Шиноби - Экзар

Шуншин - и я вновь в воздухе над ними, на этот раз над блондином.

- Фус!

Его впечатывает в землю. Добить! Выхватываю из подсумка единственный лежащий там кунай и приземляюсь на дезориентированного шиноби, вгоняя ему лезвие в глаз. Еще минус один. Ухожу в сторону...

Шиматта! Неужели я настолько предсказуемо? Я отпрыгиваю в сторону, а в том месте, где я только что стояла, на уровне моей шеи воздух вспарываем меч второго, шатена. Шиматта, шиматта, шиматта! Какой же он быстрый! Меня уверенно теснят, и за несколько секунд я получила с десяток порезов, притом один на лице - впервые за всю войну. Неужели не повезло напороться на мастера? Уклоняюсь от диагонального удара, отпрыгиваю в сторону...

... и неожиданно понимаю, что все кончилось.

В руки и ноги второго джонина Ивы вцепляются выскочившие из-под земли собаки, а затем ему пробивает грудь сгусток молний. Тут же собаки изчезают, тело падает... и я вижу стоит Какаши с залитым кровью лицом. За его спиной застыл Минато. А он-то что здесь делает? Этот вопрос я и озвучила.

- Какого биджу?

- Потом объясню, - друг хмурится. - Вам вообще не должен был кто-то встретиться, но, очевидно, в штабе завелась крыса. Я почувствовал лишние огоньки чаркы возле одной из своих меток и счел нужным переместиться. Какаши в тот момент только вышел за границу твой техники... Что с Рин и Обито?

- Продолжили выполнение миссии, - отчиталась я, поднимаясь с земли. Первым делом надо помочь напарнику... - Какаши, ты серьезно ранен?

- Глаз, - поморщился он, а я подавила нервный смех. Кажется, история стремится вернуться на круги своя... - Минато-сенсей, какие будут дальшейшие инструкции?

- Карада, окажи Какаши первую помощь, - начал отдавать распоряжения Намикадзе. - После присоединитесь к Обито с Рин. В лагерь пока возвращаться не торопитесь, будем ловить шпиона в вашем присутствии. Ждите меня тут, я потом провожу вас. Тела запечатайте.

- Хай!

- Хай!

Минато лишь кивает головой. По лицу ничего прочесть не получается, а чужие эмоции из-за техники Киригакуре мне сейчас недоступны, но отчего-то мне явственно кажется, что он зол. А затем... он уходит. Просто раздается раскат грома, и его уже нет тут.

Ох... Что-то люди Шимуры работают из рук вон плохо. Уже третий на моей памяти случай утечки информации на сторону, причем затрагивающий только меня. И если бы не Минато, то мы бы уже были мертвы...

- Давай помогу, - я подошла к Какаши, доставая один из свитков. Молодой джонин лишь кивнул и присел, чтобы мне было удобней его рассматривать, я же опустилась на землю вслед за ним. Впервые лечу что-то серьезное у кого-то из своих близких... Так уж сложилось, что за всю войну мне приходилось максимум затягивать раны и сращивать кости у своих сокомандников, а в госпиталь именно ко мне никто не попадал. Так что сейчас я волнуюсь - и не беспричинно. Мне хочется материться: у Хатаке задето глазное яблоко, и невосстановимо. Такое лечат только ирьенины S-ранга, все же глаз является невероятно сложным органом, зачастую используется просто пересадка - все же это гораздо проще... - Глазное яблоко придется извлекать, иначе начнет гнить.

- Извлекай, - кивнул парень. Удивительное хладнокровие... - Пересадка возможна?

- Да, - кивнула я. Все же придется для него раскошелиться на особый подарок... И я даже знаю, на какой. - Нерв я трогать тебе не буду, пересадку проведем через несколько дней.

Так... Медчакрой вытянуть бесформенный кусок тела из глазницы, потом Шосеном затянуть шрам и срастить разрубленное веко. Оной же медчакрой - обеззаразить. Ну вот и все... Теперь надо будет занятся другими травмами. Джентельменский комплект, мать его! Синяки, порезы, ссадины и пара трещин в лучевой кости.

- Почему ты осталась? - неожиданно спросил Какаши, когда я закончила лечить его. - Мы вполне могли умереть...

О, точно. Я оторвалась от обработки своих порезов медчакрой. Что бы ответить?

- Зато бы мы выполнили миссию и спасли наших товарищей, - пожала плечами я. - Знаешь... У меня когда-то был выбор - рискнуть жизнью и спасти своих или бежать, как мне то приказывали. Я рискнула, нарушила приказ, и почти вся моя группа выжила.

- Те, кто проваливают миссию - мусор, - упрямо произнес этот ребенок.

- А те, кто предает своих товарищей - еще хуже мусора! - резко произнесла я знаменитую фразу Обито. - Утерянное экономическое или политическое влияние можно восстановить, отобранную территорию можно вернуть, врага можно устранить в другой раз. Но жизни ты не вернешь...

Смерть - мой самый главный враг. И я не собираюсь отдавать этому врагу своих людей...

- Я подумаю над этим, - немного помолчав, отозвался Хатаке. Неужели получилось?

Глава 26.

Рин с Обито вернулись через сорок минут. Девушка, увидев раненого товарища, заохала и засуетилась вокруг его, но узнав, что ничего нельзя с этим сделать, приуныла. Я было ожидала вспышки ревности от Обито, но он смотрел на Какаши с сочувствием, и даже без эмпатии можно было почувствовать его раскаяние. После их прихода мы еще ненадолго задержались, запечатывая тела противников... А затем даже мы поняли, что началось. Со стороны моста раздался грохот, а сквозь почти расползшееся Киригакуре дзюцу было видно зарево. Еще спустя каких-то пятнадцать минут за нами пришел Минато, и мы направились в лагерь. От нас даже ничего особого не требовалось - нас сразу распустили по палаткам. Зато потом... Я сама проводила допрос некоего Цукино Мизуки, совсем молодого генина, у которого мать была из Ивагакуре. Мальчик подслушал наш разговор тогда в палатке и передал его - вот только он не знал, кто именно разговаривает, и не смог передать точные характеристики. Можно сказать, нам повезло. Как и тогда, когда подошел Минато...

А уже под утро я засела за письмо в Отогакуре. Мне срочно требовался глаз для Какаши, так как я чувствовала себя отчасти виноватой в его увечье. Не заподозрила ребенка! А ведь стоило бы, сама пользуюсь той же тактикой... Письмо было отправлено с вызванным Тоширо, а я сама уже утром отправилась к Минато, просьбу прийти от которого передал Обито.

Намикадзе в палатке своей команды экстренно собирался. Увидев меня, он только кивнул и вернулся к прерванному процессу.

- Меня отзывают в Коноху, - отстраненно произнес он. - Как и Иноичи-сана, Шикаку-сана и Чозу-сана. Я знаю, что отзывают также Шимуру...

Началось. Сарутоби смещают.

- Желаю удачи, - кивнула я. - Верю, ты справишься.

- А если нет? - на мгновение остановился на месте блондин. Мандраж, как же это мне знакомо...

- Коль женился на химе - изволь становиться дайме, - усмехнулась я, переиначивая нашу поговорку на местный лад. - Минато, я верю, что Иноичи гонял тебя не зря. Ты справишься.