Я все еще тебя (не)люблю (СИ) - Галина Джулай

— Спасибо, мамуль, — и вот теперь слёз сдержать не получается.

— Ты у меня самая лучшая.

Пока Кирилл решает вопрос с пригодностью квартиры для жизни, я собираю вещи. Пока немного, самое необходимое. Потом готовлю вместе с мамой ужин. И к тому времени, когда квартира Кирилла готова, я пакую мясо по-французски и салат из свежих овощей по контейнерам и спешу к любимому. Он встречает меня у моего подъезда, забирает небольшой чемодан, и взявшись за руки, мы идём к его дому.

Квартира встречает блеском и свежим запахом чистоты. Я спешу на кухню, чтобы накрыть стол к ужину, а Кирилл относит мой чемодан в спальню. В нашу спальню. От этой мысли начинаю улыбаться. Я вообще за сегодня столько улыбаюсь, что у меня уже щеки начинают болеть.

Просто не верится, что ещё вчера вечером, а точнее, сегодня ночью, я даже не подозревала, что уже к вечеру буду так счастлива, буду рядом с Кириллом в НАШЕЙ квартире.

Утром приходится расстаться. Кирилл должен поехать и забрать свои вещи. А также решить вопрос с работой. Он возглавлял филиал их фирмы в другом городе. В городе, где у него живёт жена. Не хочу об этом думать. Ведь за день он не справится. Если бы дело было только в вещах, к вечеру он был бы уже рядом. Но работа… Так просто это вопрос не решится, хоть он и обещал сделать все в максимально короткие сроки. Даже звал меня с собой. Так же, как и я, не хотел расставаться. Но я ему доверяла и мешать не хотела. Я решила подождать его здесь, а заодно добавить в его холостяцкую квартиру немного женского уюта.

Дни пролетали в хлопотах: новое постельное белье, скатерти и полотенца. Цветы в горшках, яркие подушки на диван и красивые хрустальные бокалы… Все те мелочи, которые создавали уют. И конечно, ежедневно мы с Кириллом созванивались и писали друг другу сообщения.

Звонок в дверь в четверг после обеда скорее удивил, чем встревожил. Я собиралась испечь пирог и как раз замешивала тесто. Вытерев руки об фартук, я поспешила открыть дверь.

71 глава

Кирилл

Первым делом я заехал в офис к отцу. Пришлось немного подождать, так как он был на совещании. Но мне уже ничто не могло испортить настроение. И к действиям подгоняла лишь одна мысль, что Ксюша ждёт меня дома. А значит, мне жизненно необходимо решить все вопросы как можно скорее.

— Что ты тут делаешь? — вместо приветствия спросил отец.

— А тебе ещё не доложили?

— Что конкретно?

— Я подал на развод, — перехожу сразу к делу. — А это значит, что я возвращаюсь сюда, в свою квартиру.

— Ты действительно хочешь лишиться должности? Здесь я тебе ничего такого не предложу.

— Мне все равно. Я просто решил поставить тебя в известность. Я сегодня еду туда, чтобы передать дела и собрать вещи. Вопрос уже решен.

— Дурак, и чего тебе не неймется? Жена красавица, ты там главный…

— Не меряй всех по себе, у меня в жизни другие приоритеты. Мама, кстати, тоже красивая, но это не помешало тебе ходить налево.

— Так и тебе никто не мешает. Ходи.

Ничего не отвечаю, только сверлю его ненавидящим взглядом.

— На свое место предлагаю Муравьева. Или у тебя есть другие варианты? — перехожу снова к делу.

— Муравьев меня устраивает. Но ты уверен, что хочешь этого развода?

— Я уверен, что не хотел этой свадьбы. Так что сомнений получить развод у меня нет.

— Все дело в той девчонке? Как там её…

— Я выполнил твое желание. Больше я ничего тебе не должен.

— Как минимум, жизнь, — говорит отец, а мне хочется плюнуть ему в лицо. — Ладно, я подумаю, куда тебя поставить, — переключается на экран компьютера, давая понять, что я могу быть свободен.

Я с удовольствием покидаю его кабинет.

Сначала еду в офис. Вызвав к себе Валентина Андреевича, сообщаю ему новость, что собираюсь уйти и мою должность займет он. С этим мужчиной, который старше меня лет на пять, мы были отличной командой. Ответственный, исполнительный, и главное — он любит то, чем занимается. Оставить филиал в его руках не страшно.

— Даже не знаю, что сказать, — Валентин растирает шею. — Не ожидал, но, блин, приятно. — улыбнулся он. — А Вы куда?

— Я домой возвращаюсь.

— Как Ваша жена согласилась на переезд? Она ведь живёт своей работой.

— Мы разводимся.

— Жаль, вы красивая пара.

— Не стоит, — говорю своему заму. — Куда важнее, счастливая ли мы пара. Мы несчастливая, и дать свободу друг другу — это лучшее, что мы можем сделать. Не всем так везёт, Валентин, как тебе с твоей Катей.

— Согласен, — стоит упомянуть жену, как он расплывается в улыбке.

— Кстати, когда пополнение?

— Да вот, можно сказать, на чемоданах сидим. Уже тридцать девятая неделя.

— Ясно, — не могу сдержать улыбку, видя счастливое лицо будущего папаши.

И вдруг ловлю себя на мысли, что я тоже хочу ребенка. Хочу, чтобы Бэмби родила мне сына и дочку. И от этой мысли за грудиной появляется жар. Он расползается теплом по всему телу, словно жизнью наполняет.

После работы еду на квартиру, чтобы собрать вещи. И пока буду находиться здесь, решил, что поживу в гостинице. Марьяна была уже дома и вышла мне навстречу.

— Привет, — тихо здоровается она.

— Привет, — отвечаю и сразу иду к себе.

Достаю спортивную сумку и собираю самое необходимое.

— Ты куда-то собираешься? — слышу Марьяну и поднимаю голову. Она стоит в дверях моей спальни, обнимая себя за плечи.

— Да, поживу в гостинице, пока передаю дела, — отвечаю и возвращаюсь к сбору вещей.

Мой телефон оповещает о входящем. Смотрю, Ксюша прислала фото. Она купила шесть ярких подушек на диван в гостиной и решила похвастаться. Не сдержал улыбки. Так приятно, что она приняла моё предложение и теперь обустраивает уже нашу квартиру.

— Она вернулась? — охрипшим голосом спрашивает Марьяна.

Марьяна

Я вздрагиваю от звука поворачивающегося ключа в замочной скважине. Это он. Я узнаю его по шагам и тому, как он бросает ключи на комод в прихожей, вместо того, чтобы повесить их в ключницу. Я начала переодеваться, потому набрасываю на себя халат, безумно хочу его увидеть.

— Привет, — выходит тихо. Не только глупое сердце, но и голос меня предает.

— Привет, — отвечает и сразу идет к себе.

Он достает спортивную сумку и начинает собирать в нее вещи.

— Ты куда-то собираешься? — спрашиваю его, и он поднимает голову. Боже, неужели это конец? А я