Метель. Дилогия (СИ) - Головнин Вячеслав Владимирович

- А практикант этот, бак-то он как стащил с плиты?

- Поднял за ручки и аккуратно так на пол поставил.

У метрдотеля брови полезли вверх.

- Поднял? Полный бак с картофелем и кипящей водой? Ты шутишь.

- Если бы сама не видела, то тоже не поверила бы. Михаил Аристархович, я ведь не потому к вам прибежала.

- Что ещё случилось?

- Саша утверждает, что у него очень тонкий вкус, как у дегустатора. И он сможет протестировать вино, если у него будет оригинал. Вот я и подумала …

Метрдотель поднял руку, останавливая её.

- Я понял, куда ты клонишь. Экспертизу провести, конечно, можно, но ведь это будет неофициальная экспертиза. У него же документов дегустатора нет.

- Михаил Аристархович! Да черт с ней, с экспертизой этой. Нужно проверить этого парня, экзамен ему устроить. Если он не врёт и действительно имеет способности дегустатора, то не мне вам объяснять, что это для нас значит.

- Действительно, что-то я туплю. Ты сама сможешь организовать проверку? Сначала надо нам самим убедиться, прежде чем наверх докладывать.

- Смогу. Можно провести дегустацию в вашем кабинете?

- Да, - кивнул в знак согласия метрдотель.

- Какие вина я могу взять?

- Возьми на своё усмотрение пять бутылок.

- А «Свет истины» можно проверить?

- Давай пока подождём. Если он первую проверку пройдёт, тогда уж и «Свет истины» проверим.

Гера ушла и вернулась в винный погребок, откуда поднялась с пятью бутылками вина четырёх сортов и направилась в кабинет метрдотеля. Достала из шкафа 6 пронумерованных фужеров, с первого номера по шестой. Всего в шкафу их было 12. В первые два фужера налила из одной бутылки – столовое красное полусладкое Таманское. В третий и шестой фужер налила «Букет Кастилии» - испанское белое полусухое, но бутылки взяла из разных партий. В четвёртый бокал налила французское бордо, красное сухое. Пятый бокал наполнила грузинским киндзмараули.

***

Кабинет директора гостиницы «Метрополь» Багрецкого. Лев Ефремович слушает рассказ метрдотеля Каршанского.

- Он без труда определил Таманское, сразу же заявил, что вино налито из одной бутылки. Потом взялся за «Букет Кастилии», заявил, что вино с одного виноградника, но с урожая разных лет. Сказал также, что пьёт такое вино в первый раз, поэтому может только утверждать, что вино не наше, заграничное. Грузинское «Киндзмараули» назвал сходу, едва успев понюхать и пригубить. Про французское бордо сказал, что вино хорошее, ему нравится, но такое он пробует впервые, скорее всего заграничное. Про каждое вино безошибочно называл его крепость. Про киндзмараули сказал, что оно слегка разбавлено водой, крепость на один градус ниже, чем должно быть и вкус слабее. Хорошо бы проверку устроить, кто закупал эту партию и допросить с пристрастием.

- Хорошо, я дам поручение, этим займутся, - отреагировал Багрецкий.

- Таким образом парень первоначальную проверку выдержал, - подвёл итог своему докладу Каршанский. - Теперь мы с Герой хотели бы устроить проверку новой партии «Света истины».

- Проверку «Света истины» ты мог и сам провести. Твоих полномочий на это хватает. Только ты же понимаешь, что если нам подсунули подделку, то для судебного иска нам нужно официальное заключение и лучше всего за подписью трёх известных дегустаторов, из которых как минимум двое должны быть французами.

- Вообще-то затеяла всё это Гера, старший официант. Она высказала интересную мысль, с которой я согласился.

- Слушаю тебя, очень внимательно, - с лёгкой иронией ответил директор.

- А нашему ресторану высококлассный профессиональный дегустатор уже не нужен? Мы так и будем нанимать их со стороны и выплачивать им бешеные гонорары. В своём отечестве пророков нет и быть не может?

- Ну, уел, так уел, Михаил Аристархович.

- Это Гера нас обоих уела, потому что я ей то же самое сказал, что и вы мне, почти теми же словами.

