас бы здесь вообще не было. Вы много говорите и расхаживаете здесь, словно вы боги. Вы видели, как мы сегодня обошлись с Расбруккерами. Если ты не будешь следить за своим языком, возможно, получишь то же самое. За такого здоровяка, как ты, можно получить хорошую цену на невольничьих рынках".

Сержант был крупным мужчиной. Все рурипатийцы были такими, что стало сюрпризом для Вулфрика. Он всегда считал их маленькими, слабыми и изнеженными. Они были изнежены жизнью в комфорте, как купцы, приезжавшие на север в прошлом. Лицо его выглядело так, словно за долгие годы ему пришлось немало повоевать: несколько шрамов, несколько обломанных зубов и нос, который по меньшей мере однажды был сломан. Вулфрик шагнул вперед и встал лицом к лицу с сержантом, но тот не отступил и даже не вздрогнул.

Их глаза были более или менее на одном уровне, а ноздри Вулфрика наполнились сладковатым запахом эля от дыхания сержанта.

'Что-то из того же самого?' сказал Вулфрик. Он чувствовал, как его сердце колотится от ярости, а руки начали дрожать.

Сержант кивнул. Вулфрику хотелось выпотрошить его там и тогда, но, как он ни был зол, голос разума все же сумел пробиться сквозь него. Его кинжал остался в ножнах. Он оттолкнул сержанта и шагнул вперед, чтобы заполнить пространство. 'Ну, тогда давайте посмотрим'.

Сержант замахнулся на Вулфрика, но тот легко уклонился. Он ударил сержанта по руке, когда он проходил мимо, отчего тот распластался по полу пивной. Его солдаты не нуждались в приглашении и ринулись вперед, как и Стенн с Фарлофом.

Вулфрик почувствовал, как кровь пульсирует у него в висках. Он ударил одного из приближающихся солдат, попав ему точно в подбородок. Солдат отлетел в сторону, врезался в стол и разбросал его и стулья по комнате. Казалось, все происходило в замедленной съемке. Все остальные в трактире, не участвовавшие в драке, бросились к двери. Кто-то ударил стулом по спине Вулфрика. Он разбился о его плечи, но он этого почти не почувствовал.

Стенн и Фарлоф контролировали остальных солдат, но Вулфрик хотел схватить сержанта и выбить зубы из его большого рта. Он стоял в нескольких шагах от него, держа в руках обломанную ножку стула. Он поднял ее, чтобы замахнуться на Вулфрика. Вулфрик зарычал на него. Он опустил плечо и набросился на сержанта, ударив его в грудь, протащив его по полу зала и впечатав в барную стойку.

Сержант хрюкнул, когда из его груди вырвался воздух. Вулфрик схватил его за шиворот и оттащил от барной стойки. В его голове бурлил вихрь ярости, когда он смотрел на сержанта. Вулфрик бил его по лицу, снова и снова, пока не почувствовал, что его тело обмякло. Вулфрик повалил его на землю и повернулся. Он заметил другого солдата, схватил его за плечи и ударил головой. Он продолжал бить лбом в лицо солдата, пока тот тоже не упал на землю. Он чувствовал, как кровь стынет в жилах, а кожу покалывает, словно по его телу марширует армия муравьев.

Стенн держал солдата в захвате, а Фарлоф выпроваживал одного за дверь. Оставался один солдат. Он выглядел так, словно был бы где угодно, только не там. Он сделал полшага назад, когда увидел, что Вульфрик идет к нему. Его взгляд метнулся к двери, но Фарлоф преградил ему путь. Он попытался перепрыгнуть через засов, но Вулфрик поймал его в середине прыжка и повалил на землю. Вульфрик зарычал, схватил солдата и ударил его об пол. Солдат захрипел, когда Вулфрик начал избивать его кулаками и локтями.

'Вулфрик!'

Вулфрик продолжал наносить удары.

Вулфрик!

Вульфрик услышал голос, который звал его по имени, но, казалось, он был далеко. Звук был знакомым, но он не сразу узнал его. Между