Алхимик - Маргарита Полякова

— Брин, — позвал меня знакомый голос. Я подскочила на кровати и неверящим взглядом уставилась на неожиданного посетителя. Нет! Не может быть! Шерман?

— Шерман! — наконец поверила я собственным глазам и кинулась к норлоку.

— Брин… — Шерман поймал меня в объятия и принялся осыпать поцелуями мое лицо. — Властители, как же я по тебе скучал! Как же долго я искал тебя в этом мире…

— Как ты попал сюда? — не могла понять я, радуясь этой сволочи Шерману как глупый восторженный щенок.

— Ты не вернулась от Озера Фей в положенный срок. Я пошел за тобой.

— Надеюсь, теперь ты доволен? Задание Эльтель выполнено как нельзя лучше. Здесь эльфы медальон точно не достанут, — не удержавшись, съязвила я.

— Прости меня, — хрипло вздохнул Шерман. — Прости меня, Брин. Если бы это было в моей власти, я не пустил бы тебя ни к эльфам, ни к Озеру Фей. Поверь, я действительно не мог тебе всего рассказать. Я дал клятву. Ну что мне сделать, чтобы ты мне поверила?

Хм… даже не знаю. Может, побиться головой об стену? Теперь, когда первая, самая бурная волна эмоций схлынула, я даже не знала, чего мне хотелось больше — расцеловать Шермана или запинать его. Я не забыла, как этот гад подставил меня с медальоном, но злиться на него я просто не могла. Боже мой, норлок все еще носит на своей одежде мой шнурок! Как трогательно… и еще он пришел за мной в этот мир. И за это я готова была норлоку простить все. Хотя…

— Ты уверен, что потащился в чужой для тебя мир именно за мной? — подозрительно уточнила я.

— Интересно, а зачем же еще? — ехидно поинтересовался Шерман, не выпуская меня из объятий. — Правда, меня в очередной раз наняли, но на сей раз это в наших с тобой интересах.

— Рассказывай! — тут же приказала я, желая понять, куда на сей раз вляпался норлок.

Повествование Шермана оказалось весьма интересным. И неожиданным. Блин! Знала бы ситуацию — ни за что не продала бы Августе медальон. Денег у нас со Стивеном и без него было вполне достаточно. Перебились бы. Зато сейчас мы вместе с Шерманом могли бы отправиться к Властителю и выкупить собственное возвращение домой. Правда, Таштен по рассказам норлока мне совершенно не нравился, и особого доверия не внушал, но другого варианта у нас просто не было. Мы были связаны по рукам и ногам этим медальоном, который мог стать нашим билетом домой.

— Может, мне снова набиться к Августе в фрейлины? — предложила я. — Она наверняка не откажет Стивену.

— А почему до сих пор не набилась? — ехидно фыркнул Шерман.

— Да ну ее. Противно. Что я, девочка на побегушках что ли? Августа не раз упрекала меня в недостаточной почтительности, но я была просто не в состоянии пресмыкаться перед ней. Я вообще не умею этого делать. Однако ради того, чтобы добыть медальон, я готова переступить через себя и попробовать себя в роли фрейлины снова.

— Ни за что! — решительно отрезал Шерман. — Во — первых, Августа и Генрих скоро будут втянуты в войну, а я не хочу, чтобы ты оказалась там в это время.

— Сама не хочу! — вздрогнула я, вспомнив междоусобную войну Людовика 27 и его брата Гарри. Нет уж, хватит с меня всяких ужасов.

— А во — вторых, — продолжил свою мысль Шерман, — королева Августа имеет привычку подкладывать своих фрейлин в постель к кому ни попадя — к послам, дипломатам, отличившимся воякам… так что делать тебе во дворце нечего.

— Согласна, — вздохнула я.

— Я буду приезжать время от времени, — утешил меня Шерман. — Или писать, если приехать почему бы то ни было не удастся. Мне даже интересно — как решает вопрос с расстоянием твой братец? Он все‑таки человек, однако умудряется быть рядом с Августой постоянно.

— Все просто, — состроила я недовольную гримаску. — Он снимает дом недалеко от дворца. Стивен не королеву навещает изредка, а меня. И то только для того, чтобы забрать деньги.

— Тогда действительно все ясно, — хмыкнул норлок. — Жаль, я не могу последовать его примеру. Иначе так и не достану медальон.

— А может попросить Стивена стащить его у Августы? — предложила я.

— Нет. Это не вариант, — отмел мое предложение Шерман. — Ему слишком много придется рассказывать. И потом. Я не так хорошо знаю твоего брата, чтобы ему доверять. А то, что я о нем знаю, как раз говорит о том, что он вряд ли достоин доверия.

— Не буду спорить, до отца ему далеко.

— Я сам займусь медальоном. У меня появилась пара идей, как обойти магическую защиту Августы, — решил норлок.

— А что делать мне?

— Тебе? — удивился неожиданному вопросу Шерман. — Ничего тебе не надо делать. Оставайся здесь. Так мне будет легче тебя найти, даже если ситуация изменится, и я вынужден буду временно исчезнуть.

— А вдруг Стивену придет в голову какая‑нибудь блажь? — резонно возразила я. — В этом мире за женщин принимают решения мужчины.

— Известишь меня, — отмахнулся Шерман. — Я сам разберусь с твоим братом.

— Ну… тогда нет вопросов, — хмыкнула я.

— А у меня есть, — хрипло прошептал Шерман, нежно приподнял мой подбородок, и поймал взгляд. Господи, я и забыла, насколько синие у норлока глаза! Неправдоподобно. Пронзительно. Завораживающе. — Ты скучала без меня? — донесся до моего слуха вопрос Шермана.

— А ты? — не удержалась я.

Норлок не стал отвечать на глупые вопросы. Он просто коснулся своими губами моих губ, и я все поняла. Меня никогда и никто еще так не целовал! В поцелуе Шермана была тоска, надежда, радость встречи и безумная страсть, которую он даже не пытался сдержать. Я ответила на его поцелуй с не меньшим пылом и страстью. Господи, как же я была счастлива! Шерман не просто не забыл меня, он рискнул пойти за мной в чужой мир! И нашел меня здесь! Похоже, мои глупые, сумбурные чувства не были безответными. Для Шермана наш с ним роман тоже не стал мимолетным увлечением. Я это чувствовала. Норлок слишком хорошо меня помнил. Мое тело, мои привычки, и те мелочи, которые связывали нас в постели раньше. Такая память не бывает случайной. Она постоянно должна подогреваться воспоминаниями и желанием претворить эти воспоминания в жизнь. Я знаю это по себе. Я тоже слишком хорошо помнила Шермана. Его нежность, порывистость, увлеченность… в уверенных руках норлока я таяла как воск. Мы летели… парили… падали в пропасть и снова взмывали ввысь… мир завертелся калейдоскопом цветных пятен и обрушился на нас всей своей мощью. На секунду время остановилось. И сердце тоже. Мы, обессиленные, долго лежали друг около друга. Потом нам захотелось пить. А затем я почувствовала на своей спине губы Шермана.

Господи, ты не мог бы сделать так, чтобы утро не наступало подольше? Хотя бы сегодня?