Факап - Михаил Харитонов

Основой мыслью Мики было то, что бог, насылая беды, в том числе и болезни, тем самым карает людей за грехи. В общем-то, и в этом ничего нового не было: это было стандартное объяснение всех бед и несчастий, творящихся на Авроре вообще и в герцогстве в частности. Но Мика пошёл дальше. Он объяснил, что есть грех, каковы его свойства и что нужно сделать, чтобы бог, наконец, пощадил людей и вернул им своё расположение.

Проповедь, надо сказать, звучала убедительно, ибо подкреплялось общеизвестными фактами. Мика просто дал им новую интерпретацию.

Итак. С точки зрения Мики, корнем всех грехов человеческих является желание чем-то обладать. Оно имеет три формы: желание обладать собой, то есть себялюбие, желание обладать другим человеком (прежде всего в половом смысле), и желание обладать вещами. Таким образом, грех обладания распадается на эгоизм, блуд и стяжательство. Эти три греха оскорбляют достоинство бога, ибо на самом деле всё в этом мире принадлежит ему, а не людям. Чтобы об этом напомнить, он время от времени карает людишек. А самой страшной и самой наглядной карой стала Синяя Смерть.

Умершие во время всеобщей эпидемии заплатили и за свои грехи, и за грехи предков. Однако же, чтобы люди не забывали, за что они наказаны, бог не остановил заразу, а сохранил её прежде всего для блудников и стяжателей. На это указывал тот факт, что болезнь в её "медленной" форме передаётся в основном через физический контакт, прежде всего половой, а также через вещи. Тот факт, что заболевают не только они, Мика понимал как указание на то, что греховны не только сами блудострастники и стяжатели, но и те, кто терпит их грехи и им потакает.

Объяснив причины гнева божьего, Мика предложил и план спасения. По его мнению, богу вовсе не нужно, чтобы все вовсе отказывались от половых отношений и собственности как таковой, ибо это приведёт к гибели человечества. Ему нужна лишь умеренность, то есть снижение общего числа греховных деяний до какого-то терпимого предела. Достичь этого можно двумя способами. Или все люди без изъятия умерят свои порывы, что маловероятно. Или какие-то люди должны взять на себя особую ношу — а именно, вовсе откажутся от этих грехов, чтобы остальные могли жить как раньше, не боясь гнева свыше.

Как это работает, Мика объяснял на таком примере. "Представьте, что Король с большим Войском входит в Город, который был ему неверен" — говорил он в своей самой известной проповеди. "Если Он увидит на площади множество благородных Донов и Простолюдинов, которые преклонят перед Ним колени и поклянутся, что были Ему верны, Он возвысит Город и одарит его. Если их будет мало, он всё же смилуется над Городом и ради горстки Верных пощадит остальных. Если же никто не выйдет на площадь, Он разгневается и отдаст Город на разграбление своим Солдатам. Значит, должно быть Тем, кто выйдет на площадь и преклонит колени. Бог же каждый день и каждую ночь входит в наш Город Суеты и Нечестия, и должно быть Тем, кто всегда стоит на площади, склоняясь перед Господином, и ради которых он не отдаст наш Город на растерзание Ангелам своим". Или, короче — "должно претерпеть некоторым, чтобы спасти всех".

Что значит "быть верным богу", Мика объяснял так. Полностью верен тот, кто полностью оказывается от себялюбия, блуда и обладания собственностью. Поскольку, живя среди обычных людей, избежать всего этого невозможно, верные должны составить сообщество аскетов, где имущество общее, а власть принадлежит самым праведным. Которым остальные должны подчиняться беспрекословно и безвольно — тем самым попирая себялюбие.

Кто именно достоин такой жизни, Мике тоже было ясно. В первую очередь — отмеченные "медленной" Синей Смертью. Синие пятна — это недвусмысленно выраженная воля божья, что он желает видеть этого человека своим служителем. Но также и прочие неизлечимо больные, калеки, нищие: всех этих людей бог не только наказал, но избрал для служения себе и в назидание прочим.

Проповеди Мики были хороши. Однако последим и самым значимым аргументом было согласие Великого Герцога содержать общину праведников за свой счёт. Именно это обстоятельство делало его рассуждения особенно убедительными и привлекательными. Причём не только для больных и калек, но, например, и для их родственников. Также — для местных властей, которые охотно почистили бы округу не только от больных, но и, скажем, от нищих. Туда же клонились интересы местных правоохранительных структур и много кого ещё.

Отдельной строкой стоит упомянуть интересы самого герцога. Несомненно, он был благодарен Мике за спасение. И к его словам прислушивался прежде всего потому, что считал его праведником. Но с точки зрения земных историков, у него могли быть и более практические соображения. Земли за Гиблыми Болотами принадлежали герцогству чисто символически. То есть — ровно до того момента, пока на них кто-нибудь не начал бы претендовать. Но таких не находилось, потому что это были никому не нужные неудобья, обрывающиеся морским побережьем. Правда, там находилась очень удобная бухта, на которой можно было бы оборудовать полноценный порт. Но уже имеющиеся порты вполне удовлетворяли все потребности герцогства. Так что бухта оставалась удобной только для арканарских и соанских шпионов. Которые, по мере совершенствования приграничного контроля — во что последовательно вкладывались все Великие герцоги Ируканские — всё чаще предпочитали именно этот путь. По тому же пути, только в обратном направлении, бежали те, кому надо было скрыться от гнева Великого герцога, или хотя бы местных властей. В общем, было понятно, что с заболотными землями герцогству надо что-то делать. То есть установить над ними хоть какой-то контроль. Вариант, предложенный Микой, был неожиданным, но вполне приемлемым и далеко не самым затратным. Полноценная застава у бухты обошлась бы, наверное, дороже, не говоря уже о хлопотах.

Так или иначе, проект пошёл в рост. Через Гиблые Болота по спешно наведённым гатям потянулись цепочки людей. Большинство было с синими лицами или с увечьями, но попадались и здоровые — распропагандированные, изгнанные или рассчитывающие на какую-то поживу. На той стороне их принимали, кормили и давали работу. Для начала — строиться. Вскоре на побережье появились длинные однотипные бараки, с которых и начался Орден.

Порядки в поселении были ровно такие, которые обещал Мика. Всякий, приходивший в поселение жить или умирать, клятвенно отрекался от собственной воли, от блудной страсти и от собственности. Взамен он получал новое имя, обращение "брат", грубую чёрную одежду и гарантированную миску с гороховой кашей два раза в день. За это братья платили послушанием и работой, пока могли работать. Парализованных, больных и стариков не бросали — их обслуживали другие братья, стараясь облегчить их страдания. Трупы сжигались. Больные, калеки и здоровые работали вместе, но содержались отдельно. Немногочисленных женщин — они почему-то умирали быстрее мужчин — отселили на прибрежный островок, во избежание соблазнов.