- Да…а, женщин иногда тоже бывает полезно выслушивать, у них интуиция хорошо развита. Они часто интуитивно сразу видят суть проблемы, самое главное, пока мы, мужики логикой своей блистаем друг перед дружкой, копаясь во второстепенном.

Директор помолчал и подытожил:

- В перспективе, его нужно будет отправить на учёбу, чтобы прошёл квалификационные испытания, получил документы и право занимать должность дегустатора. Он студент, поэтому учёбу ему нужно организовать летом, а пока пусть работает официантом и негласным, тайным дегустатором. Кстати, примите меры, чтобы о нем, как о дегустаторе никто не узнал, или, по крайней мере, чтобы знало об этом как можно меньше народу. Иначе наши конкуренты могут пронюхать и переманить парня.

Метрдотель при этих словах вздохнул и сказал:

- Мы попробуем сохранить это в тайне.

- Дайте ему продегустировать все вина, которые у нас есть и те, которые будут поступать, - продолжал Лев Ефремович. - Пусть развивает свой дар и накапливает свой запас известных ему вин. А я дам распоряжения отделу кадров, чтобы подыскали ему подходящие курсы у нас в Москве, а летом – во Франции где-нибудь. Он говорил тебе, что владеет иностранными языками?

- Нет, ни словом не обмолвился.

- Четыре иностранных языка плюс два языка народностей СССР.

- Ничего себе.

- Вот такой уникум к нам случайно забрёл. Я уверен, что он нас ещё не раз удивит.

- Так уже удивляет. Я вам не стал рассказывать, но повар попросил его бак здоровый со сварившимся картофелем с огня снять, так Саша его легко поднял и спустил на пол.

- Никто не пострадал?

- Разве что у кого челюсть от удивления выпала.

- Интересно, чем он нас снова удивит? – задумчиво задал директор риторический в общем-то вопрос и метрдотель не стал на него отвечать.

***

Между тем свадьба была в самом разгаре. Злополучное пюре, которое спас Саша, гостями было полностью съедено, и они требовали добавки. Ещё бы они его не съели. Когда Саша с поваром слили воду, он запустил в картошку плетение улучшения вкуса. Простенькое плетение, 2 единиц маны на обычную порцию. В бак Саша вбухал около 200 единиц магической энергии. Он понимал, что пюре будут готовить. Картошку растолкут, добавят молока, яиц, масла, соли. Всё это не раз растолкут и перемешают. Но магия впитается в каждую молекулу этого продукта улучшая и придавая ему специфический привкус.

Гера наехала на повара:

- Григорий, ты почему мало пюре сделал?

- Гера, ты в своём уме? Я приготовил 100 порций вместо 80. Кто мог подумать, что тут одни картофелефилы соберутся. Давай я им макарон сварю?

- Нет, Григорий, ты неправильно понял. Тебя никто не ругает. Наоборот, только хвалят. Все гости, без исключения все, требуют добавки пюре. Говорят, что никогда в жизни такого вкусного пюре не едали. Все тарелки вылизали, мыть не надо.

- Ну, не знаю, что и сказать, - растерянно ответил повар. - Готовил я его как обычно готовлю и продукты обычные клал. Может сорт такой попал? Так я и вчера из такой же пюре делал, никто не восхищался. Я и говорю, картофелефилы какие-то. Может у соседей попросить?

Но, Гера, махнув на него рукой, уже выходила из кухни почти не слушая его.

Тем временем в зале, где гуляла свадьба зарождался скандал. Гости сидели за столами, выстроенными буквой «П», по внешнему периметру. С одной стороны, сидели гости со стороны жениха, с другой – со стороны невесты. Невооружённым взглядом было заметно, что обе стороны резко отличались друг от друга. Гости со стороны жениха были попроще. Это было видно по их одежде и поведению. Жених явно происходил из пролетарской семьи, это их представитель сейчас играл на гармони, сидя на стуле у противоположной входу стены.

Гости со стороны невесты явно выглядели более респектабельно. Мужчины в костюмах из дорогой ткани, галстуки с дорогими заколками, причёски, холеные лица, презрительные взгляды свысока, бросаемые на противоположную сторону. Женщины в дорогих платьях и костюмах, с причёсками, которые не сделаешь за пять минут до выхода из дома, украшения, явно не из дешёвой бижутерии. Но, главное – всё то же почти не скрываемое презрение, сквозившее в каждом их взгляде.